Абсурдность и реакционность политики «умиротворения».
Сергей Грабовский



Не успел в Париже завершиться саммит «нормандской четверки», как министр иностранных дел Великобритании Филипп Хаммонд в интервью газете Daily Telegraph предупредил, что его государство может выйти из Евросоюза, если тот не изменится, если не проведет «надежные, существенные и необратимые» реформы и если роль Британии в ЕС не вырастет. И это, отметил правительственный чиновник, вовсе не блеф.

Конечно, это скорее всего просто стечение обстоятельств – появление такого интервью в унисон с саммитом «нормандской четверки». А, возможно, и не совсем совпадение. Потому что позиция правительства Великобритании относительно российской агрессии в Украине ощутимо более решительная, чем позиции некоторых ее партнеров. «Мы будем продолжать работать с партнерами по ЕС для оказания давления на Россию с помощью санкций, пока она не выполнит свои обязательства по Минским соглашениям и не уйдет из Крыма. Российская откровенная агрессия и дестабилизация Украины – один из наибольших вызовов безопасности в Европе с конца «холодной войны».

Мы будем продолжать помогать модернизации Вооруженных Сил Украины», – так заявил Хаммонд в прошлом месяце, перед этим призвав Россию прекратить снабжение оружия боевикам на Донбассе, а также вывести из Украины свои войска. Что ж, в Лондоне, по-видимому, значительно лучше, чем в некоторых других столицах государств ЕС помнят, чем заканчивались в прошлом попытки умиротворить агрессоров...

А вот в Берлине и Париже память у наивысших чиновников, кажется, более короткая и неустойчивая. По крайней мере, к такому выводу подталкивает очередной саммит в формате «нормандской четверки». По его итогам, выведение российских войск (названных «всеми иностранными войсками») из Украины и передача Украинскому государству контроля за собственной территорией и собственной границей с РФ обусловлена таким количеством обязательств со стороны официального Киева, что они вряд ли когда-либо окажутся выполненными. Так как Олланд и Меркель де-факто выдвинули требование, чтобы украинцы, которые организовали Революцию достоинства, прошли через полосу неслыханных унижений, проведя по указанию извне конституционную реформу и приняв разработанные не в Украине законы, а в придачу – амнистировав террористов, которые подвергали заложников ужасным пыткам и истязали их до смерти. После Гитлера и Сталина таких требований к суверенным европейским государствам, кажется, еще никто не выдвигал...

Хуже всего, что лидеры Германии и Франции, похоже, не замечают политическую абсурдность и реакционность тех установок, которые они диктуют Украине и которыми кичатся («это шаги к миру!») на пресс-конференциях. Скажем, разве это не откровенный неоколониализм – требовать, чтобы Украина внесла в Основной Закон изменения не на основании суверенной воли украинцев, а из соображений удобства этих изменений для других государств? Здесь не столь важно, согласились ли на такие изменения лидеры Украины или нет, вследствие «дружественного» давления; в ХІХ веке многие страны Африки и Азии «добровольно» соглашались на протекторат со стороны «большого белого брата». Значение имеет лишь то, что обсуждать, тем более одобрять или не одобрять те или иные изменения к Конституции Украины не имеют права ни Меркель, ни Олланд – ведь чем тогда они отличаются от Гитлера и Муссолини их «вегетарианского» периода, до начала Второй мировой войны? С другой стороны, Олланд ведет речь о первоочередной амнистии боевиков-террористов, сторонников «Русского мира» и «большого Путина». Почему бы ему в таком случае не показать пример толерантности, посмертно реабилитировав Петена и Лаваля, а заодно – и тысячи французов-коллаборационистов, которые служили «арийскому миру» и «большому Гитлеру»? А прежде чем вести речь об «особом статусе Донбасса», Олланд должен был предоставить такой статус французской части Страны Басков, тем более что баски давно уже борются за реальную автономию и являются более древним народом, чем собственно французы. Кстати, как там с амнистией баскским террористам, которые в 1980-90-х с оружием в руках боролись против Франции? И, наконец, в этом контексте непонятным выглядит осуждение в 1987 году «лионского мясника» Клауса Барбье – ну были у человека свои убеждения, за них боролся, как умел, нужно его посмертно реабилитировать или амнистировать.

О фрау Меркель и говорить нечего – замечу только, что она была бы на достойном месте во время Мюнхена-1938 в составе любой делегации, когда совместно «нагибали» чехов, вынуждая их (и заставив при молчаливой «дистанционной» поддержке Сталина) капитулировать. Что потом из того получилось – хорошо известно. Но, видно, далеко не всем европейцам, даже из числа политических элит.

Вообще, создается впечатление (далеко не только на основании последнего саммита «нормандской четверки»), что Украина мешает некоторым западным «грандам» геополитики (речь не о Путине и Ко, здесь все понятно) самим фактом своего независимого существования. Более того: не просто пассивного существования где-то в «серой зоне» между Европой и Россией, в роли такого себе «моста» между ними (а вы пробовали когда-то жить под мостом, как бомжи, господа «гранды»?) – а в роли активного политического субъекта, граждане которого готовы погибать за настоящие, фундаментальные, неподдельные европейские ценности. За тех, кто сделал Европу когда-то авангардом человечества и кто сегодня непопулярен в свете печально известной Realpolitik, которая удивительным образом совмещается с чувством вины далеко не всегда перед теми народами, которые в свое время были одними из главных жертв, скажем, экспансии и террора со стороны нацистской Германии и измены со стороны очень-очень демократической Франции после Первой мировой войны. Такая вот грустная картина вырисовывается, хотя, конечно, Запад очень неоднородный, и в любом случае нельзя его приравнивать к некоторым его руководителям.

...После саммита «нормандской четверки» раздавались слова о том, что вот-вот наступит в Украине мир и будут сохранены человеческие жизни. Конечно, сейчас не 1938 год, и все же, похоже, в Лондоне лучше, чем в Париже и Берлине помнят слова Уинстона Черчилля, сказанные в адрес тех лидеров демократического Запада, которые до конца пытались «умиротворить» агрессора: «Между войной и позором вы выбрали позор, поэтому в итоге получите и войну, и позор». Разумеется, о «горячей» войне сегодня речь не идет, но для усмирения агрессора достаточно и последовательно проведенных «холодных» политико-экономических действий. Без каких-либо намеков на «умиротворение» агрессоров и их соратников.

Источник