Решил вновь пересмотреть культовый фильм "Зелёный слоник"...Нельзя забывать своих героев-говноедов.



Аннотация из интернета

Вчера, на очередном просмотре в «Синефантоме», увидел «самый грязный фильм тысячелетия», как о нём пишут в сети — «Зелёный слоник». Так уж совпало, что предыдущим мощнейшим потрясением от визуального искусства, был для меня «Зелёный медвежонок» — мультфильм, увиденный месяц назад в «Музее кино», в рамках ретроспективы эстонской анимации. И вот, не успев прийти в себя от манипуляций косолапого, в моё подтаявшее сознание тычет свой хобот «Зелёный слоник». Какая-то цикличность, какая-то неподвластная взлому матрица… Всё идёт к тому, что следующим культурным потрясением будет никто иной, как «Зелёный бурундучок» или, того хуже — «Зелёный бобёр».

Был крайне удивлён, что такое чересчур жёсткое кино, могла снять женщина. Хрупкая и довольно привлекательная, судя по фотографиям, девушка — Светлана Баскова. «Зелёный слоник» — фильм о свободе человека, о её краеугольном значении и бесценности для личности. Кино о возможных метаморфозах человеческой сущности в условиях замкнутого пространства, тотального унижения и безысходности. Фильм — о подвиге русского офицера.
Их двое. Один из них уже сдался, второй — продолжает по инерции сопротивляться. Но рано или поздно, они придут к одному финалу. Своей собственной свободе.

Первый — смирившийся с тем, что ничего светлого его уже в этой жизни не ждёт, сообразил, что сложившуюся ситуацию можно обернуть себе во благо. Этим единственным удовольствием запертого в четырёх стенах человека является крайнее унижение. Он готов выполнять любые прихоти сокамерника: дабы того не донимали мухи, предлагает насрать, чтобы на кучку кала слетелись все мухи и их можно было одномоментно уничтожить в одном месте. Он умывается струйкой из прохудившейся канализационной трубы. Он развлекает своего соседа рассказами про то, как «дрочит» и, что «е...лся всего лишь раз» и то — напившись портвейна «777». Он получает дикое наслаждения от физического насилия и избиений. Его забавляет обмазывание блевотой. Он жертвует последней своей пищей, дабы собрат по несчастью что-нибудь поел: для этого производит акт дефекации на единственную в камере тарелку, съедает маленькую колбаску кала, большую же предлагает своему сокамернику. Он называет своего соседа по каземату не иначе как на «Вы» и во множественном числе, тем самым, возводя его в ранг господина. Он вовремя сориентировался и поэтому получает удовольствие от всех этих страданий. Он — «Зелёный слоник», хоботом которому служит вырванная из горла надзирателя трахея.

А что же второй герой, «господин»? Его непреклонное эго противостоит всему этому раболепству. Он будет идти до конца, он будет сражаться до «последней капли крови», он бросает вызов системе. Не просто тюремной системе, а системе ханжеской заиндевевшей морали, которая держит его в оковах. Он настоящий герой, гордый и несгибаемый русский офицер, которому как бы не хотелось поесть говна, но честь «носить звёздочки» превыше всего. И он сражается за свою честь, понимая, что всю систему не уничтожить, готов покуситься на главного надзирателя, хоть за пределы самой тюрьмы и не выйти. В этой ситуации русский офицер вскрывает брюшную полость надзирателю, вываливая из неё исходящие паром извилистые потроха. Он вгрызается в горло сатрапу, вырывая зубами куски кровоточащего мяса и длинный шланг ребристого пищевода. Он производит ожесточённое анальное совокупление с уже обессиленным телом надзирателя, дабы другим неповадно было. И вот свобода так близка, лишь стоит перерезать вены. Он уходит с достоинством самурая, не давая себя одолеть подоспевшей охране. Трагедия заключается в том, что герой убил себя, не подозревая, что добился своего. Своим подвигом он сломал систему. Уничтожив главного надзирателя— разложил волю исполнителей.

Фильм не простой, местами тяжеловатый, но, безусловно, достойный. По крайней мере, такого кино я еще не видел. Во всей своей красе и мощи нерафинированного брутала. Кино, хоть и постановочное, но по сути — документальное. Кино без прикрас и дешёвых спецэффектов, кино о человеческой воле