-Нурлан, вы будете писать статью или мне не надеяться уже на вас?
Да, Мадина, буду! Обязательно буду, вот только, если смогу. Короткий диалог между мной и моим редактором, наивно поверившим в то, что я могу что то там писать.
Сначала я хотел писать статейки в стиле маститых колумнистов GQ, легкие и красивые. Вроде ни о чем, но почему то очень нужные мне… после того, как целый месяц я искал себя на творческой волне Лимоновых и Эймсов, стало ясно, что мне надо ловить свою волну, другую. Это какое то у них особое умение, взять тему похода в магазин, и написать так, что она увлекает всех, а на завтра я иду в свой магазин уже совсем как то иначе.
Потом решил, что гораздо важнее писать о проблемах нашего общества, социума, семьи и прочее важное и нужное. После трех недель мучительных попыток раскрыть тему на двух печатных листах, разрываясь между проектом клуба, и поиском нового силуэта в одежде, я обнаружил себя в оппозиционном лагере, где- то между странным дедушкой в чепане, на перекрестке улиц Дзержинского и Шевченко, и фанатичкой Фани Каплан, стрелявшей в Ленина.
Шли дни, недели, когда я наконец понял, что сначала надо разобраться в том – кто я? Кажется, похожим вопросом задавался и Раскольников. Но что мне до него? Я человек политкорректный, вот что я думаю о себе. А еще, я хочу писать увлекательные заметки о жизни на страницах глянцевых журналов. Начну с Bobo`s. Ну, и, наконец, я дизайнер, и, если вам вдруг будут встречаться мои пространные рассуждения о дизайне, то, пожалуйста, не сомневайтесь в том, что за ними стоит кое какой опыт работы в этой области.
Это уже восемнадцатое начало статьи, и каждый раз в этом месте, сразу после вступления, меня настигает состояние ступора, что дальше? Что будет интересно людям, взявшим в руки этот, дорогой уже мне журнал? Может и начать с дизайна, поскольку эта тема мне наиболее близка? Раскритиковать архитектуру новой столицы, пройтись по новостройкам Алматы? Взглянуть недобрым взглядом на интерьеры наших ресторанов и клубов?
А потом следует вопрос. А нужно это кому-то? Хотят ли люди, что бы я им открыл глаза на тот концентрированный кич, в котором они живут и радуются? Может мне надо быть добрее, и не мешать людям, получать удовольствие в своих заблуждениях? Тем более, что дизайн – категория очень субъективная, близко стоящая к такому понятию как вкус.
Никогда и ни от кого не слышал, что бы он признавался себе или кому- то в отсутствии у него вкуса. Музыкант не обидит никого, если скажет кому-то что у него нет слуха. Так же легко мы согласимся с литератором, отказавшим нам в отсутствии писательских талантов. Без труда мы найдем консенсус и с художником, и с балетмейстером и с.. и с…. и с… Но, как дело доходит до вкуса, вернее об отсутствии оного у кого то… Ооооо! Об этом говорят только за глаза, и то, когда все слышащие согласны с этим, и, ни при каких обстоятельствах не донесут на нас. Иначе – смертельная обида!
Считается, что вкус есть у всех. Например, на таком основании, что вы сумели таки купить себе действительно хороший костюм от Armani, или ботинки от Clone. Если это принять за доказательство, то почему бы мне ни считать, что у меня есть отличный слух, лишь потому что я слушаю джаз? А, если я все таки дочитаю всего Достоевского? Смогу ли претендовать на то, что у меня есть литературный дар?
Так вот, хочу ли я причинить читателю смертельную обиду? Что бы он с отвращением вспоминал ту, «насквозь лживую» статейку, случайно прочитанную в каком-то журнале? Захочет ли мой редактор, что бы с его детищем, с таким интересным, познавательным и во всех отношениях «правильным» журналом Bobo`s, ассоциировали имя грязного наветчика и начинающего писаки, мнящего из себя источник безупречного вкуса, как я?
Нет, это вам не нужно. И вчера мне показали это наглядно два моих работника – мастера по пошиву, сотрудничающие со мной последние 5 лет. Выбирая ткань себе на платье, они советуются друг с другом, но не со мной, стоящим рядом.
- Оксана, посмотри, мне идет?
- нет, Вика, ты сливаешься…
А я, модельер, дизайнер, который, если только она попросит, может запустить ее в космос красоты и гармонии, остаюсь не востребован. Ха-ха. Какая правда жизни!
Энцо Феррари благополучно покидает наш мир и предстает пред Всевышним.
-О, Энцо! Рад тебя видеть! Ты воистину гениальный конструктор, а твоя машина – просто чудо! Даже я бы так не придумал. Я с удовольствием гоняю на ней в свободное от забот время, и очень тобой горжусь! Ты молодец, вот только… ммм… хотел предложить тебе небольшое улучшение. Ты мне позволишь?
- С превеликим интересом!
- Когда включаю пятую скорость, то ручка КПП немного мешает мне вытянуть пепельницу.
- мммм…дело вкуса. И я получил большое удовольствие от жизни на Земле. Ты создал Женщину, и она воистину божественна! Вот только…
- Что?
- Впускное отверстие расположено слишком близко к выхлопной трубе….
- эээ… дело вкуса.
Да, дело вкуса. Единственный вопрос, чьего вкуса? Не Вашего. Это уж точно!
Дело вкуса общественного. Общественное мнение и общественный же вкус – вот тот фильтр, который вы не можете преодолеть, где застревают все смелые ростки мыслей, появлявшиеся когда либо в вашей голове. Мы находимся в плену, нет, даже не в плену, а в тюрьме общественного вкуса. Нам подают в окошко а-ля дизайнерскую баланду, которую мы все и едим. В виде всех этих евроремонтов с картинами и занавесками. Кстати, вам не приходило в голову, что наши шторы напоминают накладные ногти, с вензелями и завитушками?
Может дело в том, что страна находится уж очень далеко от цивилизованных мировых центров? 7 часов до Лондона. 12, пока доберешься до Парижа или Милана. И вот она наконец, Европа!
Но все же, когда вы все- таки доберетесь до Европы, и, вдруг Вас примут в хороших домах, то обратите внимание на то, что картины, висящие на стенах, сопоставимы по своей ценности со стоимостью дома, в котором они находятся. У нас же, порой продукты в холодильнике выглядят более разумным вложением денег, нежели тот кич, что висит на наших стенах. Это даже хуже коврика с оленями из моего детства. Он хотя бы не претендовал на то, чтобы называться искусством.
Буду рад, если после этих слов, хотя бы одна юрта с верблюдами полетит в мусорный контейнер. Но нет же, не дождусь, она будет передарена менее искушенному родственнику. Одна. А остальные останутся на страже «гармонии» вашего неуютного дома, подсвеченные, (дайте, угадаю!) галогенной лампой в золоченном китайском светильнике.
Я знаю, почему казахи любят красивые машины. Это один из немногих продуктов дизайнерской мысли, который мы можем «носить» с собой и предъявлять обществу в не испорченном виде. На втором мете – сумочка, потому что ее тоже можно показывать отдельно от себя, ну и на третьем – туфли, единственный из предметов гардероба, который не меняет свою форму оттого, что они на вас. Во всяком случае, пока они новые.
Все остальное требует работы, а это уже нам не по силам, кажется.
Надо работать над вкусом. И вкус не заставит себя ждать, только надо по честному. Хотите купить картину? Заплатите искусствоведу, и, если он вам скажет, что в этом городе нет картины достойной вашего выбора, то так тому и быть.
