Не рискуя найти идеальную связь, начинаешь верить, что смириться можно со всем.
И не важно имя, возраст, город, профессия и пристрастия, только бы внутри что-то отзывалось при мысли о нем.

Я нравлюсь, но патологически не вызываю любви.
И все не то, не то, не то.
И проблема, конечно, во мне.
А во мне одна жестокость и боль остается.
И плачу каждый вечер и даже жалости не вызываю.
Тошно. И вою, и кричу. И о скорой смерти вру, внимания бы мне.
Тепла бы мне. Не могу быть одна. Не хочу.

И я уже не об одном юноше приятном плачу, а об одиночестве своем.
И о том, что никто не обнимет и не поцелует.
Никто не укроет одеялом, и чаю не заварит.
И мне не кого по лицу гладить и заботиться не о ком.
Говорить не с кем. А мне так нужен человек.

Ну зачем он оказался жестоким, ну зачем я не вызываю любви. 
Он же не виноват, что ему все равно.