вспомнился рассказ сорокина "морфофобия":
/.../Стучимся, стучимся, стучимся. Совершаем половой акт. Или просто — ебемся. Трахаемся. Пилимся. Бораемся. Шабримся. Возимся. Пялим каркалыку. Жарим чувиху. Кидаем палку. Чистим духовку. Заправляем хорька.

Заправляем хорька.

Горе, горе... Заправляем хорька.

И перед впечатлительными глазами шизоида уже тут как тут таежный бор с вековыми скрипучими стволами, непролазным снегом, мешаниной душистой хвои и расчищенной бульдозерами дорогой, ведущей к продолговатым домикам зверофермы. Там идет обычная работа: красномордые бабы в ватниках, подпоясанных грязными белыми передниками, валко ходят вдоль рядов клеток, набитых хорьками.

Теми самыми — которых заправляют.

Пар идет. Ждут хорьки корма.

Несет Матрена охапку подмороженных пизд. Кидает в заледенелые кормушки. И с липкой дрожью зарываются в них бордовые головки.

Счастливое чмоканье повисает над фермой.

Матрена сморкается в фартук и ходит, громко скрипя валенками.

Уносит под ватником самого большого хоря.

Чтобы в теплой бытовке, заперевшись на швабру, заправить его себе в просторную, пахнущую селедкой вагину:

— Ишь, черт прыткай...

Страшно, страшно, господа.