ГРУЗИНСКИЙ ОПЫТ ЛЮБВИ К РОССИИ.
Олег Панфилов



Президент Грузии Гиорги Маргвелашвили в интервью телеканалу «Кавкасиа» рассказал о своих обидах на Россию. Конечно, он имел в виду российское руководство, поскольку сами россияне, о чем власти Грузии неустанно хвалятся, все время увеличивают туристический поток в Грузию. А вот Кремль никак не реагирует на то, что официальный Тбилиси вот уже почти пять лет выстраивает «новую политику» - то ли лебезит, то ли заискивает перед Москвой, а в ответ получает ползучую аннексию и еженедельные задержания своих граждан российскими военными на оккупированных ими территориях.

Полностью пассаж президента Маргвелашвили звучал так: «Я вижу правильное направление в стратегии, мы не раздражаем Россию, и когда она осуществляет определенные агрессивные шаги в отношении своих соседей, стараемся миновать всего этого политикой стратегической выдержки. На этом фоне чрезвычайно тяжелым был референдум (в Цхинвали – прим. авт.). Тогда как мы стараемся в спокойном режиме вести отношения с Россией, непонятно, что, к сожалению, политика России развивается в этом направлении. В части Европы мы переходим в режим интеграции. У нас есть достижения в данном направлении».

В самые первые недели победы «Грузинской мечты» на парламентских выборах 2012 года Бидзина Иванишвили и его окружение постоянно говорили об ответственности Саакашвили за войну 2008 года. Такая позиция льстила Кремлю и раздражала сторонников Саакашвили, но буквально через полгода после прихода к власти Иванишвили российские пограничиники начали передвигать оккупационную линию с «Южной Осетией» вглубь Грузии. К тому времени и грузинское вино уже начали поставлять в Россию, и шли переговоры о фруктах и мандаринах, но Москва с одной стороны благосклонно принимала уступки, с другой – все равно не шла на решение территориальных проблем, а тем более, на возвращение оккупированных Абхазии и «Южной Осетии».

За все годы правления Михеила Саакашвили Россия предпринимала усилия, чтобы его свергнуть: поддерживала оппозицию и пророссийские организации, разрабатывала и организовывала переворот в ноябре 2007 года, сделала попытку военного смещения в августе 2008 года, провела очередную попытку переворота в мае 2011 года, но они ни к чему не привели. Часть западного истеблишмента тоже выражало недовольство Саакашвили, полагая, что он должен вести с Россией другую политику, но не объясняя, каким образом Кремль не пожелал бы возвращать оккупированные территории. Более того, Кремль хотел, как и прежде, самолично решать – кто в Грузии должен стать президентом и министрами. На самом деле пассивность и двойственность западной политики не способствовали стабилизации ситуации в Грузии, а еще более распаляли аппетит Кремля, который был недоволен желанием и властей, и населения Грузии интегрироваться в НАТО и ЕС.

Кто привел олигарха с непонятного происхождения капиталом в политику – загадка. Его заявленная с самого начала цель – нивелировать отношения с Кремлем, прекратить ругать Россию и пользоваться «языком ненависти». Правда, и язык любви у «Грузинской мечты» оказался своеобразным: в Тбилиси стали приезжать российские актеры и певцы, которые ездят в Крым и не скрывают своих имперских взглядов; активизировались пророссийские организации и даже «пятая колонна», которой отродясь в Грузии не было; несколько человек пытаются себя нызывать Союзом российских соотечественников «Отчизна»; власти Грузии опять позволили кабельным провайдерам включить в пакеты каналы российского телевидения.

Изменилось ли отношение жителей Грузии к России за эти пять неполных лет? Конечно, изменилось: в Грузии уже 90% населения хочет интеграции с ЕС и 82% видит Грузию в составе НАТО – больше, чем за последние девять лет опросов на эту тему. И самое неожиданное для Москвы – 76% жителей Грузии не доверяет России, 73% – полагают, что от России исходит политическая угроза, а 57% видят в соседе экономическую угрозу для Грузии. Что касается политических оппонентов – тех, кого обвиняли в антироссийской позиции, то есть партию Саакашвили, и тех, кто старался не раздражать Россию, то есть, «Грузинскую мечту», – то их шансы сейчас сравнялись, и в случае внеочередных выборов они бы набрали почти равное количество голосов.

Россия своих соседей по-разному склоняла «сожительствовать»: кого угрозами, кого деньгами; лучший способ – шантаж русскоязычным населением; или популярный, но уже слабый способ – шантаж ценами на газ. Кого-то Кремль шантажирует своими военными базами, кого-то беспорядками, как в Кыргызстане, и войнами, как в Таджикистане. Любить насильно не получается, но Россия не может жить просто: развиваться, изобретать, строить и хвалиться реальными достижениями. Россия с начала своей непродолжительной истории любит «горячую» любовь – с унижениями. Чтобы оппоненту ничего не оставалось делать, как стоять на коленях и умолять Кремль принять их насильно навязанную любовь.

В ужесточении отношения грузин к России, надо полагать, повлияли события в Украине. Кажется, нет ни одной страны, которая бы сравнялась с Грузией в проведении большого количества акций поддержки. Во время Майдана (2013-14 гг.) в Тбилиси акции проводились каждую неделю, город был украшен украинскими флагами. Восприятие чужого горя вообще свойственно грузинам, но в случае с Украиной – еще и один враг: который отбирал Абхазию, захватывал «Южную Осетию» и выгонял людей из собственных домов. Украинский фактор серьезно повлиял на отношение жителей Грузии к России, к кремлевской политике и осознанию будущих отношений. Туристы – пусть приезжают, они привозят деньги, но российская политика уже давно не воспринимается в Грузии как дружественная и, кажется, Россия потеряла эту страну надолго.

Особое значение в налаживании отношений с Россией имело избавление от Саакашвили и команды реформаторов – тех, кто поднял Грузию после правления Эдуарда Шеварднадзе, когда страна была лидером среди государств с самым высоким уровнем коррупции. Достижения реформаторов никто не отрицал и не отрицает – Грузия стала привлекательной страной именно их стараниями. Но как еще подфартить России? «Грузинская мечта» пошла на нарушение законов и банальных этических норм – решено было арестовать и посадить реформаторов. По надуманным причинам судили Вано Мерабишвили – реформатора и создателя лучшей полиции не только на постсоветском пространстве, но и в Европе. Арестовали и посадили на разные сроки офицеров грузинской армии и полиции, которые защищали Грузию во время российской агрессии в 2008 году: командира 4-й бригады Зураба Шаматаву, сержанта бригады Александра Горгадзе, экс-министра обороны Бачо Ахалаиа. Бригадный генерал, начальник штаба Вооруженных сил Грузии Гиорги Каландадзе успел уехать в Киев, сейчас он советник в Вооруженных Силах Украины. По всей видимости, арест и суд над Михеилом Саакашвили тоже был в планах, но «Грузинская мечта» должна была понимать международные последствия и будущую изоляцию страны.

Любви с Россией не получилось. На что рассчитывал Бидзина Иванишвили – только ли на послабление и возвращение оккупированных Абхазии и «Южной Осетии»? За все эти неполные пять лет не было ни одной причины, чтобы поверить в эту мечту, несмотря на то, что Грузия посылала своего представителя Зураба Абашидзе на переговоры с замминистра иностранных дел России Григорием Карасиным. Кроме впустую потраченного времени и денег эти переговоры ни к чему не привели. Напротив, как говорится в отчете Службы государственной безопасности Грузии, «в 2016 году по обвинению «в незаконном пересечении границы» цхинвальским режимом были задержаны и похищены 134 человека, а абхазским режимом – 193 человека». На этом «цивилизованные» отношения с северным соседом, на которые рассчитывала «Грузинская мечта», практически закончились: Кремль будет удерживать оккупированные территории до той поры, пока позволяет российский бюджет. Грузия, как и прежде, будет стремиться интегрироваться в ЕС и НАТО.

Профессор Государственного университета Илии (Грузия), основатель и директор московского Центра экстремальной журналистики (2000-2010)

Источник