Настроение сейчас - Подавленное

Вот уже какой месяц он идет в полной темноте, его пронизывает невыносимый холод. Он устал, но продолжает идти, чтобы не замерзнуть. Он идет не куда-либо, он идет чтобы жить. Он знает, что если остановится, то может превратиться в лед, и тогда его ничто не отогреет, поэтому он продолжает идти, сквозь усталость и режущий кожу ледяной ветер.
На пути у него встречаются путники, подобные ему. Некоторые из них еще недавно были у костра, а некоторые уже почти заледенелые, стоят и безнадежно смотрят на свои руки, в которых когда-то теплился огонек. Сначала он пытался им помочь, объяснить им, что надо идти, чтобы не замерзнуть, но понимая, что они его не слышат, и оставаться с ним означало замерзнуть, он продолжал свой путь.
Вокруг него кружится множество искорок, они не достаточно велики, чтобы осветить путь, или теплы, чтобы могли его хоть немного согреть, они на столько малы, что вот-вот погаснут. Он может попытаться взять одну из этих искорок обледеневшими руками, попытаться ее согреть и разжечь, но для этого ему надо остановиться, что может означать – замерзнуть. Поэтому, он не может все время заботиться об одной искорке, если она долго не разгорается, он вынужден ее оставить, чтобы не погибнуть самому. Особенно сильно ощущается этот холод, когда ты недавно был около костра, но внезапно погасший огонь вновь возвращает тебя в эту черную холодную пустыню. И чем жарче было пламя, тем холоднее тебе без него. Он уже встречал тех, кто замерзал сразу, после того как, их костер вновь превращался в искорку, они просто сдавались и не хотели идти дальше, он и сам чуть не сдался, но вовремя понял, что надо идти, и чем сильнее он ощущал холод, тем быстрее он шел, чтобы согреться. Да, он сильно уставал, но остановиться, это не только отдохнуть, но и замерзнуть.
Он шел, все меньше надеясь на благосклонность судьбы, но тут он увидел искорку, которая на его взгляд была ярче других. Он пошел за ней, а ее все время уносил ветер. Он уже не обращал внимание на остальные искорки, он видел только ее. И наконец, он протянул озябшую руку, и смог ее взять и тогда остановился. Долго, очень долго он пытался ее разжечь, замерзая, но не теряя надежды. Он твердо верил, что это именно она, именно та искорка, которая сможет его согреть, которая разгорится и станет костром, что дарит тепло и свет только ему. А она то вспыхивала, то гасла вновь. Долго, очень долго. И когда его руки уже не могли сжаться от холода и защитить ее от ветра, она улетела, сквозь озябшие пальцы. Он хотел было сдаться, остановиться, отдохнуть. Но собравшись, он рванул, побежал чтобы не замерзнуть. «Надо жить!», вновь и вновь повторял он про себя, «надо жить!». Он брал другие искорки и согревал, он останавливался совсем не надолго, лишь для того, чтобы взять искорку в руки. Некоторые из них зажигались, лишь коснувшись его рук, но это был не настоящий огонь. Да, он был большой и яркий, но не давал тепла. Он лишь освещал путь в непроглядной глухой темноте. Глаза путника, привыкшие к свету этого огня, не могли различить другие искорки. А через короткое время, снова гас и улетал искоркой по воле ветра. Он не держал их, чтобы их удержать нужно остановиться. А после прошлой искорки, он сильно ощущал холод, и не мог останавливаться, нет смысла оставаться с огнем, который не греет. «Надо жить!» - говорил он и продолжал идти.
Конечно он пытался найти ту искорку, но для него она погасла. Он мечтал ее разжечь до большого костра, чтобы ему не был страшен ветер, огонь, у которого можно согреться. Но он помнил, что нельзя слишком близко подходить к огню потому, что можно ослепнуть, и тогда он будет вынужден сидеть около огня, боясь что тот погаснет, иногда даже ругая его от страха, что та искорка, которую он разжег жертвуя собственным теплом, слабо горит. Тогда она погасает, превращается в искорку и улетает по ветру. А он слеп, и не сможет найти другую искорку, которая бы его согрела. Он не увидит даже огонь, который будет рядом с ним, если он будет слабее прошлого, не сможет согреться в его тепле. Он будет обречен. Но как бы хотелось рискнуть, чтобы согреться, потому что кругом так холодно...
И так, день за днем, уставший, замерзший, он ходит в этом мраке, ища ту искорку, которую мог бы разжечь и навсегда остаться с ней.