В основе постоянства всегда лежит безразличие. Вспомним, к примеру, последний эпизод бондианы, где Крейг в ответ на вопрос бармена о способе приготовления мартини в кои-то веки честно ответил: «Какая разница?» Моногамия – и в этом ее важное достоинство – остается едва ли не единственным оплотом против феминизма. Если вы все время заказываете в ресторане коктейль водка-мартини, вас вряд ли можно назвать алкогольным гурманом. Если вы ограничиваетесь единственной женщиной, в глубине души вам должно быть наплевать, какой именно. Женщина превращается в гигиенический аксессуар. Самое приятное, что ей решительно нечего против этого возразить: мужской верностью никто не будет возмущаться вслух, дамам остается лишь тихо злиться. Раньше я объяснял это тем, что сварливые стервы держат своих подкаблучников на коротком поводке, чем вызывают ответную ненависть. Лишь сейчас я начинаю понимать, что все это время путал причину и следствие.