THE GUARDIAN О РОССИЙСКОЙ ПРОПАГАНДЕ И БОРИСЕ НЕМЦОВЕ.


Фото: Ольга Мальцева / AFP

Британская газета посвятила редакционную колонку популярной в России игре в наслоения интерпретаций и явлениям, которые с этой игрой никак не вяжутся

Первым это сказал Ницше: «Фактов нет – есть лишь их интерпретации». А Владимир Путин превратил это в политическую стратегию. Спустя всего лишь несколько часов после убийства одного из лидеров оппозиции Бориса Немцова в распоряжении прессы оказалось множество различных версий относительно случившегося. Это произошло из-за того, что Немцов заставил сделать свою девушку аборт. Убийство связано с украинским национализмом. В этом замешаны его деловые интересы или же его взгляд на расстрел Charlie Hebdo.

Так же, как и большое количество электронных противорадиолокационных отражателей, сбрасываемых бомбардировщиком «Туполев» для того, чтобы сбить с курса ракеты с тепловой системой наведения, – практика многочисленных интерпретаций истины стала основополагающей философией государственной системы дезинформации в путинской России. Эта система спроектирована специально для того, чтобы запутать желающих нащупать истину сквозь густую завесу сброшенных пропагандистских отражателей. Тактика заключается в создании как можно большего числа интерпретаций одного и того же события. Чтобы затем, посреди сотворённого герменевтического хаоса, тихонько смыться незамеченным.

Эта тактика заимствована Путиным прямо из свода правил и инструкций КГБ 70-х годов. Создай множество версий, чтобы скрыть единственно верную. В таких обстоятельствах сама идея существования истины может подвергнуться сомнению. «Объективности не существует – есть всего лишь подобие правды, озвучиваемое как можно большим количеством голосов», – говорит Маргарита Симоньян, главный редактор Russia Today. Это не что иное, как релятивизм, превращённый в оружие.

Одним из главных создателей современного постмодернистского авторитаризма является советник Путина, известный бывший телевизионный топ-менеджер Владислав Сурков. Он одинаково комфортно себя чувствует, рассуждая и об искусстве перформанса или рэпе, и о современной политике. Для него любая новость – это всего лишь толкование, любая правда – не более чем мнение. Есть взгляд BBC. Есть взгляд Fox. Есть взгляд Russia Today. Все они – всего лишь отражения особых интересов, не столько попытки донести истину, сколько индивидуальные взгляды на события и локализированные версии.

Господин Сурков понимает: всё это перекликается с представлением о том, что любая без исключения точка зрения может быть признана легитимной на том лишь основании, что она выражает мнение конкретного человека. С позиций этой «ленивой» философии деление мнений на верные и ошибочные представляется безосновательным распределением авторитета. На любое утверждение об истинности можно возразить: «А кто решает, кто прав?»

Тем самым с помощью российской государственной информационной технологии нам демонстрируют, что после уничтожения того, что мы привыкли считать правдой, останется лишь абсолютная власть. Другими словами, релятивизм неизбежно ведёт к нигилизму. «Что есть истина?» – говорил Понтий Пилат, пытаясь заменить аспекты виновности и невиновности высокопарно высказанными заблуждениями. Совсем в стиле Путина. Ни один представитель средств массовой информации не должен симпатизировать этой стратегии. Так как при всём богатстве всевозможных интерпретаций лишь факты остаются неизменными.

Поэтому на фоне множества вариаций «истины», предлагаемых сейчас российской властью, очень важно не отклоняться от существующей реальности: в пятницу утром Борис Немцов был жив, в пятницу ночью он был уже мёртв. А это, несмотря на кремлёвские контрмеры, направленные на то, чтобы намеренно ввести нас в заблуждение, и есть простая и единственная истина.

Оригинал статьи: The Guardian, «Взгляд The Guardian на российскую пропаганду: истина где-то там», 2 марта

Источник