«ЭКОНОМИКА  РОССИИ – ЭТО ТРУП».
Виталий Портников



Несмотря на санкционный режим, в России заявляют о росте экономики. Правдивы ли эти заявления и что на самом деле происходит с экономикой страны? К чему уже в ближайшее время стоит готовиться россиянам и крымчанам? Об этом говорим с финансовым аналитиком, управляющим партнером компании Capital Times Эриком Найманом.

Эрик Найман – трейдер, посвятивший карьеру финансовым рынкам. Родился в российском Новосибирске. В 2001-м стал директором Millenium Capital и переехал в Киев, стоял у истоков создания отдела инвестиционного менеджмента «Укрсоцбанка». В 2010-м перешел в международную корпорацию Capital Times.

– Когда после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе были введены санкции, в их эффект в России мало кто верил. Тогдашний президент США Барак Обама утверждал, что они имеют кумулятивный эффект: никто не почувствует его сразу же, однако спустя время санкции заставят российскую сторону задуматься. Кто был прав?

– И те, и другие. Есть два формата санкций – американский и европейский. Американские санкции – это как объятия медведя, они действительно носят кумулятивный характер и постепенно лишают Россию ликвидного финансового ресурса, новых технологий, например, по добыче газа. Европейские санкции недостаточно жестки и носят более формальный характер, ведь бизнес теснее связан с Россией. Этот формат допускает для россиян лазейки на европейские рынки и привлечение ресурсов.

– Могут ли санкции изменить позицию России? Ведь они создают проблемы прежде всего для населения, а логика такова, что власти не могут этого допустить.

– Оставлять безнаказанными действия России на международной арене нельзя, так что санкции были нужны, и гораздо более жесткие. Как против Ирана, когда в свое время его отключили от продажи энергоносителей. Это бы очень сильно ударило по России, но против была Европа, которая минимум 25% своих потребностей закрывает из России, и надо было бы искать альтернативу. Но как поступил Кремль? Он сам ввел санкции против россиян. Они решили бороться с утечкой валюты двумя путями: ограничить туризм чиновников и покупку импортных товаров. Россия перевернула санкции с ног на голову. По сути, Кремль действует, как бандиты, которые взяли в заложники клиентов банка, но уверяют, что воды, еды и туалета их лишают по вине полиции. У российских граждан развился стокгольмский синдром, и чем жестче санкции Запада, тем больше они сплачиваются вокруг Кремля.

– Но ведь действия властей (России – КР) накануне аннексии Крыма и так полностью поддерживались обществом.

– Накануне аннексии рейтинги власти, в том числе лично Путина, упали до исторического минимума. Власти нужен был внешний катализатор. Она очень грамотно сыграла на шовинистических настроениях россиян, их имперской психологии. У меня самого она такой была, когда я там жил – как же, великая Россия...

– То есть возможно, что исторически само российское общество является агрессивным и шовинистическим, и сегодня Россия просто имеет власть, которая адекватна настроениям этого общества? Но тогда санкции должны быть направлены против граждан, ведь ответственность падает не на тех, кому нравится насилие, захват чужих территорий, а на тех, кто просто эти интересы выражает?

– Каждый народ достоин своего правителя, он всегда отражает его чаяния. Можно углубиться в историю, попытаться просчитать внутреннюю скрытую агрессию народа. Но тут очень легко скатиться в национализм – слишком тонка грань. Если говорить о россиянах и украинцах, ментально это действительно очень разные народы. Я могу об этом сказать, по крайней мере, как экономист, наблюдавший разное отношение к работе, разные способы принятия решений. Ментальность Украины ближе к самоуправлению. Вспомните, чем закончилась попытка Виктора Януковича построить систему финансовых потоков, аналогичную российской, когда абсолютно все идет через центр. Да, мы видим в том же Киеве коррупцию и централизованность, однако отмечу: местные бюджеты сейчас купаются в деньгах. Этого в России нет. Все как при позднем застое: в Москве все хорошо, а регионы задавлены обязательствами, которые не подкреплены местными налогами и сборами.

– Что тогда будет с проблемными регионами вроде Чечни и Крыма, которые обязаны быть своеобразной витриной?

– Им нужно будет давать деньги – и их будут давать. Потому что 35-тысячная армия Кадырова может оказаться у стен Кремля.

– А Крым?

– Кремлю он нужен только как военно-морская база, и деньги на него дают исключительно в таком качестве. Что там происходит? Да, строятся дороги, но это не для крымчан, а для перемещения военных сил.

– В следующем году в России состоятся выборы президента, исход которых более чем предсказуем. Однако готова ли Россия сохранять нынешнюю политику?

– Есть простая закономерность: чем больше денег в российском бюджете, тем более агрессивную политику ведет Россия. Вторжение в Афганистан было следствием рекордно высоких цен на нефть – точно так же и вторжение в Грузию, а потом – в Украину. Надежда на обвал цен на нефть – а он произойдет не позднее 2019-2020 года, и цена будет около 20 долларов за баррель. Тогда наступят крайне сложные времена для россиян и Кремля.

– Почему это должно произойти?

– Потому что приближается новая волна мирового экономического кризиса, она уже видна за горизонтом. Дело, в том числе, в цикличности экономики. Кроме того, во всем мире есть свои точки напряженности, нерешенные проблемы. Обратите внимание на происходящее в солнечной энергетике: солнечные панели дешевеют, саудовские принцы планируют выставлять их в своих пустынях и менять модель экономики.


Эрик Найман и Виталий Портников

– Так что будет делать Россия до конца 2018 года?

– Россия загоняет себя в цугцванг. В любом случае что-то нужно будет отдать. Думаю, они вступают в переговоры с Западом, чтобы минимизировать потери. Сейчас они хотят оставить Крым и отдать Донбасс, но так, чтобы продолжать оказывать влияние на Украину. Вообще, Россия мнит себя центром геополитики, вокруг которого все вращается. На самом деле есть два центра геополитики – США и Китай, а Россия находится на их орбите. Россия поругалась с США и пытается заигрывать с Китаем, но именно Китай – ее геополитический противник, а вовсе не США.

– Выдержит ли санкции банковский сектор России?

– В России начался полномасштабный банковский кризис, который в свое время пережила Украина. До выборов попытаются удержать ситуацию, а потом будет больно. Полгода после выборов – и осенью начнется. Экономика России – это, по сути, труп, который подрисовывают. Любое снижение цен на нефть будет взрывать банки и корпорации. Да, накоплены валютные резервы – за счет обезвоживания регионов. Вот их-то и хватит на полгода. А потом – все.

– А как насчет «нового Путина» с новым экономическим курсом?

– О необходимости слезть с нефтяной иглы говорят уже лет 20, и что? Это как болезнь: есть сверхприбыль в одном секторе и нет желания делать что-то еще. Возможно, есть другой сценарий: Путин-император. Со сменой законодательного поля. Россия может стать не президентской республикой, а чем-то другим. Россиянам все равно нужен царь – в отличие от украинцев, и Путин в роли царя им понятнее, чем в роли президента.

(Над текстовой версией материала работала Галина Танай)

Источник