Как в России появился канкан

Исполнительницы канкана не имели права отказаться от ужина с клиентом в отдельном кабинете

 

До середины XIX века петербургские мужчины могли лицезреть женские ножки исключительно в постели. Но затем «на выручку» пришел… канкан.

Перебравшие амброзии

Эпидемия канкана охватила Париж в начале 1830‑х. Этот энергичный, с алжирскими корнями танец был завезен и введен в моду моряками. Поначалу канкан сделался последней танцевальной фигурой многочастевого контрданса (Французской кадрили) и исполнялся на публичных балах. Затем перекочевал в оперетту, становясь все более легкомысленным и, наконец, приобрел законченный, «классический» вид в интерпретации композитора Жака Оффен­баха. Это под его ныне известную каждому мелодию галопа в финале оперетты «Орфей в аду» (1858) на сцене выделывали фортеля ногами и трясли туниками древнегреческие боги и их подружки, перебравшие нектара и амброзии. И именно такое — нарочито вульгарное исполнение канкана с тех пор зажило самостоятельной жизнью и сделалось обязательным номером в кабаре и кафешантанах.

Французская кадриль

 

Пушкин не дожил

Созерцать публично обнаженные женские ножки для современных мужчин занятие привычное. Однако для поколения Пушкина и Лермонтова в России на это зрелище было наложено «табу». На протяжении 150 лет, в соответствии с меняющейся модой, женская грудь периодически могла открываться едва ли не полностью, но вот ноги всегда оставались прикрыты. Неудивительно, что появление кафешантанов в России вызвало повышенный ажиотаж.

Учитывая, что вплоть до начала 1860‑х канкан в России был запрещен к исполнению, отечественные специалистки по акробатическому задиранию ног появились довольно поздно. Но и тогда они не могли в полной мере конкурировать с француженками. Пресыщенная публика желала лицезреть на эстраде исключительно иностранок. «Чего я буду глазеть на свое русское, ты подавай мне хранцуженок, тильянок, гишпанок и прочую нехристь!» — так описывал типичные требования кафешантанных посетителей куплетист Юлий Убейко.

Канкан вприсядку

Французским гастролершам пришлось столкнуться с русской спецификой. Если у себя на родине они имели четкий график работы (парижские кабаре закрывались строго в полночь), то в Рос­сии «заведения» работали до последнего клиента. Поэтому у танцовщицы в договоре указывалось, что она не имеет права уходить из кафешантана до окончания торговли. Равно как не должна отказываться от приглашений поужинать с клиентами не только в общем зале, но и в отдельном кабинете.

И уж, разумеется, подлинный шок испытывали все впервые приезжающие в Россию канканетки, сталкиваясь с еще одной традиционной русской забавой: в порядке вещей считалось в самый разгар зажигательного танца выскакивать из зала на сцену в основательно нетверезом виде и, вклинившись в шеренгу девиц, продолжать шоу, лихо выдавая трепака, ходя вприсядку, горланя непристойности и осыпая танцовщиц ворохом ассигнаций.

А как вы хотели? Канкан по-русски являлся примером все той же пресловутой «смеси французского с нижегородским».

 

Автор текста: Игорь Шушарин

 

Это интересно:

 

Мадемуазель Гандон на блюде

В 1870‑х на столичной кафешантанной сцене блистала мадемуазель Бланш Гандон. Настолько юная, что ангажементы за нее подписывал отец. Скан­дальная популярность француженки была столь высока, что ее имя упоминалось даже на страницах художественных произведений. Например, у Салтыкова-Щедрина в «Помпадурах и помпадуршах» и в «Истории одного города». А один из персонажей романа прозаика Николая Гейнце констатирует: «Blanche Gandon со своею La chose делает юношей дряхлого старика». В «Литературных воспоминаниях» музыкального критика Александра Кугеля встречается и вовсе пикантный пассаж: «Говорили, что адвокат Серебряный подал гостям на десерт огромное серебряное блюдо с цветами, фруктами и совершенно обнаженной Бланш Гандон посредине».

Однажды в саду «Аквариум» с девицей произошел конфуз: исполняя песенку, она задрала ногу так высоко, что «потеряла равновесие и, упав задом к публике, оставалась в лежачем положении, выделывая различные телодвижения». Публика пришла в восторг. Тем более что как на грех на мадемуазель не оказалось панталон. Надзирающий за порядком полицмейстер, возмутившись бесстыдством, составил протокол и передал дело в суд. А в Петербурге получила хождение песенка с рефреном:
«Девица Бланш Гандон
мила со всех сторон
Особенно прелестна
она без панталон!»

Артистка Бланш Гандон в роли Ореста в оперетте «Прекрасная Елена»

 

 

«Высший пилотаж» канкана

В одной из вырезанных советской цензурой глав из «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова встречается характерное описание кафешантанного загула:

«На сцену медленно вышла знаменитая мадемуазель Брезина с бритыми подмышками и небесным личиком. Дива была облачена в страусовый туалет. Она не пела, не рассказывала, ни даже не танцевала. Она расхаживала по сцене, умильно глядя на публику, пронзительно вскрикивая и одновременно с этим сбивая носком божественной ножки проволочные пенсне без стекол с носа партнера — бесцветного усатого господина. <…> В момент наивысшей радости раздались громкие голоса. Оркестр смолк… В залу вошел известный мот и бонвиван, уездный предводитель дворянства Ипполит Матвеевич Воробьянинов, ведя под руки двух совершенно голых дам…»

К слову, сбить ножкой пенсне с носа посетителя — трюк, которым владели многие профессиональные канканетки. Как пелось в популярной песенке того времени:
Франтику съ картинки
Любо будетъ мнe
Кончикомъ ботинки
Съ носа сбить пенснэ!

 

 

Материал из выпуска №15 журнала «Ваш тайный советник», тема номера — «Иноземный Петербург»https://zen.yandex.ru/media/history1ru/kak-v-rossi...ankan-5c9bbbd037f4f400b3770fbc