Несмотря на то, что у Елены и так хватает потенциальных вампирских поклонников, борющихся за ее внимание, похоже в третьем сезоне героиню «Дневников вампиров» вновь ожидает любовный четырехугольник. Мы не отрицаем очарования и харизмы Элайджи (Дениэл Гиллис) – но сможет ли он оторвать Елену от Стефана и Деймона?

Когда у Zap2it появилась возможность на этой неделе переговорить с Гиллисом, мы не смогли не расспросить его о романтических отношениях Элайджи в предстоящем сезоне. В конце концов, он уже несколько веков любит Кетрин, поэтому немного спорно, что его интерес к Елене ограничивается лишь жертвоприношением.

«Забавно слышать то, что вы говорите», – сказал Гиллис, когда услышал наши предположения. – «Рискну сказать, что эти самые романтические отношения уже начались. Предумышленно или нет, но думаю, у Элайджи определенно есть чувства к Елене, и уж у него точно были невероятные чувства по отношению к Катерине. Так что, романтика уже присутствует».

А это говорит, что Элайджа как и любой древний вампир очень терпелив. Возможно, он не даст воли своим чувствам какое-то время, что очень даже хорошо для Гиллиса. «Я не против выражения чувств в стиле королевы Елизаветы*», – говорит актер. – «Это возможно слишком театрально, но это прекрасно. У меня складывается ощущение, что сокрытие истинных чувств также интересно выражать как и проявление романтических побуждений».

Но теперь, когда Элайджа предал Елену в угоду своей семье, их отношения могут стать спорными, чем взаимными. Но Гиллису все еще нравится, что антагонизм существует где-то на поверхности.

«Мне очень нравится сцена, где Елена вонзает в меня нож», – отвечает Дениэл после того, как мы его спросили о любимом моменте. – «Мне он очень понравился. Не знаю почему, но в этом что-то есть романтичное. Понятия не имею, то ли это из-за совокупности художественных приемов, то ли из-за «скрытых» отношений между этими двумя. Когда я пересматривал этот момент, я заметил – даже когда она пронзает меня, в этом есть определенный символ любви и близости. Мне очень нравятся сцены с ней. Я говорю о Елене, а не о Нине, с которой мне очень нравится работать. Елена напоминает Элайдже, что люди тоже могут быть обаятельными и прелестными созданиями»