Процесс огугливания Интернета, затеянный вундеркиндами Сергеем Брином и Ларри Пейджем и подхваченный профессиональным менеджером Эриком Шмидтом, необратим. Самый популярный в мире поисковый ресурс предлагает клиентам все новые сервисы - бесплатно. А сам стоит сотни миллиардов.

Конечно, это типичная история американской мечты. А также одесской мечты. И московской мечты. Мальчик из еврейской советской семьи стал миллиардером – такое и Голливуду не снилось. А ведь этот мальчик даже в школу не ходил.

Сережа был совсем маленьким, когда его перевезли в Америку. Отец, сам учитель, решил, что не надо сыну в местную школу ходить, будет учиться дома. И правильно решил. Во всяком случае, когда пришло время, Сергей, хорошо «заточенный» отцом под математику, без проблем поступил в университет штата Мэриленд. А потом, уже бакалавром, в Стэнфорд. Где и познакомился с другим вундеркиндом, Ларри Пейджем.

Без математического таланта и соответствующих знаний Сергею с Ларри, конечно, нипочем бы не удалось придумать поисковую систему лучше, чем у конкурентов. Первый поисковик они сделали прямо при университете. Его прозвали BackRub, потому что он оценивал популярность сайтов по количеству backlinks («входящие линки»). Хотя такую систему уже использовала маленькая поисковая машина Rankdex, парни продолжили свои исследования и пришли к тому, что самыми важными для поиска являются страницы, к которым ведет наибольшее количество линков с других популярных страниц. Проверив эту гипотезу, Сергей и Ларри зарегистрировали на сайте Стэндфордского университета домен google.stanford.edu. А потом зарегистрировали компанию Google Inc – полностью частную, закрытого типа. Это произошло в 1998-м .


Компания развивалась столь быстро, что вскоре стало понятно: просто талантливые математики уже не в состоянии обеспечить надлежащий уход за доходами. Так часто бывает: молодые, да ранние очень шустрые и прекрасно образованные парни придумывают нечто, на чем можно хорошо заработать, но для решения следующей задачи - покорения мира - нанимают уже профессионального управленца в ранге CEO. Он-то и отвечает в дальнейшем за рыночную стоимость компании.

Пока Сергей с Лаори занимаются углублением теории по теме The Anatomy of a Large-Scale Hypertextual Web Search Engine («Анатомия полномасштабной гипертекстуальной поисковой машины» - так называется их фундаментальный труд, содержащий прообраз Google), кому то же надо присматривать за бизнесом! Следует сказать, что к тому моменту у компании имелись инвесторы – молодые венчурные капиталисты, сами из современных технологических компаний. Заработав денег, они вкладывали их в новые перспективные IT-проекты. Речь идет, прежде всего, об электронщике Джоне Доере, вложившем деньги в такие предприятия как Compaq, Netscape, Symantec, Sun Microsystems, Amazon.com, Friendster, Go.com and myCFO. Именно по его совету Сергей и Ларри наняли на должность CEO профессионального управленца. Им стал доктор Эрик Шмидт.

Он родился в 1955 году в Вашингтоне. Закончил Йорктаунскую среднюю школу, Принстонский университет по специальности «радиоэлектроника». Научную степень получил в Беркли в 1982 году. Живет в Калифорнии.

Славный трудовой путь прошел наш директор. Начал он свою карьеру по специальности, в профильных компаниях типа Bell Labs, Zilog. Поработал в знаменитом исследовательском центре Xerox. Опыт, приобретенный им там, пригодился уже в Sun Microsystems, где Шмидт принял участие в разработке программы Java, без которой, кажется, не обходится сегодня ни один компьютер. Что такое Интернет без технологий Java? Пустынное и унылое место – вот что такое Интернет без Java. Нет, нам такой Интернет не нужен. А с Java – нужен, еще как нужен!

В Sun Шмидт дослужился до директора по технологиям (по нашему – главный инженер). И в 1997 году принял приглашение возглавить компанию Novell, тоже известную всем, кто хоть что-нибудь смыслит в компьютерах. Novell занималась серверами и сетевыми технологиями, весьма в них преуспевая, так что Шмидт и тут приобретал те знания, которые потом так пригодились при вступлении в эпоху сетевых гигантов вроде Google. Еще в 1996-м компания взялась за Интернет-технологии – основанные на переходе от протоколов IPX к TCP/IP. Это направление всячески продвигал Эрик Шмидт. В результате в 1998-м появился программный продукт под названием NetWare v5.0, вносивший изменения в файловые системы, поддержки протоколов, системы хранения и т.д. – продукты типа Novell Cluster Services, Novell Storage Services.

Потом ситуация осложнилась – компанию теснил Microsoft. Графический интерфейс гейтсовских программ задвигал аналогичные новелловские продукты вглубь веков. Продажи падали, но Шмидт не сдавался – выпустил DirXML, предназначенный для синхронизации данных. В июле 2001-го приобрел для Novell консалтинговую компанию Cambridge Technology Partners, чтобы начать играть на рынке услуг. Шмидт считал, что совместное предложение технического инструментария и бизнес-решений будет идеальным. Но разработчики софта его не поддержали, и он оставил свой пост.

Брин с Пейджем вышли на него через рекрутинговую компанию Heidrick & Struggles, Inc. В августе 2001 года Эрик Шмидт был назначен СЕО компании Google.

Он сосредоточился на разработке инфраструктуры компании и оперативном управлении все разраставшимся коллективом. А Брину с Пейджем только это и требовалось: технологических идей у них самих полно.


Трудно сказать, чьи решения продвигают Google все дальше и дальше, превратив его в ведущий локомотив Интернета. Новые клиентские сервисы предлагаются чуть ни каждый день. И все бесплатно. Причем ведутся как бы в тестовом режиме – одна только почта Gmail чего стоит! Кажется, она до сих пор не избавилась от приставки «бета-версия». Однако очевидные, казалось бы, решения – например, обеспечить пользователей бесплатным ящиком емкостью 1 гБ – тут же ставит конкурентов в неловкое положение. И всем приходится потихоньку подтягиваться за лидером.

О таких поисковиках как Yahoo вспоминают только в силу старой привычки. Но о таких как Alta Vista, забыли напрочь – потому что Google стал совершенно ручным и домашним.

А тут и знаменитые карты матушки-Земли загрузились. Вроде бы карты есть почти у всех, но гугловские почему-то самые популярные. И когда выяснилось что по этим картам можно ознакомиться с расположением всех военных баз, на Google взъелись военные. Google держался молодцом и не поддался давлению. В конце концов, если южнокорейские вояки недовольны, что видны их базы, пусть полюбуются на северокорейские базы ровно на том же сайте, нажав на ту же кнопку. Да они и так друг о друге все знают.

Но Google не всегда столь жесткий и принципиальный либерал. Он довольно легко блокирует сайты по требованиям малодемократичных режимов типа китайского. Причем именно те сайты, закрытие которых бьет по таким понятиям как «свобода слова» и «инакомыслие». Супердемократичному Google это раз плюнуть. И, думается, такова позиция CEO, который идет на все, чтобы удержать лидерство на локальных рынках.

Недавно в IBM проводила бизнес-исследование по выяснению оптимальной структуры компании. Специалисты пришли к выводу, что для успеха нужны, во-первых, корпоративная культура, сочетающая коллегиальность и «командный» подход с поощрением индивидуальных заслуг, а во-вторых, интеграция бизнеса и технологий. Как показало исследование, «командно-ориентированные» (по мнению своих CEO) компании успешнее тех, в которых инновации опираются на чьи-либо личные усилия: первые за последние 5 лет обогнали конкурентов в среднем на 1,16, вторые — лишь на 0,44%. С другой стороны, в организациях, где сотрудников премируют за выдающийся вклад в работу, операционные прибыли и темпы роста доходов оказались соответственно на 2 и на 3% выше, чем в тех, где ничего подобного нет.

К идеалу корпоративной культуры, считают авторы отчета IBM, близка компания Google, где нестандартно мало руководящих постов (соотношение численности рядовых сотрудников и менеджеров всех уровней — 20:1 при среднем 7:1), зато обычным работникам предоставляют доступ к большему, чем это принято, объему информации и всячески поощряют выступать с новыми идеями. Обсуждения происходят как в списках рассылки, так и в реальном времени (непосредственно либо через интранет-сеть компании). Все предложения полагается подкреплять конкретными данными, и в чем бы они ни состояли, их нельзя называть «дурацкими».

То есть налицо типично «демократический» подход к устройству компании. Плюс вполне зонтичная стратегия – приобретаются сервисы популярные, хотя пока и затратные – типа Youtube, «хиты» Интернета, работающиt на авторитет компании сегодня и сулящие большие доходы завтра.

Умение Google вступать в бизнес-альянсы тоже широко известно. Неслучайно Эрик Шмидт, помимо всего прочего, заседает в совете директоров компании Apple. И неслучайно это Apple, а не Microsoft, чье руководство, по слухам, отзывается о Шмидте не иначе как нецензурно (было даже некое судебное разбирательство по этому поводу). Похоже, Шмидт до сих пор не может простить гейтсовским орлам провал своих технологических усилий в компании Novell.

В 2006 году Эрика Шмидта избрали членом Национальной академии наук, которая высоко оценила его работу над развитием самого успешного в мире поискового Интернет-ресурса.

Эрик Шмидт - один из очень немногих миллиардеров, ставших таковыми по итогам простого опциона, не будучи основателем компании. В этом году он получил около 90 миллионов долларов в результате продажи акций Google, а через пару месяцев, когда рынок подскочил вверх, от продажи другого пакета акций он выручил еще 50 миллионов. Журнал «Форбс» оценивает его капитал в $6.2 мрд. Журнал Fortune поставил его на 4 место в списке 25 самых влиятельных бизнесменов мира. А саму компанию Google журнал Fortune признал первой в списке 100 лучших мест для работы. Что ж, работа у Эрика Шмидта, Лари Пейджа и Сергея Брина действительно весьма неплохая.


Истoчник: Журнал CEO