Танец на Двоих.

Появилось ощущение, что Он постоянно давит мне на плечи. Я просыпаюсь с этим ощущением и засыпаю.
Мы мало знакомы, более чем мало – одну ночь. Или этого достаточно? Достаточно для чего? Для того чтобы влюбиться? Придумать любовь? Я не знаю.
Я ощущаю себя в запертой комнате, бьюсь о стены, а натыкаюсь на его лицо, почему так?

Глава 1. Безымянные.

Когда исчерпываются все банальные причины писать, она начинает писать от зависти, от того, что умеет, от того, что знает смысл этих кнопочек на клавиатуре ноутбука, от того, что чувствуешь себя особенной, той, что пишет. И в кои-то веки она может работать без особой мысли и идеи, без вдохновения, которое беспрестанно сочится из ее пальцев – значит врет. Истинная, что ломается и улыбается. Про тяготы самоидентификации. Кричит – писатель. Пишет – писатель. Актриса к тому же. Человек. Девочка. Сложности в литературной форме. Что я, если я не слова? – берет девизом, и под размеренные стуки кнопок уходит в нирвану. Стук клавиатуры под пальцами – лучшая музыка, когда в аккомпанемент – мысли, и их поток смывающий все. Она может говорить в буквах не о чем – долго, а нет – по делу, о любви к фразам и их построению: Что я, если я – не слова?

С трудом: Я не хочу печататься, я хочу писать.

Что я, если я не слова? – бьется пульсом, а она бьется по квартире, по стенам, в ломке, от невиданного ада где-то возле легких. Что я, если я не слова?

«Я написал это, и это правда»