Мысли... Что они такое и где обитают, и почему не все с ними дружат, откуда к нам они приходят, почему не приходят. Если не копать слишком глубоко (а тема ёмкая), то мне представляется, что мысль караулит у наших глаз и ушей, а скорее и у всех 5 или 6 чувств. А так как мы мало что слышим и замечаем вокруг себя, то слишком мало фактического материала накапливается, чтобы его возможно было осмыслить и прокомментировать. Это действительно проблема суетливого homo sapiens, не зря же в детской педагогике есть упражнение на приобретения способности слышать окружающие звуки и видеть вокруг себя предметы. Сама занималась этими упражнениями с сыном и лично убедилась, как было сложно ребёнку с завязанными глазами перечислить звуки, которые он слышит, вернее, слышит как обычный шум, а не как отдельные звуки.
Под мыслями в данном контексте я подразумеваю не простую ассоциацию - увидел яблоко и захотел его съесть, а что-нибудь поинформативнее, а то и целую систему своего взгляда на мир. И сейчас хочу показать пример такого удивительного видения обычных предметов. Собственно, ради этого величайшего испанского философа и культуролога, Хосе Ортеги и Гассета, я и затеяла разговор. А речь пойдёт о его эссе "Размышления о рамке":"Картины всегда обрамлены. Связь между картиной и рамой не случайна: они нуждаются друг в друге. Полотно без рамы похоже на ограбленного и донага раздетого человека. Смысл при этом переливается через край холста и улетучивается с воздухом. И наоборот: рама требует вставленной в неё картины, а иначе превращает в картину всё, что обрамляет". Отчаянно бью себя по рукам, чтобы не дать себе полностью перепечатать весь текст эссе, потому что каждое слово в нём несёт потрясающую смысловую нагрузку, без воды и лишних умствований.
Ну, ещё немножко: "Рама не привлекает взгляды к себе, а лишь конденсирует их, чтобы потом излить на полотно. Но и эта роль не главная... Произведение искусства - это остров воображения, со всех сторон омываемый действительностью. Поэтому область эстетического и должна быть отделена от окружающей жизни. Нельзя просто шагнуть с привычной земли под ногами на землю в картине. Больше того, нечёткость границ между художественным и повседневным ощущаешь как безвкусицу. Полотно без рамы, затёртое среди обиходных вещей, теряет красоту и силу. Нам не по себе, когда реальная стена вдруг обрывается, и мы без предупреждения, с маху попадаем в нереальное пространство картины. Не хватает шлагбаума. Это и есть рамка".
Далее речь идёт о том, чем хороша позолоченная рама. В конце эссе автор сетует на то, что не может развернуться по-настоящему: "Сейчас самое время коснуться шляпки и мантильи, обрамляющих женское лицо. Увы, этим прийдется пожертвовать. А потом следовало бы перейти к такой богатой теме, как отсутствие рамы в искусстве Китая и Японии. Но успею я хотя бы подступиться к предмету, за которым - коренное различие между искусством Запада и Дальнего Востока, между чувствами азиата и европейца?".
Трудно ожидать, что каждый человек может запускать в своем мозгу столь сложную цепочку ассоциаций при взгляде на обычный предмет, но пример, однако, вдохновляет. Конечно, нельзя сбрасывать со счетов и то, что Гассет был образованнейшим человеком своего времени. У него было вдоволь материала для этих самых цепочек. Что ж - надо учиться. Моя ассоциативная цепочка такова: учись видеть и слышать. Это пригодиться для познания мира, разовьёт твой ум и сформирует твой личный взгляд на мир, сделает неповторимым, хотя, увы, возможно и одиноким. Но оно стоит того.
Тема не закрыта.
