Крым: военная база, а не захваченный пляж.



Группа ИС-Крым систематически отслеживает крымскую тематику в публичном пространстве на протяжении нескольких лет. Вынуждены отметить, что за годы аннексии восприятие проблемы Крыма все больше искажается как внутри Украины, так в кругу наших западных партнеров. В конечном итоге это затруднит работу по деоккупации.

Следует верно расставить акценты.

Если проанализировать то, что пишут о Крыме в украинских СМИ, говорит об оккупированном полуострове большинство украинских политиков и европейских чиновников, то формируется очень четкий образ «захваченного пляжа, где нарушаются права человека».

Вот был у Украины курорт, потом вторглись россияне и захватили его. Теперь они там хозяйничают, обустраивая на свой лад. Это вызывает «глубокую озабоченность»...

Вы без труда заметите, как ситуацию в Крыму очень многие пытаются раскрывать именно через призму курорта. Сколько приехало туристов? Что там показывают веб-камеры? Какие цены? Кто приезжает в Крым отдыхать? Как отразится на ситуации с туризмом мост? Как оккупанты застраивают побережье и ограждают его заборами. И т.д.

Сознательно или неосознанно продвигается такой образ – вопрос второй. Важно, что подобная интерпретация очень опасна, потому что искажает реальность.

А реальность такова: Крым – это не курорт, это динамично развивающаяся военная база. А военная база – это очень прикладной объект, который развивают только с одной целью – для ведения войны.

Чем опасна маскировка военной базы нарративами курорта? Тем, что вызывает ошибочные выводы и подталкивает к принятию ошибочных решений.

Во-первых, все большая часть населения Украины, не понимая сути процессов в Крыму, внутренне готова смириться с потерей полуострова в обмен на иллюзорный «мир». Это самообман. Потому что, как уже было сказано, Крым перенастраивают на обеспечение войны. Российскому руководству Крым для мира не нужен, он нужен именно для войны.

Три года назад, в июле 2015 года более 33% украинцев готовы были отказаться от Крыма, «если наступит мир». Собственные исследования группы ИС и наших партнеров указывают, что эта цифра к настоящему моменту выросла. Более того, вариант силового возврата Крыма, эскалации военных действий, чтобы вернуть Крым, абсолютно неприемлем для большинства украинцев. Почему? Потому что никто не хочет рисковать жизнью, умирать ради освобождения «пляжа».

Борьба за возврат Крыма не рассматривается как способ защитить свой дом в Харькове или Одессе, а, скорее, как риск обострения.

Во-вторых, в подобном же ракурсе Крым рассматривают на Западе, прежде всего – в Европе.

Лидеры ЕС избегают любых намеков на то, что Крым – это растущая военная угроза для всего Черноморского региона и Балкан. Что уже сегодня именно Крым является теневой базой обеспечения военных действий России в Сирии.

Максимум, на что готовы в Европе – признать, что в Крыму нарушаются права человека. Да, на уровне риторики иногда можно услышать сетования на «милитаризацию Крыма». Однако практически все прикладные решения Европы, подкрепленные ресурсами, сверстаны на основе концепции «захвачена территория, где нарушаются права законных хозяев».

Поэтому возникают безумные коллизии.

Керческий мост не смогли бы построить без участия голландских компаний. Газопровод «Турецкий поток» также не могли бы построить без голландских подрядчиков. Если рассматривать эту ситуацию через призму «да, там нарушают права человека, но их много где нарушают» - это одно. А если посмотреть с точки зрения «мы своими действиями укрепляем военную базу противника, с которой по нам и ударят» - это совсем другое.

И восприятие другое. И ответственность нарушителей другая.

Нужно вернуть эту ситуацию к здравому смыслу.

Когда граждане Украины осознают, что российские танки у восточных границ, оккупационные войска на Донбассе и российская группировка в Крыму – это части единой военной машины, которая управляется из одного центра, подчинена одной цели и может ударить одновременно, отношение поменяется.

Когда европейские бюрократы осознают, что миссия цивилизованного мира – не просто защитить права людей, а остановить обустройство вражеской военной базы у своих границ, которая прямо угрожает Европе, будут изменения в практической плоскости.

Потому что задача «спасти узников Кремля» и задача «задушить военную базу» требуют разного инструментария. Будет проще пояснять своим же народам, зачем вводить санкции и почему необходимо их усилить. Ведь для Европы это уже не вопрос спасения каких-то там неизвестных людей, а вопрос самозащиты.

Необходимо также изменить восприятие юридических последствий. Оккупация и аннексия Крыма – это не «кража территории», это не имущественный спор. Это – военное преступление. И всё, что происходит сейчас в Крыму – это составляющие военного преступления. А квалификация действий российских интервентов и их пособников будет осуществляться именно как (со)участие в военном преступлении. Это очень многое меняет для фигурантов.

В скором времени Украина погрузится в пучину выборов. Очень важно, чтобы в пылу политической борьбы транслировались правильные смыслы о Крыме. Только так можно будет выйти на правильные решения, которые приблизят освобождение полуострова.

ИС-Крым

Источник