НАХЛЕБНИЧКИ ИЛИ КОРМИЛА ЛИ УКРАИНА РОССИЮ?



Миф о том, что советская Украина кормила Россию, живёт до сих пор.

Этим мифом воспользовались националисты в конце 80-х годов и в роковом для СССР 1991 году, чтобы убедить население Украины, что без России они станут намного богаче.

Этим же мифом пользуется сейчас временное правительство в Киеве, убеждая своих сограждан, что, только полностью оторвавшись от России и заключив договор с Евросоюзом, они смогут резко повысить своё благополучие.

Так кормила ли Украина Россию?

Вот весьма характерное утверждение украинского политика Андрея Ильенко:

«Украинские ресурсы кормили Москву, кормили Россию до самых окраин, кормили марионеток и коммунистические партии по всему миру: в Африке, в Азии – коммунистические режимы, террористические во всех краях мира. Вот на это использовали украинские природные ресурсы».

Ему вторят не менее свидомые «учёные» из того же Киева, которые сегодня скрупулёзно подсчитывают, сколько «клятые москали» за все годы существования Советского Союза съели украинского сала и хлеба...

Я не знаю, до чего они досчитаются – серьёзной науки в националистическом Киеве давно уже нет, там наука превратилась в жалкую идеологическую прислугу власти. Реальные же исторические факты свидетельствуют ровно об обратной картине, рисуемой этими «учёными».

«Голодомор» советского образца

Начну с интересного наблюдения российского экономиста Евгения Ладика, сделанного им в 70-е годы:

«Фраза о том, что Украина – «всесоюзная житница», казалась чистой правдой. К тому же в газетах это словосочетание гуляло повсеместно. А газетам народ в то время доверял. Как оказалось, зря!

Объехав всю страну от Минска до Якутска, я за 15 лет нигде не обнаружил продуктов с Украины. Тушёнку у костра мы ели то курганскую, то алтайскую, то китайскую. В магазинах продавали перец из Болгарии, огурчики из Венгрии, шпик оттуда же, французских кур, канадский хлеб, кубинский сахар... Даже монгольских яков ел, а вот знаменитого украинского сала – ни разу.

О знаменитых винах Массандры я только слышал, а пил болгарские, венгерские, алжирские, в крайнем случае краснодарские. Армянские, азербайджанские, узбекские коньяки продавали повсюду, а горилку попробовал, только приехав в первый раз на Украину».

Когда Ладик приехал на Украину, то его просто поразило здешнее продовольственное изобилие. В свободной продаже были самые разнообразные сорта масел, сыров, колбасы, мяса и т.д. В то время в Российской Советской Федеративной Республике всё это было в большом дефиците.

Ларчик сей загадки открывался просто – с разрешения Москвы Украинская республика всё, что производила, то и потребляла, без вывоза за свои пределы. В то же время была вынуждена почти всю свою сельхозпродукцию сдавать в общесоюзные фонды. Одного только мяса Россия отдавала в год почти 800 тысяч тонн (все остальные республики вместе – не более 400 тысяч тонн). То есть советская Украина, очень богатая своими сельскохозяйственным и угодьями и ресурсами, кормила исключительно одну себя любимую!

Но и это было ещё не всё. То, как распределялись советские доходы в виде разного рода дотаций, кредитов и прочих выплат, ярко описывает российский экономист Олег Платонов:

«Каждый житель РСФСР производил в год товаров и услуг на 17 тыс. 500 долларов, а потреблял на 11 тыс. 800 долларов. Таким образом каждый русский человек перечислял почти 6000 долларов в год в пользу других национальных республик... В результате перераспределения происходило, грубо говоря, ограбление русского народа, за счёт чего жители многих национальных регионов потребляли гораздо больше, чем они производили своим трудом».

То есть жители РСФСР из союзного центра получали гораздо меньше, чем они производили. В то время как с национальными республиками наблюдалась ровно противоположная картина. Украина не была исключением – по официальным данным советского Госстата, дотации в неё были в два раза выше того, что республика реально зарабатывала. А вот какие цифры приводит известная аналитическая статья «Кто кого кормил в СССР»:

«Несмотря на то, что основная часть газа добывалась в других районах страны, прибалтийские и украинские сёла по газификации существенно опережали российские. К моменту распада Советского Союза практически все сёла Прибалтики, Украины и Закавказья были газифицированы...

В 1950–1980-х годах уровень зарплаты и других социальных выплат в большинстве союзных республик был на 30–45% выше, чем в России (РСФСР). Скажем, уборщица в Таллинне или в Киеве в 1970–1980-х получала не меньше 100 рублей чистыми, в то время как «среднестатистически й» российский инженер в РСФСР чистыми едва набирал 120 рублей. А вот уровень розничных цен в РСФСР был выше на 20, а то и на 40% по сравнению с большинством других союзных республик...

Квартплата в РСФСР всегда была выше, чем в большинстве других союзных республик. Даже официальные нормативы жилой площади в РСФСР были меньше, чем для Прибалтики, Закавказья, Украины, столичных городов республик Средней Азии.

Что касается насыщения СССР потребительским импортом – соответствующие решения Политбюро ЦК КПСС и президиума Совмина СССР 1959, 1963, 1978 и 1983 гг. предусматривали строгую очерёдность: импорт потребительских товаров направлять прежде всего в неславянские союзные республики и на Украину; затем в Белоруссию, автономные республики РСФСР, причём в первую очередь – в северокавказские. Потом – в национально- автономные области и округа РСФСР. Именно в упомянутой последовательности. И лишь после всего этого, т.е. по «остаточному принципу» – на остальную, официально русскую территорию РСФСР...» Таким образом, весь Советский Союз, в том числе и Украина, жили за счёт труда жителей коренной части России, чей уровень жизни из-за такой «справедливости» неуклонно падал из года в год.

Полёты Хруща

Не только российские, но и многие западные исследователи считают, что от советской власти больше всего выигрывала именно Украина. Её не только прикармливали из союзного центра, ей не только позволяли оставлять на местах собственную сельхозпродукцию. За счёт усилий всего Советского Союза республике создали ещё и самую передовую и наукоёмкую промышленность! Вот справка, взятая из современных исторических данных:

«Только за годы первых советских пятилеток УССР превратилась в мощную индустриальную державу. Были построены крупнейшие заводы, оборудованные современной техникой («Запорожсталь» в Запорожье, «Азовсталь» в Жданове (ныне Мариуполь), Криворожский металлургический в Кривом Роге, Харьковский тракторный), много шахт и других предприятий. Был введён в строй один из самых крупных в мире Ново-Краматорский машиностроительный завод, а также другие машиностроительные заводы в Донбассе, Харькове, Одессе и других городах. Заново на новой технической базе создали химическую, машиностроительную и металлообрабатывающу ю отрасли промышленности...

Таким образом, Украина к концу 80-х годов стала индустриальной державой с многоотраслевой промышленностью и крупнейшей союзной базой не только угольной, металлургической и пищевой промышленности, но и машиностроения, химии, электроэнергии...»

Возникает закономерный вопрос: а откуда у Киева были такие привилегии – что в области потребления, что в промышленном развитии? Думаю, по одной простой причине – с момента смерти Сталина, вплоть до середины 80-х годов, Советским Союзом правили украинские кланы! То есть, выходцы из тамошних партийных кругов. По словам бывшего генерала КГБ Филиппа Бобкова, началось всё с Никиты Хрущёва:

«Долгое время проработавший на Украине и пользовавшийся поддержкой украинских коллег, Хрущёв явно продолжал заигрывать с ними. Он всячески подчёркивал свою любовь к Украине, начиная с вышитых сорочек и попыток продвинуть кукурузу на север».

При Хрущёве же началась фактическая реабилитация бандеровского движения, когда многие участники националистического подполья были не просто реабилитированы, но им даже открыли доступ в органы власти. Вот что пишет по этому поводу историк Игорь Леонидов:

«По оценкам ряда североамериканских и западногерманских источников (в том числе существовавшего в 1950-м – начале 1970 гг. Мюнхенского института по изучению СССР и Восточной Европы), не меньше трети украинских националистов и членов их семей, реабилитированных во второй половине 1950 гг., стали к середине 1970-х руководителями райкомов, обкомов, обл– и/или райисполкомов на Западной, Центральной и Юго-Западной Украине. А также – руководителями разного ранга во многих украинских министерствах, ведомствах, предприятиях, комсомольских и общественных организациях, в том числе областного уровня».

Хрущёв также попытался провести в республике ещё одну насильственную украинизацию, подобную той, что состоялась в 20-е годы при Кагановиче – Хрущёв хотел перевести все учебные заведения исключительно на украинский язык, а русский изучать только факультативно. Неудивительно, что в начале 60-х годов в ЦК КПСС поступило анонимное письмо, где были такие слова:

«...На Украине всё больше накаляется атмосфера на почве национального вопроса, в связи с желанием кое-кого в Киеве провести так называемую украинизацию школ и вузов... Неужели в ЦК КПСС не ясно, что нарушение любого статус-кво, а тем более в данном вопросе на Украине, вызовет враждебные отношения между русскими и украинцами, возбудит у очень многих низменные страсти в угоду и на потребу украинским националистам?..»

Одним – застой, а другим – газ

Новая тотальная украинизация не состоялась только по причине того, что в 1964 году Хрущёва свергли. Однако в других вопросах его проукраинская политика продолжалась. Видимо, потому, что власть в стране взял другой украинский клан – днепропетровский во главе с Леонидом Ильичом Брежневым.

Бандеровцы по-прежнему беспрепятственно продолжали вхождение во власть, в результате чего националистическая риторика среди начальников и местной интеллигенции только увеличилась. Вообще, кадровая политика имела на Украине свои существенные особенности. Вспоминает генерал Бобков:

«В отличие от других республик Украина, с точки зрения обмена кадрами, оставалась закрытой для Москвы, тогда как из Киева, Днепропетровска и других украинских городов на работу в Москву и Российскую Федерацию прибывали руководители различных рангов. Украина же россиян к себе почти не принимала. Даже те немногие сотрудники нашего КГБ, которых посылали на работу в эту республику, чаще всего возвращались обратно».

Что же касается экономических преференций, то Москва продолжала делать республике всё новые и новые щедрые подарки.

Например, в деле строительства – в 1970-х – начале 1980-х годов – советских экспортных газопроводов. Строили их всей страной, а вот пролегли они главным образом через территорию Украинской ССР. Наверное, это далеко неслучайно – данное строительство позволило не только газифицировать всю республику, но и поставить эти линии под фактический украинский контроль. Историк Игорь Леонидов обратил внимание на то, что сам факт прокладки газопроводов через Украину очень обрадовал украинскую эмигрантскую диаспору, проживавшую в Западной Европе и США:
«Многие СМИ украинской диаспоры в тот период и позже отмечали, что с обретением Украиной «незалежности» она сможет диктовать условия России и будет держать её на прочном «крючке».


Так оно, собственно, и случилось после крушения Советского Союза, когда газопроводы на украинской земле стали сущим проклятием для российских поставок в Европу...
Думаю, что общий вывод тут вполне очевиден. Это не Украина кормила Россию, это Россия своими усилиями и трудами создала нынешнюю Украину, которая, увы, отплатила ей хамской неблагодарностью.

Вадим Андрюхин,
«Новое дело»