Павел Казарин: После вето. Россия в мире победившей хунты.

Российскому обывателю не позавидуешь. И дело даже не в том, что вето, наложенное Россией в Совбезе ООН, ломает его мечту о каре для «хохлов, сбивших мирный Боинг». Проблема в том, что ждет этого самого телезрителя дальше. 

Россия так долго из всех динамиков убеждала собственное население в том, что именно Украина виновата в крушении «Боинга», что к моменту голосования в Совбезе ООН о трибунале мечтала половина страны. А потом в ООН Чуркин во время голосования внезапно тянет руку и выясняется, что трибунала не будет.

И самое главное начинается именно сейчас. Потому что теперь Москве предстоит ответить на незаданный вопрос обывателя «какого черта вообще происходит?» Если вина Киева столь очевидна, как рассказывали СМИ, то почему публичное аутодафе отложено? И ответить на этот вопрос Кремль может одним-единственным способом. А именно – что коварство и подлость Киева не идет ни в какое сравнение с коварством и подлостью мирового сообщества. Которое настолько сильно поражено русофобией, что готово покарать невинных, а 298 человеческих жизней принести в жертву мечте о наказании России.

Объяснить вето в отношении трибунала можно лишь тем, что этот трибунал изначально создается, чтобы оправдать преступника. Москве не остается ничего иного, кроме как обвинить Малайзию, Нидерланды, США и их союзников в предвзятости и подтасовке итогов расследования. По сути, она обязана теперь бросить им в лицо перчатку, назвать суд судилищем и обвинить в прямом вранье. Если российское вето не является попыткой скрыть правду, то этой попыткой является сама идея трибунала. А значит весь мир в сговоре.

А это уже настоящая тектоника.

Еще недавно главный посыл российской пропаганды состоял в том, что есть США и есть Европа. Что Вашингтон пытается давить на Брюссель, но некоторые страны «старого света» героически этому давлению сопротивляются. Что есть еще восток, который вообще «за Россию», и если нам на западе не рады, то мы, мол, с удовольствием на этот самый восток развернемся.

А тут оказывается, что и Европа, и США, и восток этот пресловутый (ведь что такое авторитарная Малайзия, как не благословенный антизападный восток в его российском понимании) заодно. И все хотят одного – расправы, причем над Россией, которая ни в чем не виновна, кроме желания остановить войну в Украине. То есть, с одной стороны, есть жертва, а с другой – конгломерат хищников. С одной – абсолютное добро, а с другой – не менее абсолютное зло.

И как теперь со всем этим быть?

Раньше было ощущение, что лишь Украина способна убить три сотни гражданских, чтобы подставить Россию. А теперь вот выясняется, что весь земной шар – включая тот, что было принято считать «нашим» или, как минимум, «нейтральным» – подобен Украине. Что хунта не только в Киеве, но и в Амстердаме, и в Куала-Лумпуре, и в каком-нибудь, прости господи, Веллингтоне – даром, что там «Хоббита» снимали. Что вся Россия – один большой мальчик из Славянска, и толпа кричит «распни его», а Пан Ги Мун умывает руки.

В такой ситуации выход может быть только один. Рыть блиндажи, строить доты, вкапывать танки по самую башню и садиться в окопы. Нет и не может быть доверия никому, кто способен растоптать мечту о правосудии. Нет прощения любому, кто решит упрекнуть Россию в том, что она запретила судить себя за то, чего не совершала. Полутонов не осталось, хунта повсеместна, мир у последней черты. Если они пахнут серой, то запасаемся святой водой, крестным знамением и межконтинентальной баллистической ракетой «Сатана».  

Российскому Сергею Юрьевичу Белякову больше нет смысла говорить с телевизором. Не о чем тут говорить.

Павел Казарин, обозреватель Крым.Реалии

Источник