ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙ: УЧЕБНАЯ ТРЕВОГА.


Иллюстрация: РИА Новости

МЧС рапортует, что московские бомбоубежища готовы принять и укрыть все население столицы в случае бомбежек города. Ленинградцам рассчитывают новый продовольственный паек: триста граммов хлеба в день. Государственная дума проводит учения по эвакуации и знакомится с бункерами, устроенными для спасения элиты во время войны. Центробанк учится работать в условиях военного времени. Войну обсуждают по всем телеканалам, показывают переброску «Искандеров» в Калининград, ведут прямой репортаж с пикирующего в Сирии бомбардировщика, лезут с камерой на все учения, облизывают тяжелые огнеметные системы, сладко обсуждают возможности обмена ядерными ударами, мечтают о войне, как девственница томится по альковному таинству.

Сдавайте на бомбоубежища, граждане.

Население пришибленно моргает и соглашается с неизбежностью Третьей мировой: раз по телеку сказали, что будет — значит будет. Надо, стало быть, готовиться. Землянку рыть и дедов ППШ из огорода выкапывать, гречку запасать. А грибы засаливать? Дак а чо, хорохорится даже население, дойдем до Берлина еще раз, и до Вашингтона дойдем. Ну не поглотим — так пооткусываем, вона Киселев очень убедительно про радиоактивный пепел заливает.

Так что, завтра война?

Дорогие сограждане, не ссыте. Войны не будет.

Наше руководство вовсе не собирается воевать ни с Европой, ни с Америкой, что бы оно вам там ни транслировало устами телевизионных гипножаб. И уж конечно ни Америка, ни Европа не собираются воевать с нами.

Во-первых, потому что мировую войну невозможно выиграть. Надежных средств противоракетной обороны нет и не появится в ближайшее время ни у кого, а значит, любой ядерный конфликт приведет к планетарной катастрофе и к гибели всего человечества. Это называется принципом гарантированного взаимного уничтожения, и именно этот принцип не дал случиться ни одной мировой войне с того момента, как СССР заполучил атом.

Во-вторых, для мировой войны нет причин. Сегодняшний мир не разделен идеологическими противоречиями. Россия, несмотря на свой показушный имперский реваншизм, управляется не идеологами, а циничными дельцами и сугубыми прагматиками, которые ни на йоту не верят в то, что транслируют населению через голубые экраны. И Америка, хотя кажется часто страной, которой движет идеология, на международной арене руководствуется соображениями национальных интересов, то есть выгодой, а не принципами. В современном глобальном мире, связанном мириадами экономических транзакций, где независимы только государства вроде Бутана, нам нечего делить с Западом, любое сотрудничество принесет гораздо большую выгоду всем сторонам, чем любое завоевание.

Разрушение России, ее распад, бесконечные гражданские войны на нашем лоскутном одеяле, бесконтрольное распространение ядерного оружия, его попадание в руки удельных княжеств — это кошмар и для Европы, и для США, и для Китая. Поэтому, что бы они там ни знали про прошлое нашего руководства и как бы к нему не относились, военных решений тут быть не может.

Запад даже не стремится к подчинению России. Все, что им от нас нужно, — системность, предсказуемость; и именно своей истерической непредсказуемостью нынешняя Россия раздражает Запад. Но эта не та непредсказуемость, которая может кончиться всеобщей войной.

Северная Корея уже много лет провоцирует Запад: разрабатывает атомное оружие, баллистические ракеты, поддерживает террористов, печатает фальшивые доллары, промышленно производит и экспортирует амфетамины, угрожает Америке превентивными ядерными ударами — и что? Весь этот ее бесконечный припадок на Западе встречают с врачебной мягкостью и осторожностью; понимают, что Пхеньян это делает не Америки, а для своих граждан. Понимают: это не одержимость, а эпилепсия.

Как и режим Ким Чен Ына, наш режим, в сущности, преследует всего две важные цели: удержать население в покорности и не позволить никому вмешиваться в наши внутренние дела. Внутренние дела у нас тоже похожие: как половчей оболванивать и угнетать людей, чтобы остаться у власти вечно. Только методы пока отличаются.

Пока. Потому что лучше всего в Северной Корее показал себя метод бесконечной подготовки к войне с Америкой. Вот уже шестьдесят лет, как страна живет на военном положении. Учебные тревоги у них проводятся чуть ли не еженедельно: того и гляди, прилетят американские бомбардировщики. Чтобы держать население в тонусе. А если Америка вдруг о диктатуре забывает, та ей напоминает ревниво: эй, а как же мы? Или когда неурожай риса и нечего жрать, Пхеньян так вот кокетливо просит гуманитарной помощи ООН: испытывает ядерное оружие и вопит, что за себя не отвечает.

А ведь у нас теперь тоже начинает урчать в животе. И нам тоже теперь придется бегать в бомбоубежища и рассчитывать свою норму хлеба на случай блокады, и учиться напяливать противогаз с первого класса. Война должна все время маячить на горизонте, а мы будем одновременно обреченно готовиться к ней и петь песни о мирном небе над головой, и ценить каждый миг сегодняшней бескровной жизни. Этот метод отлично показал себя в СССР, сработает и сегодня. Люди-то те же.

И нам теперь тоже всегда будет нужен враг. Украинцы побыли нашими врагами, турки побыли, но это все не то. Нам ведь не Голиафом хочется быть, а Давидом.

А могучей и зубастой Америке — как же сладко снова бросить вызов! Как хорошо-то, Господи боже мой! Как же просто ненавидеть ее, Задорновым так точно описанную! Как мы скучали по ней!

Ведь это из-за американских санкций у нас сыр дерьмо, гречка дорожает и накопительную часть пенсии который год замораживают! Из-за их Рокфеллеров наша Украина от нас ушла! Они же, гады, и развалили нас вообще! Так что благослови, Господь, Америку — за то, что она такой для нас извечный, удобный, безотказный враг! Для нас и вообще для любых диктатур.

Мы-то никогда ни в чем сами не виноваты, ясное дело. И не будем ни в чем виноваты никогда, потому что на воображаемой войне как на войне взаправдашней, и кто не с нами, тот против нас, а сомневающихся — под полевой трибунал.

В ружье!

Источник