Мне не выдавить рыданий,
И я не зальюсь слезами.
Я в судьбе души не чаю,
Слишком дорожу глазами,
Но бывает, что порою
Сердце комом в горле встанет,
И над серой суетою
Криком боли дух восстанет.
И плач дождя, как стон волхвов молитвы,
И след вождя – вам как опасность бритвы.
А я смеюсь им вслед забвением звонким
И лишь учусь распознавать подонков.
Пусть свет звезды моей меня погубит,
Я вкус беды, которую не любят.
Где вы, люди, заблудились?
Никак правды не найдете.
Безголосыми родились
Или вовсе не живете,
Чем нас только не учили,
Но скажу вам откровенно:
Лица масками застыли,
Этим часто ноют вены.
Мне нельзя быть откровенным.
Мне нельзя быть чутким, смелым,
Но позволено быть хамом...
Так живут, да я упрямый.
Быть циничным – превосходно!
Переплюну в том, что сходно
С серой, загнанной толпою,
Где все с преданной душою...
И плач дождя, как стон волхвов молитвы,
И след вождя – вам как опасность бритвы.
А я смеюсь им вслед забвением звонким
И лишь учусь распознавать подонков.
Пусть свет звезды моей меня погубит,
Я вкус беды, которую так любят.