В колонках играет - Pet shop boys

Кончаются нулевые. Время подводить итоги и собирать багаж для пути дальше - в десятые. Нижеописанное я хочу оставить в нулевых, оставить здесь и в будущее с собой не брать. Из меня меня сделали в 90ые. А отшлифовали в нулевые...

Ночь с 99го на 2000й.

Идем с одноклассником по кличке Дорт откуда то из Зябликово пешком домой в Орехово.  Нетрезвые немного, пятнадцатилетние и счастливые. И это несмотря на то что нас попросили из гостей часа в три ночи. Дело в том что наш друг, завел себе девушку и начал практиковать с ней регулярные занятия сексом. От теории к практике они перешли не так давно и не успели насытиться друг другом полностью, поэтому часам к трем им приспичило и мы были попрошены на уй)
Мы поворчали, покурили напоследок на балконе, но особо не обиделись и мирно удалились. Вообще день был полный впечатлений. Днем нас всех огорошил Борис Николаевич своим "я ухожу". Тогда мы все интересовались политикой. Было чем интересоваться. Были надежды на какие то перемены к лучшему, ведь старого мямлещего маразматика Ельцина сменил молодой и энергичный этот...эммм...ну как его фамилия, а Дорт? Эээ...Вроде Путин да?
Кругом толпы народа, все братаются и поздравляют друг друга. В том числе кидаются и на нас. Мы отвечаем взаимностью, но от предложений выпить отказываемся. Дома наверное еще не спят, могут и унюхать. А перед выходом мы уже сьели немного мерзкой зубной пасты. И ноги мерзнут - ускоряемся. На перекрестке Домодедовской и Орехового прощаемся. Прихожу домой. Все мирно спят, оказывается у нас были какие то даже гости с какими то девочками. На столе стоит тарелка с пирожками. Сьедаю два, выключаю свет, смотрю в окно. Ходят пары, ходят квартеты, взлетают феерверки. Лайф из бьютифул. Ложусь на приготовленную мне раскладушку и отрубаюсь.

 

2000й.

Девятый класс подходит к концу. Кем же мне быть? Хочу быть врачом, просто до коликов в животе. По НТВ крутят Скорую помощь, я в полном восторге. На экзамен по выбору беру биологию. Зубрю учебники и медсправочники и энциклопедии. Готовлюсь уходить в медучилище.
В конце марта все выбирали Путина. За то что дал по ушам чеченам, которые всех уже откровенно достали, и расквитался с ними за сентябрь 1999го, когда мы как проклятущие ходили холодными ночами вокруг своих домов в надежде что нас не взорвут. А что бы не околеть, я с бойфрендом матери распивал водку. Становилось и правда чуть теплее.
Между матерью, бабушкой и братьями разразился тогда страшный спор касаемо того за голосовать. Братья почему то хотели что бы мама с бабушкой отдали голос за Зюганова, но старшее поколение младшее не послушалось и Путин получил два голоса от нашей семьи и стал президентом. А сразу после того как бабушка проголосовала, сразу как унесли переносную урну с ее бюллетенем, брат посадил бабушку в свою машину и привез ее к нам. Дело в том что с неделю уже все понимали по косвенным признакам что бабушка на днях умрет. А у него ребенок маленький...Первый день она еще держалась бодрячком, но ночью только сильно стонала. А потом все потекло по наклонной. Из-за этих стонов я не мог спать и школа естественно пошла лесом. Дошло все до того что она стала меня просить ее убить. Продолжалось это до выходных, даже меньше недели. А первого апреля, пока я играл в WarCraft2, бабушка сказала что видит в комнате красноармейца, который стоит прямо за мной. И говорила с ним. А потом она захотела клубничного йогурта и мама пошла за ним в магазин. А потом бабушка начала звать мать и говорить что задыхается. Я хотел было обуться и выбежать на улицу и догнать мать, но не успел. В дверях меня застал этот ужасный крик вырвавшийся как бы из лопнувшего пузыря. Я сел рядом с лежащим на полу телом и просто тупо на него смотрел. Помятуя о бабушкиных просьбах ее убить скорую не вызывал. Минут десять она еще иногда дышала, а потом затихла и пожелтела. Вызвал скорую, приехала милиция...Пришла мама с йогуртами, сказала что увидив процессию перед подъездом сразу все поняла.
Морг Зиловской больницы, Хованский крематорий. Жена брата снова сходится с братом. Через месяц собственоручно закапываю все что от бабушки осталось в семейную могилу. Ирония судьбы - бабушка терпеть не могла моего отца, а прах их оказался в одной могиле.
После этой недели понял что врачом я совершенно не хочу быть. Просто не смогу наверное.
За мои грехи в школе на экзаменах меня заваливают. Не справедливо, ибо все мои грехи - постоянные прогулы на самом деле результат абсолютного пофигизма педагогов на происходящее в ввереных им классах. На меня с моими грамотными, развернутыми, подробными и энцеклопедическими ответами биологичка смотрит как на идиота. Ей нужна фигня из учебника, по которой от реанимационных мероприятий человек оживает в любом случае. Географичка требует от меня сходу раскрыть тему которой не было в моем билете. В итоге сдавал больше всех. Я бы рассказал, но не сходу, я ж не автомат. Только англичанка меня любила, царствие ей Небесное.
В десятый брать не хотели, еле уговорил. Шел домой мокрый и счастливый. Все разлетелись кто куда, наш "первый гимназический" перестал существовать. Перешел в "экономический", подразумевающий факультативы в Царицынском колледже два раза в неделю.
Все лето провели мотаясь в Климовск дабы пробовать клеится к девушкам и слушая модную в то время Земфиру, хотя я все больше подсаживался на Сектор Газа, чей лидер тем летом и  умер, о чем мне сообщил Дорт ближе к августу по дороге за "Балтикой" с новым вкусом. Жена брата к нему вернулся и отдала мне своего годовалого лабрадора - Нэша. Руки мои покрылись ссадинами и синяками, Нэш любил подвижные и бойцовые игры. Мы сразу нашли общий язык.
Осенью тусуюсь с мифишными лицеистами и чувствую себя белой вороной. Лицеисткам я как парень не нравлюсь, но они регулярно заезжают ко мне да бы по видаку посмотреть "Иглу". Их прет Дельфин, а  мне он как то безразличен. Я не знаю тех песен что они поют. И поездки два раза неделю в Царицыно не приносят ничего кроме утомления и головной боли, подсаживаюсь сперва на "Казанову", пропускаю пару банок по дороге в колледж. Мир кажется глупым, несправедливым и неинтересным. Обиды на школу, учителей и бывших одноклассников берут вверх над здравым смыслом. Желание учится чем либо уничтожена. Сначала пиво, потом водка. У меня случается первый в моей жизни запой. Был перерыв, когда на каникулах сьездили с Дортом на "Кинопробы".Когда то в ноябре пришел в последний раз в свою 832ю, чуть чуть пьяный, на русский язык к своей любимой учительнице. Не раздеваясь, написал самостоятельную и пошел домой. На следующий день я узнал что меня отчислили.
Попросил у матери купить бутылку водку дабы "комп почистить". С горя выпил всю эту бутылку мерзкой "Гжелки", без закусок и запивок, только закуривая. За час где то. Потом разделся до гола и пошел в морозную ноябрьскую ночь. Затем грелся в ванной где и стало мне плохо. Вся ночь как в бреду. Утром пришел один из бывших одноклассников и принес похмелиться, хотя я не помню что бы его об этом просил. Тогда и выяснилось что пить я больше не могу. Вообще.
Курил красный дукат, много, до болей в ногах. Курил прямо в комнате на бокс от CD. Потом сломался комп и я остался один в своей пустой комнате. Слушал в плеере "Наше" и ходил по вечерам гулять под окна к девушке которая мне нравилось. Иногда ловил на себе ее взгляд, правда не особо заинтересованный. Зима была очень холодной и темной. Помню только позывные "Нашего" в ушах. Все летело к черту. Определили меня в Вечерную школу, куда я и должен был отправится в...

2001й.
Вечерка оказалась не таким уж и ужасным местом. Нефоры, панки и "дисседенты". Первое что у меня спросили в новом классе "а тебя за что ушли?" Узнав мою печальную историю о взаимоотношениях с учителями и одноклассниками лишь сочувственно покачали головой. Среди этих людей я впервые за много "гимназических" лет почувствовал себя равным среди равных. Правда я не могу сказать что бы в вечерней школе нас чему то учили. Нет, учитель что то бубнил себе под нос, а от нас требовалось просто переодически показываться на уроках. Обучение во вторую смену наконец то дало мне возможность высыпаться, а окончательно все преимущества такого режима учебы я оценил когда в марте наконец то обзавелся новым компом с модемом. Дело в том, что тогда не существовало абсолютных безлимитных тарифов. У провайдера на котором я тогда сидел - МТУ Интел, ныне известный как Стрим, было два "типа безлимитных " тарифа. А именно ночной и выходного дня. Сидеть в интернете только по субботам и воскресениям мне не улыбалось и я выбрал ночной - с 2х ночи до 9-30 утра. На почве любви к Сектору сошелся с некоторыми людьми, по весне поехали с Дортом на первую в моей жизни сходку интернетовцев. С организатором этой сходки, Вовой "Патриотом" мы довольно таки близко сошлись - это был веселый панк-ПТУшник, с настоящим ирокезом старше меня года на три. Он считался кем то вроде главного фаната Сектора Газа в Москве по версии одного из сайтов на данную тему и совершенно безбашенным челом. Например он ездил на 40 дней со дня смерти Хоя и ночевал прямо на кладбище. А еще у него была подруга из Питера, которая мне по фотографиями показалась очень взрослой и некрасивой теткой.
Конечно она тоже была старше меня на три года, но оказалась в жизни очень даже ничего. В троем мы и поехали в Воронеж летом на первую годовщину смерти Хоя. Все прошло...странно. Ночевка на кладбище прямо на могилах, куча каких то странных людей, гопники-панки вперемешку, местный самогон, какие то странные знакомства. У меня сперли магнитофон и я что то почувствовал к Патриотовой Наташе, правда не показал виду. Через пару недель мы поездку повторили, теперь по поводу дня Рождения кумира. Все прошло еще более странно - в поезде с нами воевали проводники и мы в отместку им выкинули матрац с подушками в окно, когда поезд гремел на мосту через реку Воронеж. Пьяный Вова спал в зале ожидания Воронежского вокзала, переодически просыпался и искал своего брата. А не найдя его, наслаждаясь собственным голосом сладко растягивал слово "Гаага", вставляя столько букв "а", насколько хватало его дыхания. Мы же с Натой всю ночь проговорили, и чем больше я с ней общался тем больше она мне нравилась.
День прошел еще более странно. Меня укусила оса когда был тостующим, на вдохе, где то в горле. Одна очень симпатичная блондинка пыталась меня спасти, но горло было не в ее компитенции. С горя наганжубасились. Все валялись и ржали, мне было пофигу. Потом в полубреду провалялся весь день на скамейке на какой то могиле. Вова был не в лучшем состоянии. К полусонной Нате клеелся какой то парень, обнимался и звал куда то. Но обломавшись просто обоворовал ее. Но народ который был на кладбище воров поймал, отволок вглубь кладбище, привязал к крестам и как следует отлупил. Я в экзекуции участия не принимал, а приводил Нату в чувство. Я не знал, она была беременна и ей нельзя было столько пить, да и дурь была явно лишней. На ворах порезали одежду и голышом пинками прогнали с кладбища. Вещей мы так и не нашли. Самой обидной пропажей был фотоаппарат, на пленке которого было много всего интересного.
Вечером пошел дождь. Та самая блондинка что хотела меня спасти, узнав что под дождем без ночлега остаются Москвичи и Петербуржка приютила нас в своей маленькой комнатке на Циолковского. Выпили. Все уснули. Утром с каким то парнем приставали то к блондинке, то к к ее сестре. Блондинку звали Таня, ее сестру Аня.
Таня проводила нас до электрички, на вокзале я пытался к ней безупешно клеится.
Когда ехали сильно стремались и контролеров и ментов потому что у нас было много ганжи. Но доехали без происшествий. Дабы не думать о Нате решил переключится на Татьяну. Через неделю Таня приехала в Москву на Нашествие. Привезла она с собой какого то Воронежского пойла и перед тем как пройти на территорию Раменского ипподрома я очень сильно напился и Таня буквально на себе меня тащила до проходной, помню как она разозлилась и расстроилась когда выяснилось что она купила нам с рук фальшивые билеты, помню что смогли найти Патриота в палаточном городке без помощи мобильников, которых тогда ни у кого не было.
За два дня в Раменском я так вымотался что по приезду домой сразу же уснул в ванной и затопил соседей. Татьяна сидела ни жива ни мертва пока мать, ее бойфренд и сосед снизу - Стас - крыли меня матом на чем свет стоит. На мои поползновения она по прежнему не реагировала никак. Желая попрощаться с Патриотом и его друзьями опоздала на поезд. Пришлось доплачивать из своих.
Осенью поехал к ней на день Города Воронежа. Но она по прежнему игнорила мои поползновения. Зато я оброс там кучей знакомых, большой такой кучей говнарей, для которой засунуть подобранную на земле клизму  в рот - как нефиг делать. Перед отъездом пили во дворе какого то детского сада. Решил сделать пирсинг, и мне прокололи булавкой ухо. В поезде мешало спать, я ее вытащил и дырка заросла. Больше никогда себе ничего не прокалывал. С празднований приехал утром 11 сентября это был солнечный и теплый день. Надо конечно было идти в школу, но я решил что она и без меня обойдется. Лег спать - проснулся, по телевизору - авиашоу с небоскребами, то что сейчас известно как nine/eleven. Я был потрясен. Я отказывался верить что такое зло может вообще быть, надеялся что это какой то розыгрыш типа радиошоу о Войне миров. Видеть гибель нескольких тысяч человек в прямом эфире по телевизору - это жуткое потрясение...
Спустя несколько дней мы с моим бывшим одноклассником Женей сидели у меня и пытались постигать творчество малознакомого нам тогда Егора Летова, но что то не шло. Раздался звонок - звонил Сергей "Хакер", тот самый парень который вместе со мной приставал к Воронежским сестричкам. Сказал что все мои новые воронежские связи мерзнут на Арбате и их надо куда нибудь вписать. Мы с Женькой помчались на Арбат и нашли их у стены. Они были грязные и вонючие. "В тесноте да не в обиде" решил я и вписал 10 человек в свою маленькую комнату и скоро она начала пахнуть так же как электричка Рязань-Мичуринск в час пик. Какие то люди терялись, какие то находились. Нашлись панки с Ебурга, нашлась какая то москвичка, которую вся мужская часть этой кодлы трахнула под пожарной лестницей на первом этаже моего подъезда. Все, кроме меня, разумеется. Из чего то вменяемого и адекватного более-менее что мы с Хакером сделали - это посетили вокалистку Сектора Татьяну Фатееву и руководителя Фан-клуба Сергея Кима. Через полгода они станут группой Сектор Газовой Атаки, существующей помоему до сих пор. А так мы мотались по центру, в основном в районе Красной площади и Арбата, думая как бы надыбать денег на бухло. Вылавливали деньги в ГУМовском фонтане и мечтали надыбать веник, дабы подмести лобное место. Вечера коротали подремывая у стены Цоя под заунывное блеяние очередного уличного "музыканта". У Арбатской тусовки тогда была неделя радости и счастья. Все искренне радовались террактам в США, что Американцам наконец то наваляли и слогали об этом матерные частушки. Я был в шоке сам с себя. Весь романтический налет с независимых, свободолюбивых панков стерся. Оставались только грязные и тупые гопники, без смысла в жизни и с единственной целью - бухнуть и желательно за чужой счет. Мне было крайне не приятно что я попал в такой круг... Да и моя матушка была в полном "восторге" от происходящего. Настолько, что я был попрошен своей мамой на &уй из собственного дома вместе со своими гостями. Перед отьездом встречаемся с Патриотом. Узнаю что у Наты выкидыш, звоню ей, спрашиваю как дела. Она меня сперва не узнает, но потом вроде даже радуется. С Хакером мы подобрали найденную на Арбате грустную девушку из кодлы с погонялом "Ленок" и поехали на Казанский вокзал. На Рязанскую электричку мы не успели, поехали последней Голутвинской. Пока ее ждал в дальней части первой платформы нарвался на гомосексуалиста. Мужик подошел, угостил сигареткой, мы поговорили немного. А потом он у меня и спрашивает мол, а хочешь я у тебя отсосу? Зачем это? - говорю. "Пацан, тебе что, спермы жалко?". Толкаю его, он спотыкается и падает, бью немного его ногами и убегаю, мне самому страшно.
До Воронежа доезжаем без денег и без происшествий. Неделю живу у Хакера, три раза в день питаюсь домашней пищей. Днем мотаюсь по Воронежу, ищу встречи с Таней, но она происходит перед самым отъездом. Сую ей записку с какой то романтикой. Уезжаю снова электричкой, из денег - 7 рублей на метро. Приезжаю домой, а мать злиться. Пока принимал душ она позвонила среднему брату. Он приехал и хорошенько меня отлупил. В доме наступил мир.
Поздней осенью Ната приехала в Москву. Сразу по приезду Вова ее бросил. А я выгуливал ее по городу и успокаивал. Даже подарил последную копию наших с Дортом записей. Договорились в декабре вместе смотаться в Воронеж. Когда провожал Нату на поезд, купил на Казанском билет в Воронеж. Позвонил Татьяне, но она сказала что приезжать мне не стоит, что бы приезжали вместе с Натой в декабре. Когда сдавал билет видел стоящий мой поезд, было обидно. В конце ноября Патриота забрали в армию.
С Натой ехали по старинке на электричках с ночевкой в Рязани. Там одна сумасшедшая бабка пела матерные частушки, а мы согревались чаем из буфета. В Мичуринске погуляли по городу, согревались водкой "Тамбовский волк" и обнимались что бы согрется.Вечером на вокзале нас встретила Таня, мы были замершие и уставшие и очень быстро уснули. Следующий день прошел бестолково, Нате надо было в Питер, я обрек себя на электричку, что бы она уехала поездом. Когда провожали ее - пошел снег и пыльный Воронеж очень быстро занесло. Ната уехала, а мы с Таней поехали на кладбище за темно, потому что должны были с кем то там встретится. И там видел потрясающую вещь - над Хоевской могилой из далека я видел несколько красных огоньков, будто несколько человек стоят и курят. Таня еще обрадовалась что там есть люди. Но когда мы подошли, людей не было. А на свежем снегу не было никаких следов...Шли долго молча. Дома уснули. А на следующий день я понял что ей я не нужен совсем и что я только мешаю. Попросил проводить меня до вокзала, что она и сделала.
Ночью был бит Рязанскими гопниками и приехал домой чуть живой. Но обошлось. С Натой договорились что я приеду сразу после нового года к ней в Питер, где я еще ни разу не был.

2002.
Второго января я оказался на Московском вокзале. Так и родилась одна примета - если оказываешся второго января в Петербурге, значит год будет очень плохим. Эта примета рожденная в 2002м, в моей жизни потвердилась в 2008м - я опять оказался в Питере второго января, и в этом же году заболела и умерла мама. А еще в 2008м я удержался от встречи с Натой, когда нахлынувшые на меня эмоции буквально вытолкали меня на Парке Победы из вагона метро и заставили ехать обратно в сторону Невского проспекта.

Питерский поезд был дополнительным и неотапливаемым. Всю дорогу проводники носились по вагону с грелками и боролись за живучесть туалетов, но тщетно - туалеты обледенели и вышли из строя. Сидел сжавшись, но благо закалка у меня уже была. Отвлекался рассмотром сосен за окном и зеленого заборчика.
Чуть живого вечером меня встретили Ната и Макс - наш общий знакомый. В общем то в сети мы и общались вчетвером - Патриот, Ната, я и Макс - Дедмаздай. Отпаивали меня ледяным пивом со льдом, градусник показывал минус двадцать. На площади восстания красовалась гигантская надпись "Ленин г ад - Город Герой". 
Мы шли с трамвая через пустырь где то в Купчино, там где сейчас гипермаркет Лента держась под руки чтоб не упасть. Курили в парадной. Потом она кормила меня макаронами с майонезом, кетчупом и горчицей под водочку. Мы слушали Кино - "Начальник Камчатки". В ее комнате были зеленые стены, гитара и большое окно. Первая моя записанная песня в стиле реггей была про это все и называлась она незамысловато "Пиздец подкрался незаметно".

Мы гуляли по Невскому, ходили в Зоопарк, зачем то поехали кататся на автобусе 80 и оказались в Девяткино. Слушали Красную плесень, Гражданскую оборону и Сектор, пили крепкую "Охоту", и не смотря на то что спали хоть и на одной кровати, но одетыми, с каждой ночью спали все ближе и ближе друг к другу. Однажды она спросила почему я к ней совсем не пристаю и призналась что еще с лета я переодически появлялся в ее фантазиях. В последний вечер пришла ее подруга Катя и мы как следует напились. Мы лежали с ней рядом, наши губы соприкасались и чуть чуть двигались, так как будто это уже поцелуй, но будто бы и нет и у каждого был шанс сдать назад. Это было...сказочно? Ничего такого я еще никогда не испытывал до того момента. Утром я сказал ей что люблю ее и уже давно. И уехал в Москву праздновать свои 17 лет и учиться. В поезде со мной пытался подружится курсант милиции, но я всю дорогу прокемарил и видел радужные и светлые сны. Мир был прекрасен. Из вечерки меня перевели в обычную школу в Юго-Восточном округе, хотелось куда нибудь поступить, я занимался. Но еще сильнее хотелось снова поехать к ней. И через две недели я поехал. Все снова было волшебно, пока не наступил момент, когда паре надлежит заняться сексом. Дело в том что я как бы был еще абсолютным девственником и как огня боялся этого момента. А Ната вдруг сказала "эх, как вот бывает. Люблю одного, а в постель тащу другого". Это было как камнем по голове. Над постелью нависала тень ирокеза Патриота. Утром я уезжал из Питера, почти бежал, полный решимости больше никогда в этот город не возвращатся. Но спустя несколько дней она позвонила и сказала что любит меня и хочет что бы я приехал. Я и приехал накануне дня святого валентина. В ночь с 13 на 14 и произошло то что произошло.
Ната тогда уже работала в "Сайгоне" на Невском, в рок-магазе. Я видел ее коллег, один из которых - Паша - мне почему то запомнился. Крепкий парень такой, в белой рубашке. В Сайгон же она попала случайно, изза первого моего приезда сорвалась другая ее работа.
Мы сходили на концерт Ленинграда в Юбилейном 16 февраля, DVD которого я до сих пор не могу посмотреть, зная что где то там мы. Ездили на Богословское кладбище. По дороге обратно какие то уроды набили мне морду, глаз заплыл кровью. Я нацепил черные круглые очки а-ля Летов и ходил в них и в темное и в светлое время суток, заставляя прохожих глазеть на свою скромную персону.
Мне стало казаться что появилась какая то стена между нами. Но она очень убедительно плакала накануне моего отъезда, и очень убедительно шептала что я ее половинка и как она меня любит. Мысленно я уже послал все к черту и переехал в Питер к ней. Насовсем. Я почему то правда решил что так и будет. Матери моей мои поездки к ней ненравились, она почему то считала что она 6лядь. Я всегда ценил свою мать за то что она запросто так могла сказать что думает. Но не в тот раз. Я ей заявил что все что происходит это всерьез и надолго.
Накануне 23го февраля мы созвонились, договорились созвониться через два дня и что к 8му марта она приедет ко мне в Москву.

Но через два дня ее брат сказал мне что ее нет дома. Тоже самое он сказал и на третий и на четвертый день. И я понял что она от меня шифруется. И всё.
Через неделю мне в аську пришло "пожалуйста, пойми меня, очень прошу пойми меня". Еще через пару недель пришло письмо, из которого я ничего не понял, разве кроме того что оказывается "с друзьями иногда такое случается". Письмо я достал из ящика когда ехал на Домодедовское кладбище, прочитал там, там же и оставил. У меня не было сил везти его в Москву. Это время я почти не помню. Я ходил как зомби ночами по району, мокрый после ванной  и не понимающий куда иду. Мама говорила - я же тебе мол говорила, она взрослая, ей нужны взрослые мужики, зачем ей ты. Ответил Нате что то даже, ерунду какую то в пивнушке на Речном написал и там же и отправил. Пил немного, но ганжубасил порядочно. В себя придти долго не мог, каждый раз как начинал успокаиватся появлялись перед глазами ее плачущие глаза нереально голубого цвета и слышал ее голос что то вещающий про половинки.
У Патриота был увал, он в Москве служил, на Речном вокзале. По пьяне сказал ему что был с ней. Драться не полез, ничего не сказал, но было видно что ему не в кайф.

Ближе к концу весны начал отходить. Правда учеба была уже на таком уровне что лишь бы аттестат получить. Реально замаячила перспектива пойти в армию. С Дортом купили мне электрогитару - Flight на Домодедовском рынке за 3500. Стал пытатся на ней играть, вроде полегчало. Но Ната снова подлила масла в огонь. Ночью как то звонок раздался и сразу сбросили. Залез в сеть, она была в аське. И стала мне рассказывать про всякие свои боевые подвиги, например как ее снял сорокалетний мужик на концерте Ленинграда, куда она ходила "поблядствовать", и как ей было не в кайф утром найти его в своей постели. Попросил ее мне такое более не писать, ибо и так плохо. Обещала больше так не делать.

Экзамены сдал еле еле. Знаний было только на сапоги и автомат. Плюнул на все, вместо выпускного поехал в Питер к Максу. В тусовке оказалась Ната. Мы с ней встретили у коней на станции Площадь Александра Невского. Первые два часа мы вели себя так как будто незнакомы и знакомится не желаем. Потом все же разговорились, правда о полной ерунде. Краем уха слышал как ее подруга спросила у нее "А как у Вас с Пашей?". По дороге домой она мне стала объяснять мол так и так, ты же понимаешь да, разные города, все дела. У нас бы всеравно ничего не получилось. А вот с Танькой(!!!воронежской!!!) мути, она, мол, девченка хорошая. Хорошая, конечно, хорошая, говорю. Да только я вот тебя люблю всеравно. Голубые глаза захлопали, в них появились слезинки, двери трамвая захлопнулись. Мы сели с Максом в автобус и поехали из Купчино в Рыбацкое. Приехали, отец Макса сказал что нам Наташа звонила, но Макс сказал что не надо ей перезванивать, поздно и все такое. По радио играла песня про бегемотика Мотю, "вы кажется тонете, а не плывете". За окном стояли белые ночи. Все это нереально напоминало мне песню Майка Науменко "Белая ночь, белое тепло".
Я вернулся в Москву, близилась вторая годовщина смерти Хоя и надо было ехать в Воронеж. Ната изьявила желание заехать ко мне в Москву, хотя поездами мы ехали разными. Они приезжали на Придачу, я должен был их там встретить. Утром они с Катей заявились. Катя была пьяная и сонная и улеглась спать. Мы с Натой устроили обнимашки на диване, но Катя это просекла и устроила непонятную сцену. Потом дамы удалились. Я незнаю что с ними случилось за оставшийся день и ночь, но утром в Воронеже на станции Придача я встретил совсем другую Наташу. Ту, которая не хотела оставаться со мной наедине ни на минуту, которая почти не говорила со мной, полная противоположность Наташе вчерашней. Вечером она даже не захотела что бы я провожал ее на вокзал. Но забытая ее подругой сумка привела меня на Воронеж Первый. И я как дурак на прощание снова сказал ей что люблю ее. А потом на меня в окно вагона смотрели все те же невероятно голубые глаза, полные слез. Она плакала. Поезд покачнулся и тронулся. Я шел за вагоном, а поезд все ускорялся и наконец она пропала из виду. Это было 4 июля 2002го года. И до сего дня я больше ее вживую не видел. Она ждала меня на пьянку вместе со своими френдом в 2008м, но как я уже писал,  я не доехал до станции назначения. Потому что прошлое возвращать бесмысленно.
К Тане я уже не проявлял внимания как раньше, мы с Хакером даже умудрились один раз проигнорировать ее пожелание, что вызвало с ее стороны бурю протеста. Я туда ездил еще раз в конце июля, когда вернулся в Москву - тут стоял приснопамятный смог 2002го года от торфяных пожаров. С Таней и Хакером сьездили вместе на последнее Нашествие в Раменском. Они грызлись всю дорогу и разьехались раздельно.

Осенью с Максом сьездили в Воронеж, попили с гитаристом Сектора Кущевым. Было весело, Кущ когда пьяный и буйный ,и смешной. Перед отьездом к Тане заехали. Более я ее вживую не видел до сего дня. По приезду в Москву попали в милицию. Мою физиономию с волосами до плечь показывали по тв как злого скинхеда. А все изза того что мы просто поехали с Максом к его родственникам, что жили в районе Ботанического сада. А вот тот день было Московское дерби, и по этому поводу мясо и кони забились где то в тех местах. Хватали всех мимо проходящих, в клетке был даже 8 летний мальчик. Правда Макса отпустили. Майор что рулил задерженными в автобусе видимо смекнул что Петербуржцы болеют за Зенит, а следовательно ни за Коней, ни за Мясо рубиться не будут. Отсидел 6 часов. На свободу с чистой совестью вышел когда город окутали сугробы. Началась зима...

2003-2005

Исполнилось 18 лет. Стало страшно. Здоровье отличное, отсрочек нет. Ничего нет.
На годовщину Питерских событий снился мне сон - будто мы на Нашествие едем с одноклассниками. Смотрю в окно - у подъезда Ната сидит. Смотрит на меня своими голубыми глазами, плачет. Выходят мои одноклассники, берут ее под руки и уводят. Просыпаюсь, лезу в инет. А мне Макс пишет - Вить мол, я тебе сейчас одну вещь скажу, только ты обещай что ты не очень расстроишся...Наташа замуж выходит.
Расстроился конечно. Потом фотки показывал. Ната красивая, волосы не зализаны, длинные, кудрявые. И муж...Да, тот самый Паша из Сайгона. Крепкий такой здоровый парень.

По весне закидывают повестками. Игнорирую сколько сил есть, но потом ко мне приходят из управы. Я конечно не открываю, но понимаю что это все очень серьезно. Иду в военкомат и сдаюсь. Серьезно прохожу все тестирования, максимально подробно заполняю анкеты. 9 июня - с вещами на выход. В Московском метро 9 июня авария, чуть не опаздываю в армию.
Страшно находится в качаемом автобусе. А дальше Угрешка - медкомиссия, которую мы проходим как чистую формальность, фото на родину в обрезке пятнашки с тельником, весь день на сборном пункте. Вечером собирают команду и едем мы общественным транспортом в военный городок на станции Трудовая под Икшей. Первый эпизод грабежа, дедовщины, первые синяки - все в первую же ночь.
Утром забрали капитан и прапор из ВВС, привезли в Москву. И сразу домой отпустили на праздники...Сказали, после праздников придешь. Пришел, и началась служба. Много работал, в основном с компьютерами и документами. Бывало что и сутками. За это и свободное время у меня случалось. Познакомился с Захером и Кузьмой, с Кузьмой стали поигрывать вместе, правда кроме пары релизов дальше дело не пошло. Демобилизовался в мае 2005го. Дальше почти все как у людей.

2006-2009.
10 января 2006го года завел дневник на liveinternet.ru. Все дальнейшие события можно прочитать начиная отсюда >>
http://www.liveinternet.ru/users/deez/page1.shtml и далее, на протяжении 71ой страницы.
 

- С Таней мы сейчас взаимные френды вконтакте. Раз в полгода пишем друг у друга что то на стене.
- С Максом связь утеряна в 2008м году.
- С Хакером связь утеряна в 2003м году.
- Дорта переодически встречаю то в автобусе, то в метро.
- Моя мама умерла в 2008м году от рака.
- Муж Наты Павел погиб в феврале 2007го года. Под кайфом упал с лестницы в парадной. Умер в НИИ Скорой помощи им.Джанелидзе в отделении нейрохирургии.
- Подруга Наты Катя в июле 2009го года так же оказалась в отделении нейрохирургии НИИ им.Джанелидзе. После бурной попойки в честь чьего то дня рождения на нее упала дверь. Пережила две трепанации черепа. Выжила.
- Патриот демобилизовался в 2003м году. Осенью 2007го ездил к Нате и прожил у нее какое то время. К воссоединению это не привело. Осенью 2009го выходил со мной на связь и просил помочь ему вернуть Нату.
- Ната после смерти Павла стала регулярно выходить со мной на связь. Как правило, если в ее жизни случается что то негативное. Убеждает что я самый близкий в ее жизни человек. Последний раз звонила в июле 2009го, когда случилась беда с Катей. Видимо после этого ничего серьезного и плохого с ней не произошло.
- Я как жил так и живу в Москве вместе с Николой и Нэшкой. И все у нас хорошо.