Напротив меня штаб Жириновского.
Сегодня по всему видать сегодня в штабе мероприятие какое-то.
Суета кругом. На стенах дома, на заборе на фонарях развешаны флаги и огромные полотна с лозунгами.
Дворник по пятому разу метет асфальт, неуёмный ветер гоняет пыль и старательно собранные в кучку листья.
На милицию и прочих бесформенных ожидающих с красными повязками, холодно смотреть, шапки натянуты по самые уши, куртки застегнуты на все пуговицы.
Оркестр. С трубами. Это при таком морозе.. Сразу вспомнился дет.сад, санки и искрящийся иней на них, так привлекающий язык.

В моем офисе заметное оживление, на рабочем месте никто не сидит, подбегают к окнам, поглядеть.
Стоит галдеж: «Не приехал ещё, да нет, не видать..»
Не обошлось и без обсуждения результатов выборов.
В офисе остались одни бабки и тетки, не дождавшись, они расходятся от окон по своим углам и ворчат, ворчат..
Вот и я уже начинаю ждать, скорей бы он приехал, чтоб коллеги угомонились.

Но мне последняя пятница уходящего года запомнится совсем не этим.
А необычным утренним солнечным светом, отраженным от стен недавно отреставрированных трех вокзалов и отсутствием теней.
Такой свет бывает ранним летним утром, при таком свете я люблю фотографировать. Архитектурные «изыски» Казанского вокзала пленят взгляд своим внутренним свечением. Ощущение полной нереальности моего присутствия как будто я смотрю на всё со стороны и подмечаю каждый кирпичик в кладке. Да их просто невозможно не заметить, они становятся объемными и выдают мне едва уловимые огрехи в работе реставраторов…

Ну вот, Жириновский приехал. Сейчас в офисе начнется обсуждение помпезности мероприятия.