ВАХТАНГ КИКАБИДЗЕ: "ПОКА ПУТИН ЖИВ, НИЧЕГО ХОРОШЕГО НЕ БУДЕТ. У НЕГО ПО-ДРУГОМУ МОЗГИ УСТРОЕНЫ. ТАКОЙ МАЛЕНЬКИЙ ИВАН ГРОЗНЫЙ".

Легендарный актер и певец поделился с УНИАН мыслями о политике Москвы и Путине, рассказал о том, как победить оккупантов, о звонках из «ДНР» и разговорах с Кобзоном.


Кикабидзе: "...я с 2008 года ни в одном российском городе не был" / Фото УНИАН

После начала российско-грузинского конфликта в 2008 году, известный певец и актер Вахтанг Кикабидзе занял жесткую позицию относительно действий российской власти. Из-за нее артист столкнулся с непониманием со стороны своих коллег из России, неоднократно подвергался критике и даже попал в «черный список» Кремля. После аннексии Крыма и разжигания Москвой конфликта на Востоке Украины, похожего на события в Грузии 2008 года, грузин принял сторону украинцев.

Когда в 2008 году Россия провела в Грузии военную операцию «принуждения к миру» вы, несмотря на популярность у российского зрителя, отказались от гастролей в России. Вам не приходила мысль пересмотреть это решение?

Россия – большая страна и у меня там много было работы, но я с 2008 года ни в одном российском городе не был. Просто сказал, что больше туда не поеду. Когда хочу на русском языке петь, я приезжаю в Украину и пою.

Когда я отказался от ордена (Вахтанг Кикабидзе в 2008 году не принял российскую награду – Орден Дружбы – в знак протеста против действий России по отношению к Грузии, – УНИАН), я сделал это, потому что мне было бы стыдно в глаза своим внукам смотреть. Мои дома мне говорят: «У тебя все не так – на первом месте Родина, потом друзья, потом семья». Но я так понимаю жизнь.

За последний год перед украинскими артистами тоже встал выбор – ездить в Россию на гастроли или от них отказаться…

Каждый должен решать для себя и за себя отвечать. Но, когда тебя бьют, а ты к нему идешь и поешь – это даже неприлично.

Тем не менее, ваше решение вызвало возмущение в рядах ваших коллег…

Да, когда у нас заварушка началась, люди, которые со мной дружили, много гадостей писали в Интернете. Очень известные люди. А сейчас они отказываются от своих слов, мол, это не мы писали. Я говорю: «Ну, раз не вы писали, я вам верю. Значит, какой-то дурак вместо вас написал». Вот, Кобзон. Я ему говорил: «Чего тебе не хватало? Зачем ты в это дело влезаешь?»…

Иосиф Кобзон неоднократно ездил на Донбасс, давал концерты, всячески поддерживает «Новороссию». Но, пожалуй, большее возмущение вызвало поведение российского актера Михаила Пореченкова, который не просто приехал выступать, а взял в руки оружие…

Да, я видел. И меня это очень удивило. Это абсолютно неэтично.

Знаете, мне тоже звонили из Донецка. Беру трубку, а оттуда: «Але, вас беспокоят из Донецкой народной республики». «Тбилисская народная республика вас слушает», - говорю, и начал смеяться. Они мне в ответ, мол, Путин – святой человек, мы вас расстреляем. Ну, я сказал этому телефонному собеседнику три слова (непечатных). Неприятно ему было, наверное. Больше не звонили.

После случая с Пореченковым в России заговорили о том, что в артистической среде лучше придерживаться нейтралитета и быть вне политики. Вы согласны с таким мнением?

Как можно быть вне политики? Вот, позвонила мне как-то жена и говорит, мол, ты попал в «черный список Путина». Ну, кроме меня там Макаревич, Шевчук, западные звезды, певцы, музыканты… Я говорю, наконец-то я в хорошую компанию попал (смеется).

Но вы согласны с тем, что в России сейчас происходит травля несогласных с политикой Кремля?

Россия, люди, которые там живут, сами по себе ни при чем. Это Кремль. А его политика всегда была захватнической. Народ пикнуть боится. Молчат.

Как можно было дойти до такого, чтобы такие гадости делать? Но есть высшая справедливость. Кремль нападает на слабого, на такие же православные страны, как Россия. И Бог ему (Владимиру Путину, – УНИАН) этого не простит. Он плохо закончит. Потому что если люди в России на уши встанут, из-под земли достанут. Они не те люди, которые прощают.

Вы считаете, что в России не накопилась критическая масса таких людей, готовых дать отпор своей власти?

Люди просто боятся. Мы все жили плохо в Советском Союзе. И из этого никак выйти не можем. Но сейчас в России что-то, по-моему, происходит. Вот на днях показали фотографии Путина, до этого он долго не появлялся, а фотографии сделаны несколько лет назад…

Ну, ложь высокопоставленных лиц в российской структуре власти стала уже почти официальной политикой…

Это было и раньше. Например, когда Лавров (глава МИД РФ, – УНИАН), кстати, тбилисский армянин, официально заявлял, что Грузия объявила войну России. Да все население Грузии в одном Дзержинском районе Москвы помещается! А все это слушали с серьезным видом, даже что-то говорили, комментировали…

Что он (Путин, – УНИАН) хочет? Я не могу понять. Ну, все же есть! Есть земля, есть нефть, есть газ, образованная нация, литература хорошая. Все есть! Под своей Конституцией, под своим флагом… Если хочет вернуть Советский Союз – так они же сами его и развалили. Люди-то ни при чем. Тем более, колбасы за 2 рубля 20 копеек уже не будет. Мы тогда жили и знали, что все нужно «доставать». А сейчас человек, у которого руки-ноги на месте, может что-то делать, может зарабатывать. В общем, сейчас нужно на жизнь как-то по-другому смотреть.

Грузинский исполнитель рассказал, что его отец погиб в 1942 в Керчи / 

Как показывает печальный опыт Украины, для воссоздания Советского Союза Владимиру Путину недостаточно одной России…

Если помните, раньше главными врагами были эстонцы, но их в покое оставили, потому что там ничего не получилось, потом вдруг стали мы – Грузия. Теперь Украина...

Меня очень расстроило, когда это произошло в Крыму. Мой отец был журналистом, его не брали в армию. Но он сам пошел. Сказал маме, что ему стыдно ходить по улице, ушел и в 1942 году в Керчи погиб. Разве он погиб только из-за меня? Он тогда пошел воевать за Родину и погиб за Родину. Но что это за Родина, которая может тебя растоптать? Я, когда танки в Грузии увидел, не мог в это поверить. В тот день выехал из Батуми, ничего не предвещало беды. А проехал километров 20 всего, дочка звонит и говорит: «Вернись обратно, бомбят»…

Хотя сейчас у Кремля есть разработка, чтобы везде было неспокойно. Чтобы в Прибалтике было неспокойно, в Украине, в Грузии. Если посмотреть телевизор, у меня складывается впечатление, что нас явно подготавливают к «русскому сапогу». Мы чувствуем это. Все в тревожном ожидании находятся.

То есть, тихая аннексия в Грузии продолжается?

Аннексия продолжается и серьезная. И проводится с таким видом, будто ничего не происходит. К примеру, в 35 км от Тбилиси есть маленький городок Гори, где Сталин родился. Там после 2008 года поставили заграждение, «границу». Но каждое утро эта «граница» чуть-чуть передвигается на грузинскую территорию. Вот такие вещи происходят…

У тех, кто сейчас управляют Грузией, деньги в России. Наверное, их позвали и сказали: «Идите, там все нужно испортить». Поэтому стараются переругать грузин между собой. Чтобы Европа сказала, мол, вы сначала сами между собой разберитесь, а потом приходите к нам. Вот к этому идет.

И каким может быть выход из этой ситуации?

Большая сила – это новое поколение. В Грузии молодежь жестко настроена и критична к власти. В свое время Миша (экс-президент Грузии Михаил Саакашвили, – УНИАН) начал привозить к нам педагогов со всего мира. Мы сначала этого не поняли, а потом вдруг все наши дети заговорили на английском языке. Везде! Сейчас, к сожалению, власти (после Саакашвили, - УНИАН) прекратили эти вещи, но молодежь уже другая.

В последнее время много грузин пришли в украинскую власть. Как вы к этому относитесь?

У вас сейчас хорошая команда. Думаю, что они много хорошего сделают. В Украине всегда страшная коррупция была, я знаю. Но то, что сейчас делают – правильно. Просто люди, украинцы, должны выдержать.

Грузия – маленькая страна, поэтому там было легче. К примеру, я утром проснулся и ни одного ГАИшника на улице не было. Я не понял, что происходит. А через 2 месяца из академии вышли новые ГАИшники. Красивые ребята, высокие, без животов, владеющие языками… Это было очень заметно. Люди в это не могли поверить. Поэтому, я оптимист и думаю, что у вас тоже все будет хорошо.

К сожалению, помимо жестких для населения реформ у нас ситуация осложняется продолжающимся конфликтом на Востоке Украины…

Да, там было подготовлено все…

Мы пытаемся договориться…

С кем, с этим (Путиным, – УНИАН)? Я в это не верю. Пока он жив, ничего хорошего не будет. У него по-другому мозги устроены. Такой маленький Иван Грозный.

Но весь фокус в том, что Украина – не маленькая и очень серьезная страна, чтобы с ней так поступать, как с ней поступают. Если поднимете военное дело, то с вами так просто расправиться не смогут.

Во время конфликта в Грузии вы как-то сказали, что, если бы были моложе, сами пошли бы на фронт. Что бы пожелали украинским бойцам, которые сейчас находятся на фронте?

За то, что они делают для своей страны, с удовольствием дам для них шефский концерт. Даю слово.

Когда у нас началась война, мы с другом как-то сидели за столом, разговаривали, я говорю: «Представляешь, они (россияне, – УНИАН) к нам в гости ездили, мы их принимали, а тут они вдруг взяли, сели на танки и на танках к нам приехали». И потом мы написали антивоенную песню. Вы не представляете, как украинские зрители плакали под эту песню на концерте во Львове (16 марта, – УНИАН)!

Сейчас мы все беспокоимся за своих детей, все дергаются, друг другу звонят, везде напряженка. Поэтому, главное, наверное, чтобы был мир. В Грузии есть регион Гурия. И там первый тост всегда понимают «за мир». Я, когда был маленький, этого не понимал. Сейчас понимаю. Поэтому мир – главное. Я мечтаю дожить до того дня, когда наступит спокойная жизнь.

Если говорить о мирной жизни, поделитесь творческими планами…

Люблю беседовать с красивыми женщинами (улыбается). А, если серьезно, вчера с нами разговаривали по поводу гастролей в 11 городах Украины. Звонили и от Назарбаева, меня казахи очень любят.

В сериалах не снимаюсь, по фильмам есть предложения. Например, в прошлом году мне присылали сценарий из Украины. Хороший, психологический сценарий, но не сложилось. Меня врачи не пустили.

Уже почти закончил книгу и закончил свой сценарий. Называется «Диагноз – грузины». У нас ведь перевернутые мозги. Смешно написано, но фильм философский, в нем пять разных историй. Пятая новелла – о войне. Я даже подумал, может, его совместно сделать с Украиной. То, что там по сценарию происходит, на Украину может лечь по ее нынешней ситуации.

Беседовала Татьяна Урбанская

Источник