Некто, прошедший по дороге без начала и конца, знающий, однако, где начало и где конец, а также все перекрестки, ведущие обратно, в чьей руке ветер - плеть, которой он разбивает межевые камни, в чьей праще камни, делящие на части бурю, зовется Хозяином Дороги.

Они, однако, никогда не называвшие себя мы, прошли по своему незаметно, ибо шли среди тех, кто живет на месте, не знающих по каким дорогам ходит солнце, опускаясь за горизонт, в заботе о хлебе насущном, том, что следует после обильной трапезы, в лени, одинаковой для всех, кто сидит, в тупости не подымая головы выше второго подбородка, в поте лица, замазанного одной и той же грязью лица, узкие от худобы своей, сделавшей столь же узкими их мозги, похожие на червей в гнилых орехах.

Они, однако, никогда не называвшие себя мы, прошли незаметно и для тех, кто шел на месте, путая суету пыльной площади с воздухом длинной дороги и реликвию с куском навоза, век которому тысяча лет.

Многие знали о них, но больше знали о их именах, и то, что сами придумали и придумывали о этих именах, коверкая их несказанным образом так, что прошедшие мимо, не называвшие себя мы, с трудом узнавали себя в ненадежных зеркалах, припавших пылью досужих сплетен, заслуженных и незаслуженных слов, уходя от этих разговоров, помятуя в который раз, что нечего ждать от этой болтовни другого и что худшее и лучшее обошли стороной этот ночлег.

В глазах знавших их, они видели себя умершими в будущих сплетнях, проходя своим путем, помятуя об этом завистливом страхе, забывая самое имя свое на месте последнего ночлега.

Был ли этот путь бесконечен от бесконечности спрятавшейся в их головах, если она вообще может прятаться, а не даваться от рождения, как проклятье за долги предков и прегерешения перед вечностью, от того что горизонт никогда не становится ближе и солнце, каждый раз уходя за него, не возвращаясь только сеет смуту в глазах, глядящих попеременно то на запад и на восток , от неумения отличить начало от конца, а искомое от потерянного или от потерянного раньше и чем будет искомое, что пропадет в будущем для идущего последам, прошлым или настоящим, суть ли важны эти слова сейчас, если говорились они о прошлом для потомков, пьющих другое молоко и если кто-то хочет понять это, то пусть сначала познает одиночество на месте, прежде чем оставить дом свой и родных своих.

Суть ли это важно, что бесконечностями были для них их жизни, уже завершившиеся.

И суть ли важно на камнях эти слова или нет.

Не верь, не надейся, не люби.


Не верь, от суеты спасаясь на этом ночлеге, потому что бог не делит с тобой костра и другим показывает он, как искры становятся звездами, а дым облаками, не спорящими с вечностью, ибо сами вечность.

Не надейся беспричинно, солнце и так взойдет и разбудит тебя, а если нет то, ночь твоя это смерть и жалей, если сможешь, только о том, что не успел раздать долги тем, которые ждут.

Не люби, в одиночестве, когда от бесконечности перед глазами ты можешь принять костер за отдых между круглыми холмами, дающими прохладу и успокоение.

Хозяин Дороги, разбив камень перекрестка, построенного чьим-то самонадеянным умом, собрал их в месте.

Идущего без цели, Воина Длинной Дороги.

Идущего с целью, того, что уничтожает ее, достигнув, Толмача.

Гонимого отовсюду, Пересмешника.

Сидящего, имеющего страх от дороги за спиной, Подпирателя Идола.

Сидящего, имеющего страх перед дорогой в своей голове, Третьего Принца.

Наблюдающего за дорогой, Хозяина Харчевни.

Того, кто потерял свое место и с тех пор везде довольствуется последним, Неудачника.