В Вашингтоне мы сойдемся снова.
Илья Мильштейн



Есть события, которые вроде незачем комментировать - и так все ясно. Ничего ведь нового не скажешь, а только одни банальности. Слишком очевидно, кто прав, кто нет, и в категориях Добра и Зла оценивать происходящее несложно. Человеческая память противостоит убийцам и тем, кто их покрывает и глумится над погибшим, - ну что тут обсуждать?

Тем не менее хотя бы фиксировать такие события надо и даже необходимо. Редко же так бывает, чтобы правота одних и позорище других демонстрировались столь наглядно. Случай, можно сказать, образцовый.

Да, но все же стоит поговорить о политике, обдумывая вчерашнюю новость. Это, в конце концов, неизбежно, поскольку речь идет о ситуации весьма конфликтной и не секрет, как относятся в Москве к тому, что площадь перед посольством РФ в Вашингтоне будет носить имя Бориса Немцова. Достаточно упомянуть Марию Захарову, которая еще минувшей весной обвиняла американские власти в манипуляциях и "адском цинизме", и это были очень важные слова.

Известно, что мораль в политике нередко используется для сведения счетов, и если в том же Вашингтоне возле того же (тогда еще советского) посольства появляется Sakharov Plaza, то это означает, что СССР и США воюют между собой на фронтах холодной войны. Как и теперь, когда в решении городского совета американской столицы отражаются схожие политические реалии.

Отражаются Крым и Донбасс. Русские хакеры и разного рода "племянницы" на подступах к Дональду Трампу незадолго до выборов в США. А более всего - убийство Бориса Немцова в самом центре российской столицы и то, как отнеслись к этому преступлению власти в Кремле и друзья погибшего. Власти отказывались и отказываются увековечить в Москве память о Немцове, мобилизуя еще всякую нечисть, которая то оскверняет мемориал на месте убийства, а то свинчивает табличку, установленную на доме, где он жил. Друзья, среди которых следует выделить Владимира Кара-Мурзу-младшего, делают все возможное, чтобы о расстрелянном помнили в Кремле.

А лучшего места для этого, чем площадь перед посольством РФ в Америке, сегодня не сыскать. В итоге мораль неожиданно возвышается над политикой и все протестующие речи российских официальных представителей оборачиваются одним сплошным бесстыдством. Комментировать тут, повторюсь, нечего, все просто и прозрачно.

Успешно дискутировать с врагами наше начальство могло бы только, что называется, малой кровью и на чужой территории - на территории гуманизма. Не мучить опального академика и выпустить его из ссылки. Расследовать наконец дело об убийстве Бориса Немцова, поймав и осудив организаторов и заказчика преступления. Опередив американцев, назвать хотя бы тот мост, где убили бывшего первого вице-премьера, именем Бориса Ефимовича. Призвать к порядку подонков, разрушающих мемориал. Тогда и аргументы в полемике с Вашингтоном появятся, и адского цинизма в этих бессмысленных спорах станет поменьше. Вообще поубавится ада в комментах.

Проблема, однако, в том, что ловить, судить и приговаривать тех, кто заказывал и организовывал убийство, опасно: как бы самих себя не поймать или такого заказчика, который всю Россию перевернет, убедительно доказывая свою невиновность. Мост переименовывать, табличку дозволять, хулиганов наказывать - тоже себе дороже. А что касается Сахарова, то воспоминания о том, как его освобождали и чем дело кончилось, слишком травматичны. Выпустили академика, и невдолге распался нерушимый Союз. Так что лучше уж никого не отпускать, ничего не переименовывать и не расследовать. Но отлаиваться и клеймить проклятый Запад устами Захаровой и тех дипломатов, которые несмотря ни на что рвутся послужить России в Америке. Психика же у них закаленная, и вид из окна на площадь Немцова настроение им не испортит.

Слишком уж горестный опыт накоплен с тех пор, как впервые за долгие десятилетия у нас начали осознавать, что не во всем правы и, пусть с трудом, но отличать Добро от Зла. Открывая при этом, что и диссидентов напрасно сажали, и воевали в чужих пустынях зря, и, надрываясь, попусту просаживали последние нефтедоллары в ходе гонке вооружений. Когда бы не увлеклись реформами, то и крупнейшей геополитической катастрофы небось можно было бы избежать. Опыт подсказывает кремлевскому начальству, что нужно сажать, воевать, враждовать с Западом. А не то распадется Россия.

Поэтому в Вашингтоне будет площадь, названная в честь Бориса Немцова, а в Москве именем его ничего пока не назовут. При этой власти его будут забывать старательно, злобно, упорно, разве что в годовщину убийства разрешая марши в память о нем. Или не разрешая, если почудится, что слишком много людей придет, да еще с фотографиями, на которых будет запечатлена площадь в столице Америки и табличка с ее названием на том заборе, который огораживает посольство РФ в США. Печальные эти новости тоже трудно будет комментировать, в силу их безнадежного однообразия, но деваться некуда и откликаться надо. Банальность зла никак не отменяет необходимости с ним бороться. Равно и благодарной памяти о человеке, которого убили без малого три года назад, и твердой уверенности в том, что его убийц должно постигнуть возмездие.

Источник