Игорь Яковенко: Предмет общественной дискуссии как диагноз.



Сравнение того, о чем спорят в России и на Западе, неплохой индикатор того исторического времени, в котором живем «мы» и «они»

То, о чем люди спорят, может быть лучшей характеристикой состояния не только участников спора, но и того сообщества, в котором происходит спор, будь то дружеская компания, профессиональное сообщество или целая страна. Предмет спора показывает, в каком историческом времени находятся как сами спорящие, так и то сообщество, в пространстве которого идет спор. В Средние века, например, были весьма популярны межконфессиональные диспуты об истинности веры между христианскими теологами и раввинами, по итогам которых зачастую торжественно сжигали Талмуд. С 12 по 18 век предметом научных дискуссий были различные конструкции вечного двигателя. Это продолжалось до 1775 года, пока Парижская академия наук не приняла решение о прекращении рассмотрения заявок на любые изобретения, в основе которых лежит эта идея. Спорить о вечном двигателе никто не запрещает и сегодня, как, впрочем, и об истинности вер, но участие в таком споре само по себе является диагнозом, говорит о каких-то проблемах с образованием.

Для определения исторического времени, в котором живут соответственно Россия и Запад можно сравнить те главные темы общественного интереса в сферах науки и политики, на которых сфокусировано внимание публики. В сфере науки на Западе на минувшей неделе центральным событием стала конкуренция при определении Нобелевских лауреатов по физике и медицине. Среди физиков на главную мировую премию претендовали открытия в области электроники и теории управляемого хаоса. Победили три американских физика, которые смогли зафиксировать гравитационные волны. В медицине серьезную заявку на победу сделали исследователи раковых заболеваний. В итоге лауреатами премии стали три американских профессора, изучивших молекулярные механизмы «внутренних часов» живых организмов. Это события 21 века.

В это же самое время центральным событием в российской науке стала высоконаучная дискуссия, касающаяся самых фундаментальных основ научного метода. Участниками дискуссии стали глава Минобрнауки Ольга Васильева и экспертный совет ВАК. То есть, речь идет о споре в самых верхних эшелонах российской научной инфраструктуры. Предмет спора - пресловутая диссертация министра культуры Мединского – по длительности дискуссии и ее общественному резонансу она скоро сможет конкурировать и с дискуссиями вокруг вечного двигателя и с диспутами средневековых теологов.

Сначала радость пришла в дома тех, кто вслед за Бэконом и Декартом считает, что науке свойствен особый метод, а сама наука должна опираться на разум, а не на веру или чувства и пристрастия. Эту радость российским поклонникам науки доставили члены экспертного совета ВАК, которые, наконец, объявили диссертацию Мединского текстом, который к науке не имеет ни малейшего отношения. Перечень претензий ученых к шарлатану Мединскому довольно длинный, но центральный пункт касается ставшего уже знаменитым тезиса Мединского: «Взвешивание на весах национальных интересов России создает абсолютный стандарт истины и достоверности исторического труда». Конец цитаты.

Прошло более года после того, как был поднят вопрос о том, что этот бред примерно так же совместим с наукой как попытка доказать то, что плоская как блин Земля опирается на спины трех слонов. И экспертный совет ВАК написал по этому поводу единственно возможную фразу: «Это ложное положение, входящее в непримиримое противоречие с принципами научности, объективности, историзма». То есть дважды два в ходе длительной и кропотливой научной экспертизы оказалось равно четырем. Казалось бы «ура»? Отнюдь, как любил говорить Егор Тимурович, за что его особенно не любили патриоты, намного больше, чем за либеральные реформы. Решение об отделении Мединского от докторской степени должен теперь принять президиум ВАК, после чего окончательное решение и подпись должна принять глава Минобрнауки Ольга Василева.

А она по этому поводу уже высказалась так: «Я сразу хочу подчеркнуть, что там было положительное решение двух диссертационных советов. А еще очень важный момент – это отсутствие плагиата в работе. Ну а то, что автор представил свое видение истории, то это уже как раз та самая полемическая история, которая должна быть». Так что вполне возможно, что в итоге прав окажется ближайший подручный Мединского по части исторического вранья, научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков, который посоветовал не обращать большого внимания на решение экспертного совета ВАК.

Если дискуссия вокруг диссертации Мединского отбрасывает страну в прошлое с несколько размытой датой в диапазоне от конца 16-го века до начала 20-го, то другой спор среди российских общественных и политических деятелей перемещает нас в совершенно конкретную историческую дату. Речь идет о продолжающейся дискуссии вокруг фильма «Матильда», которая (дискуссия, а не покойная балерина) отсылает нас прямиком в 1826 год, когда был принят самый свирепый цензурный устав, получивший прозвище «чугунный». Этот нормативный акт начала николаевского царствования является сбычей мечт Натальи Поклонской, хотя она, скорее всего, и не подозревает о существовании этого документа, целью которого было «ограждение святыни, престола, поставленных от него властей… от всякого не только злонамеренного и преступного, но и неумышленного на них покушения». Конец цитаты. Чугунный устав запрещал любые тексты, касающиеся членов императорской семьи без их личного разрешения, переданного через уполномоченных на то лиц. А поскольку Николая Второго сегодня на планете Земля явно уполномочена представлять депутат Поклонская, то и вопрос с фильмом «Матильда» в этом случае переходит в ее полную компетенцию.

Надежды на то, что вполне безумная для 21 века дискуссия о «Матильде» закончена после того, как депутаты Госдумы фильм посмотрели и одобрили к показу публике, тоже, как и в случае с диссертацией Мединского, могут не оправдаться. Поскольку за Поклонскую вступился Рамзан Кадыров. «Ее травят за несгибаемую волю, за силу духа те, кто не имеет никакого отношения ни к Отечеству, ни к народу, - сообщил глава Чечни. – Она высказалась против фильма «Матильда» и это ее право, и я только приветствую ее позицию. Поклонская представляет в Госдуме интересы населения России. Благодаря таким людям как Поклонская мы сохраним свое Отечество». Конец цитаты. Так что с «Матильдой» еще ничего не закончено.

Россия и Запад, в орбиту которого все больше втягиваются и азиатские гиганты, Китай с Индией, живут сегодня в разных исторических временах. И эти времена различаются не только тем, что на западном календаре 21 век, а у нас то середина 20-го, то начало 19-го, а то вдруг проглянет багровым заревом 16-й. Оно, время, еще и по-разному устроено у нас и у них. На Западе время линейно. Пережили обе мировые войны, переварили вместе с нацизмом и Холокостом, сделали выводы, извлекли суровые уроки и двинулись дальше в будущее. Россия постоянно несет в себе непереваренные остатки прошлого: война, сталинизм, цензура 19-го века, «православие-самодержавие-народность», даже крепостное право – спасибо Зорькину! – ничто не оставлено в прошлом. Мы все это пытаемся утащить в будущее, все кому-то грозимся повторить. И это желание «повторить» превращает российское время в движение по кругу, в котором нет ни будущего, ни прошлого, нет даже нормального настоящего, один слипшийся ком из фрагментов разных эпох и нескончаемых споров о том, о чем нормальные люди в нормальных странах давно уже отспорили…

Источник