Национальная гвардия как порождение страха.
Игорь Яковенко



Нет никакой разницы, сколько нулей в сумме, хранящейся в офшоре, – девять или одиннадцать. Это имеет значение, если на эти деньги что-то создается. Например, новые технологии, или они идут на благотворительность или на них хотя бы что-то строится. Если они просто лежат, то после определенной суммы размер не имеет значения. Можно просто рисовать нули на бумажке – эффект тот же, но количество нулей создает ощущение опасности. Богатство надо охранять. Но наворованные в стране миллиарды долларов хранить внутри страны бессмысленно, а за рубежом, как выяснилось, невозможно. Деньги и воровство потеряли смысл. Перестали быть главным в жизни.

Властесобственность ушла на второй план. Главным стала властежизнь.

Количество совершенных преступлений, как внутри страны, так и за рубежом, создает понимание, что срок жизни и срок власти - это одна дата. Охрана персональной власти и охрана физического тела сливаются в один проект. И этот проект становится не просто главным, но и единственным. Все остальное не имеет никакого значения.

На этот проект назначается человек, у которого из всего набора ценностей осталась одна – верность хозяину. Профессиональный хранитель хозяйского тела. Чье тело, ему неважно. Охранял президента, потом мэра, потом бандита. Теперь встал во главе самой мощной силовой структуры в стране. Около 400 тысяч бойцов, бронетехника, авиация, спецназ, ОМОН, СОБР, десантура, казаки.

Во имя проекта по охране президентского тела угроблены важные национальные интересы. Полиции труднее будет бороться с преступностью, поскольку для силовых операций придется обращаться в другое, старшее по иерархии, ведомство, у которого борьба с криминалом не в приоритете. Дела мигрантские переданы в МВД и тем самым, во-первых, стали делами исключительно репрессивными, а во-вторых, упали в статусе, поскольку любой чиновник знает разницу между самостоятельным ведомством и подразделением.

То же самое с наркотиками. В стране, лидирующей по потреблению героина, ведомству, которое должно бороться с наркотой, снижают административный вес, придавая его полиции. Бюджет и все остальные ресурсы теперь только через МВД.

Насчет эффективности созданного супермонстра в борьбе с терроризмом можно уже начинать рассказывать анекдоты. Если в чистом поле против ИГИЛ и по нашим правилам, то есть шанс. Но как с сетью смертников сможет управиться ОМОН с десантурой, или СОБР с казаками на танках, не вполне понятно.

Тут кто-то вспомнил опричнину. Смешно. Опричников поначалу было 1000 человек, потом она разрослась до шести тысяч. А тут без малого полмиллиона. И все для охраны небольшого тела одного пожилого человечка, которому стало очень страшно.

В 1934 году очень страшно стало другому человеку. И он стал создавать структуру для охраны своей властежизни. От ужаса включил в эту структуру все: коммунальное хозяйство и строительство, транспорт и пожарников, пограничников и ГУЛАГ, Госархив и армейскую контрразведку, картографов и рабоче-крестьянскую милицию. НКВД и СССР постепенно стали одним и тем же. После этого стало еще страшнее и тот, предыдущий, стал менять верхушку монстра, а потом все время перекраивал его в страхе, как бы монстр не сожрал его самого. Не помогло – умер один в луже собственной мочи и рвоты.

Нынешнему глубоко наплевать на строительство, транспорт и на прочие глупости. Все силы концентрируются исключительно на охране собственного тела. Есть еще, правда, рейтинг. Это тоже важно. Поэтому во главе самой крупной компании, производящей рейтинг, поставлена девушка, главными достоинствами которой являются хорошая растяжка, полное отсутствие мозгов (пока была королевой спорта, это не проявлялось, а в роли медиаменеджера тут же обнаружилось) и абсолютная зависимость. Еще важно контролировать прошлое, историю. Ее тоже нельзя никому доверить. Поэтому Росархив переходит под личный контроль.

Образование, медицина, наука, пенсии – это все пустяки, пусть этим занимается смешной человечек, которого для потехи назначили премьером. Есть одно главное дело – охрана президентского тела. И два дела следующего уровня важности – рейтинг и прошлое. Вот это под личный контроль.

Страх – важная эмоция. Но когда она становится главной и единственной, она разрушает личность. Когда во главе государства стоит человек, главной эмоцией которого стал страх, это разрушает страну. Нет ни одной реальной угрозы, которой сможет противостоять созданный суперсиловой монстр. Даже той, единственной, ради которой он на самом деле создается.

Если все грохнется и люди, которым нечего станет есть, выйдут на улицы по-настоящему, их никакая гвардия не остановит. У маленького испуганного человечка хорошие бухгалтеры, а страна под ним очень большая и богатая. Поэтому, если бы он не делал глупостей, мог бы еще править лежа на боку лет тридцать. Но страх заставляет делать глупости практически ежедневно. Одна из них – создание вот этой национальной гвардии.

Источник