Заветам Абрамыча верны.
Ирина Петровская

Телевидение на ходу меняет концепцию

«Возьмем телевидение — возьмем страну». Попробуйте догадаться, кому принадлежат эти слова. Хорошо, упрощаю задачу — положительному персонажу или отрицательному? Ну, ладно. Не стану дальше держать вас в неведении. Эти слова произносит, конечно же, очень нехороший человек. Национал-предатель. Враг своего Отечества. Негодяй, на котором пробу ставить негде, виновник всех и всяческих бед, едва не погубивший Россию. Герой сериала «Неподсудные» на канале НТВ Борис Березовский, выведенный в означенном произведении под реальными именем и фамилией, как и его подельник, соратник и друг Бадри Патаркацишвили, тоже тот еще тип. Остальные персонажи фигурируют в сериале под вымышленными или слегка измененными фамилиями: Гусинский — Бусинский, Глушков — Бушков. А эти два — под собственными, ибо уже ушли в мир иной, а следовательно, не смогут предъявить ТВ своих претензий. Они же и неподсудные в юридическом смысле слова, но есть высший суд, наперсники разврата!

И этот суд вершат канал НТВ и создатели сериала, в котором светлые силы в лице доблестных чекистов противостоят миру тьмы в лице олигархов и купленных ими политиков и чекистов-двурушников. А консультантом у творцов выступает Андрей Луговой. Он же (хоть и выведенный в сериале под другой фамилией) — один из немногих положительных героев сериала, едва ли не в одиночку противостоящий алчной камарилье, знатно поураганившей в лихие 90-е. И если бы не он и такие, как он — честные, неподкупные, совестливые, преданные России ребята, — неизвестно еще, что бы стало со страной, оказавшейся под властью жуликов, аферистов и предателей.

Образ главного из них, Бориса Березовского, не жалея жирных масляных красок, рисует звезда юмористической программы «Большая разница» Сергей Бурунов. Внешнюю непохожесть на своего героя он компенсирует пародийным копированием его повадок и мимики. Березовский в его исполнении эдакий мелкий бес — суетливый, болтливый, трусливый, с бегающими глазками и потеющей лысиной. Порой даже обидно становится за державу, подпавшую под влияние столь очевидно антипатичного, а главное — неумного человечка, которому до поры до времени удавалось непонятно каким макаром очаровывать и водить за нос далеко не самых глупых представителей российского истеблишмента.

Желание окарикатурить и принизить образ давно поверженного врага сыграло с идеологами сего творения злую шутку. Смысловая неувязочка получается. Вспомним хотя бы слова Березовского — «возьмем телевидение — возьмем страну». Ну как, как он, этот суетливый недоумок, смог дотумкать, что в новой реальности связываться по ленинскому завету с почтой и телеграфом, а также брать мосты и вокзалы совершенно излишне? Достаточно овладеть «главным телеканалом страны» — и дело в шляпе: доверчивый народ, умело ведомый телевидением-пастырем, проголосует сердцем и будет до самозабвения предан всякому, на кого укажут в телеящике, а потом примет любую линию партии и будет гнуться вместе с ней.

Так что Березовский мертв, а дело его живет. И верные заветам Абрамыча, того, реального, а не пародийного сериального, нынешние «владельцы» телевидения, а следовательно, и страны, уверенно ведут за собой паству, не ведающую рефлексий и сомнений.

Еще на прошлой неделе ведущие и участники большинства политических ток-шоу с пеной у рта доказывали, что причиной гибели нашего самолета могло быть все что угодно — технические неполадки, человеческий фактор, погодные условия — но только не террористический акт. «Я абсолютно убежден, что это не теракт!» — заявлял соведущий ток-шоу «Политика» на Первом канале Александр Гордон. «Это не теракт?» — трижды переспрашивал у экспертов-пилотов его коллега, Петр Толстой, и получал в ответ авторитетное экспертное: «Нет». Бориса Надеждина, имевшего наглость предположить не только возможность теракта на борту самолета, но и прямую связь его с нашей военной операцией в Сирии, дружно смешали с дерьмом и зашикали. А польского политолога Якуба Корейбу и вовсе чуть не побили всем кагалом за его крамольные слова о России, «натравившей на себя ненависть всего мира». Слушая всех этих ура-патриотов, думала-гадала, а как они станут оправдываться и выворачиваться, когда выяснится, что это был все же теракт, как будут объясняться с поверившими им людьми?

А никак. Прошла всего неделя, и те же ведущие и те же участники ток-шоу, словно стерев ластиком из собственной памяти собственные уверения и заклинания, принялись обсуждать именно теракт и кричать о возросшей в разы террористической угрозе.

Практически в одночасье поменялась и легенда о враждебном Западе. И Россия вновь оказалась частью европейской цивилизации, хотя, разумеется, самой сильной и самой прекрасной ее частью. «Здорово, что мы снова союзники», — кричат теперь во всех эфирах. «Но где гарантия, что после того, как вы с нашей помощью справитесь с этой антицивилизацией, ИГИЛом (эта террористическая организация запрещена в РФ. — Ред.), вы не сотрете нас с лица земли?» — волнуется тот же Гордон в той же «Политике», адресуя свои сомнения американскому политологу. Тот гарантий дать не может. Гордон торжествующе разводит руками.

К Америке доверия у наших телевизионных гуру по-прежнему нет, несмотря на некоторое потепление в отношениях после встречи Путина и Обамы на саммите «Большой двадцатки». А может, телевизионщики просто еще не успели переориентироваться. И автор «сенсационного фильма-расследования» «Арифметика террора», показанного в программе «Вести.док», имеет «много вопросов к вашингтонскому обкому: ребята, вы создали этот рынок и не хотите помочь нам». А в финале своего выступления он выдает афоризм: «Для того чтобы справиться с молью, надо просто отобрать у нее свитер».

Бедный среднестатистический зритель! Если бы ТВ не задушило в нем способность самостоятельно думать, сравнивать и ловить своих любимцев на слове, он, наверное, мог бы свихнуться от мозгового перенапряжения: кто моль? какой свитер? кто и у кого должен этот свитер отобрать? да и вообще: Америка враг или как?

Но, слава богу, среднестатистический массовый зритель давно отвык задавать вопросы телевизору. Главное, что мы живем в великой и могучей стране. Нас боятся, а мы никого не боимся. Мы сами с усами. Кто владеет телевидением — владеет страной. О, как он все угадал.

Источник