Северный Кавказ как фундамент и угроза современной России.

Расследование Навального подтвердило те факты, которые Кремль пытается не замечать. Но происходящее на Кавказе важно видеть и понимать, пишет в комментарии для DW Федор Крашенинников.


Кавказ

Северный Кавказ - неудобная тема для власти. Любой серьезный разговор о проблемах этого региона неизбежно выводит на самые острые вопросы современной российской жизни. Коррупция, низкое качество управленческих элит, клановость, бандитизм, систематическое нарушение прав человека, электоральные манипуляции - это проблемы всего российского государства, но именно на Северном Кавказе они особенно заметны.

Быт и нравы Северного Кавказа

Расследование Алексея Навального о клане Каитовых совпало во времени с делом клана Арашуковых, и эти две громкие истории лишь укрепили давно сложившееся мнение: Кавказ живет в особом экономическом, административном и правовом режиме, и федеральные власти или не хотят, или не могут с этим ничего сделать.

Характерно, что в обеих скандальных историях речь идет не о Чечне, специфика жизни в которой давно уже стала притчей во языцех, а про мало чем известную широкой аудитории Карачаево-Черкессию. Почему тихая бедная республика, граничащая со Ставропольскими и Краснодарскими краями, отдана во власть нескольких кланов, и никто не пытается ничего с этим сделать?

Навальный напомнил об истории, которая всколыхнула Россию в 2004 году: тогда, во время детского праздника, были убиты семь человек, а попытки властей замять дело привели к массовым беспорядкам. То, что организатор убийства и зять тогдашнего президента Карачаево-Черкессии Алий Каитов в итоге был задержан и осужден, преподносилось как пример торжества законности и доказательство формирования единого правового пространства России. Но оказалось, что Алий Каитов давно уже вышел на свободу и сейчас является одним из влиятельнейших людей в своем регионе, а его родственники занимают важнейшие посты. Более того, даже нынешний глава региона, Рашид Темрезов, в свое время работал у него в подчинении!

Кавказские кланы и бездеятельность Москвы

Бездеятельность федерального руководства тем более удивительна, что еще в 2011 году Владимир Путин публично говорил о всех тех схемах, с помощью которых обогащается клан Каитовых и призывал покончить с ними - но с тех пор ничего не изменилось, схемы продолжают работать, а клан Каитовых - богатеть. Что это, бессилие федеральной власти или сознательное нежелание что-то менять?

Алексей Навальный ставит вопрос шире и говорит о том, что внезапно всплывшие детали о роскошной жизни одного конкретного черкесского клана - это вовсе не исключение, а типичная ситуация для регионов Северного Кавказа. К сожалению, есть все основания полагать, что он прав, и известные широкой общественности факты - лишь вершина айсберга, об истинных размерах которого можно только догадываться.

О том, что на российском Кавказе ситуация с расхищением бюджетов и потерей контроля над местными элитами становится критичной, говорят и попытки федеральных властей вмешаться в ситуацию в Дагестане, и скандальный арест сенатора Рауфа Арашукова . Но сможет ли Кремль навести там порядок? Как так получилось, что после почти двух десятилетий разговоров об укрепления государственности, диктатуре закона и едином правовом пространстве Северный Кавказ оказался столь специфичным регионом?

Кнут и пряник для власти

Роль и значение республик Северного Кавказа в структуре современной российской власти гораздо значительнее, чем она готова публично признать. Национальные регионы России и прежде всего республики Северного Кавказа традиционно являются важнейшим электоральным ресурсом Кремля: от выборам к выборам именно эти субъекты федерации демонстрируют высочайший уровень поддержки и "Единой России", и лично Владимира Путина.

В благодарность за эти услуги федеральные власти готовы на многое закрывать глаза и вообще не спрашивать у местных руководителей, как они добиваются нужных результатов. Кроме того, под рассуждения о пресловутой "кавказской специфике" созданы идеальные условия для махинаций таких масштабов, которые просто немыслимы в других регионах. Раз живущие там граждане России де-факто лишены права голоса, а все решения принимаются в узком кругу, то кого же стесняться и чего бояться?

Арашуковы обогащались на газе, Каитовы обогащаются на электроэнергии, все они вместе и другие подобные им кланы - на доступе к бюджетам разных уровней. Можно ли поверить, что сколачивание миллиардных состояний с помощью вполне известных схем хищения стали возможными без молчаливого согласия кого-то на самом верху? Возможно, в этом состоит не менее важная роль Северного Кавказа в современной структуре российской власти: правящие там кланы щедро делятся деньгами со своими московскими партнерами и покровителями.

Кроме того, у местных элит есть не только пряник для Кремля в виде гарантированных процентов на выборах и интересных финансовых проектов, но и кнут - эксплуатация страхов Кремля, что в случае отказа федерального центра закрывать глаза на местные художества и слишком навязчивых попыток навести хоть какой-то порядок, где-то еще на Кавказе может повториться чеченский сценарий.

Автор: Федор Крашенинников - российский политолог и публицист, автор книг "После России" и "Облачная демократия", которую он написал вместе с Леонидом Волковым.

Источник