Орлов Иван Александрович (1895, Царское Село - 1917)

выдающийся российский военный летчик, авиаконструктор, командир одного из первых в России истребительных авиационных отрядов

Семейный альбом Орловых 

 

Иван Александрович Орлов родился 6 января 1895 г. в Царском Селе в потомственной военной дворянской семье, где все мужчины служили в гвардейских частях и не мыслили другой службы на благо Отечества. При этом все они совмещали боевую и придворную службу. Отец нашего героя входил в самый близкий круг окружения Николая II, с которым подружился еще до вступления Николая на престол.

Отец Ивана Орлова и его брата Алексея –Александр Афиногенович Орлов был генерал-майором Свиты Его Императорского Величества (с 1905). 

Окончил Николаевское кавалерийское училище по 1-му разряду в 1885 г. в чине корнета.

1. Поручик гвардии с 1889 г.,
2. штаб-ротмистр с 1890 г.,
3. ротмистр с 1892 г.,
4. полковник с 1897 г.

• В 1901 — 1902 гг. – командир 8-го драгунского Смоленского Императора Александра III полка.
• В 1902 — 1907 гг. – командир лейб-гвардии Уланского Ее Величества Государыни императрица Александры Федоровны полка.
• В 1903 — флигель-адьютант
• В 1907 — 1908 – командир 2-й бригады 2-й гвардейской кавалерийской дивизии.

Кавалер орденов: Святой Анны 2-й степени (1899), Святого Владимира 3-й степени (1906), Святого Станислава 1-й степени (1906).

За подавление движения в Прибалтийском крае в 1905 году получил прозвище «Орлов Балтийский».

 

Генерал Орлов и его жена, урожденная графиня Стенбок-Фермор, входили, как уже отмечалось, в самое ближайшее окружение императора Николая II и его супруги. Генерал рано овдовел. Императрица Александра Федоровна мечтала выдать его за свою подругу АннуТанееву, ставшую, тем не менее, Вырубовой. 

Вот как описывает эти события Витте С.Ю.:

"Что касается генерала Орлова, то это строевой, хороший, лихой и бравый офицер (женившийся на богатой, скоро умершей) и затем весьма пристрастившийся к воспалительным средствам. Как выдающейся офицер, он получил Уланский полк Императрицы и тут началась обыкновенная (для Императрицы Александры Феодоровны) мистерия спиритического характера. Началось с того, что она пожелала его женить на своей фрейлине Анне Танеевой, самой обыкновенной, глупой, петербургской барышне, влюбившейся в Императрицу и вечно смотрящей на Нее влюбленными медовыми глазами со вздохами "ах, ахи" Сама Аня Танеева некрасива, похожа на пузырь от сдобного теста.

Генерал Орлов от сего удовольствия устранился. Произошло, как говорили, даже маленькое охлаждение… Аню Танееву Императрица в итоге выдала замуж за лейтенанта Вырубова. 

Сама же А. Вырубова в своих воспоминаниях опишет этот эпизод несколько иначе:

"Дни моего дежурства при Государыне были среды и пятницы. Тогда я на целый день уезжала в Царское Село, обедала с Августейшей Семьей и ночевала во дворце. Часто обедал у них Свиты Его Величества генерал Орлов, командир Уланского Ее Величества полка, единственный близкий друг Государя. После обеда Государь и генерал играли обыкновенно на бильярде, мы же с Государыней, сидя в той же комнате, работали у лампы. Ездил генерал Орлов с нами летом и в шхеры. Меня уже тогда все ревновали к Их Величествам, начались всевозможные сплетни и разговоры, и я часто говорила о всем этом с генералом Орловым, который стал моим искренним другом. Переживая впоследствии уже не пустяки, я вспоминала его голос, убеждавший меня «быть молодцом».

В семейном кругу часто говорили о том, что мне пора выйти замуж, но никто из молодежи, которая бывала у нас, не пленял моего воображения. Среди других часто бывал у нас морской офицер Александр Вырубов. В декабре он сделал мне предложение письмом из деревни, которое меня сильно взволновало и смутило. Приехав в Петербург, он стал ежедневно бывать у нас и терзал меня, умоляя скорее дать ему согласие. За одним из завтраков в феврале 1907 года, когда он пришел сказать, что нашел себе службу, меня поздравили его невестой. Затем был бал, на котором была объявлена наша помолвка.

Все в доме и Вырубов сияли от радости, начались обеды, визиты, приготовление приданого. Меня осыпали подарками, и мне казалось, что я счастлива. Государыня тоже одобрила мою помолвку. Только генерал Орлов выразил сомнение, советуя мне серьезно обдумать этот шаг. Это случилось во время моего дежурства во дворце, и Государыня, войдя в комнату, решительно сказала, что нельзя меня смущать, раз слово уже дано."

Эта несостоявшаяся женитьба на Танеевой, видимо, и погубила генерала. Орлова отсылают за границу, и в дороге он внезапно умирает от скоротечной горловой чахотки...

Близость последнего архитектора Царского Села С.Данини к царской семье предполагала, что его работа не подлежит гласности и афишированию. Некоторые доверявшиеся ему заказы были достаточно деликатного свойства. К числу таковых относится создание надгробного памятника на могиле близкого друга императорской семьи А. А. Орлова, погибшего при «странных» обстоятельствах. Рисунок надгробия исполнил С. А. Данини:

«25 июня 1912. А. Баринов. Магазин и мастерская гранитных изделий. Смету г-ну архитектору С. А. Данини сделать по рисунку и поставить на могилу генерала Орлова на Царскосельском кладбище памятник, состоящий из Креста, пьедестала и двух плит белого итальянского мрамора».3

Семья проживала в тот момент на улице Широкой, 3.

Так и случилось, что братья Орловы очень рано остались полными сиротами на попечении бабушки, вдовы-генеральши Елизаветы Карловны Орловой. 

Орлов Алексей Александрович (14.07.1891, Царское Село — 09.04.1955, Рим, Тестаччо).В 1913 г. служит корнетом Лейб-гвардии ЕИВ? полка и проживает в ЦС, Широкая, 605

Иван Александрович в 1913-1917 гг. проживает в СПб по Каменноостровскому пр., 305

 

Иван был запущен, хил и слаб. Первым делом генеральша препоручила его известному детскому врачу и учителю гимнастики. Сама же, обладая точными знаниями в ряде наук, занялась начальным образованием внука.

Незаметно Ванечка превратился в красивого, крепкого подростка, а затем и в лучшего атлета Санкт-Петербурга. В нём рано проявились пытливый ум и настойчивость. Благодаря этим качествам он получил хорошее образование

Император с императрицей стали покровителями братьев и принимали в их воспитании самое деятельное участие. Иван был любимцем царской семьи. Семья императора хотела, чтобы умный и любознательный подросток стал высокообразованным человеком и выбрал гражданскую государственную службу.

Его брат, более склонный к потомственной военной службе, пошел, как и отец, по пути кадрового гвардейского офицера-кавалериста, а Иван Орлов успешно окончил Императорский лицей, в котором когда-то учился Александр Пушкин, и поступил на юридический факультет Петербургского университета. Его ждала самая блестящая государственная карьера, но уже началось новое время – время науки и техники, авиации и летчиков, самой романтичной и отважной профессии XX века...

Авиацией Иван Орлов «заболел» еще в юности, читая книги Жюль Верна. В итоге он стал конструировать аэропланы и был одним из тех немногих авиаконструкторов-любителей, кто понимал преимущество монопланов в будущем авиастроении. К началу Первой мировой войны он создал свой моноплан оригинальной конструкции «Орлов-1». В то время все авиаконструкторы были профессиональными лётчиками, и к лету 1914 г. Иван Орлов сдал экзамен на пилота, обучившись на "Фармане-4", и получил бреве (грамота, патент) Всероссийского аэроклуба № 229.

Он стал мастером высшего пилотажа под руководством авиатора Александра Евгеньевича Раевского, потомка Владимира Федосеевича Раевского – участника Отечественной войны 1812 г., поэта и декабриста. Его учитель, закончивший знаменитую французскую школу одного из пионеров авиации Луи Блерио, входил в первую, после П.Н. Нестерова, пятерку русских «петлеистов» – лётчиков, выполнивших в воздухе мертвую петлю (А.А. Васильев, Е.Р. Шпицберг, А.М. Габер-Влынский, М.Н. Ефимов). Иван Орлов полностью перенял опыт своего учителя и мог уже претендовать на место лётчика-инструктора. Но в то время такая перспектива его не очень-то прельщала… Он серьезно относился к своему увлечению, но, как многие из молодых представителей русской знати того времени, стремился сделать карьеру на государственном поприще.

Обладая завидным состоянием, Орлов мог позволить себе покупать самые дорогие самолёты, и все вокруг считали его увлечение авиацией прихотью богача, которое со временем пройдет. Неизвестно, как бы сложилась судьба Ивана Александровича, если бы не война 1914 года…

После объявления мобилизации студент-юрист Иван Орлов, не подлежащий призыву в армию, немедленно решил идти добровольцем на фронт для защиты Отечества, как поступали все его предки. Известно, что Николай II несколько раз отклонял его ходатайства, пытаясь сберечь для будущей государственной службы. Наконец, император дал-таки свое согласие, и Орлов поступил в военную авиацию «охотником»-добровольцем на правах вольноопределяющегося 1-го разряда.

На фронт он отправился со своим самолётом и машиной с водителем. Его провожали многочисленные друзья, родственники и наречённая невеста княжна Волконская. Ему было всего девятнадцать лет, как впрочем, и большинству солдат и молодых офицеров Русской армии, уходивших на войну. К военной службе он приступил 21 июля 1914 г. в 5-м корпусном авиационном отряде, и служить поначалу ему было нелегко. Он, в определенной степени избалованный своим довоенным положением и славой хорошего лётчика, с трудом привыкал к армейской дисциплине. К тому же он был рядовым, что ставило его в определённые служебные рамки.

В своих мемуарах известный командир русских лётчиков Первой мировой войны, Георгиевский кавалер, генерал-майор Вячеслав Матвеевич Ткачёв (1885—1965) писал об Иване Орлове того времени:"Он производил на меня впечатление слишком бесшабашного и невоздержанного юнца…".

Его бабушка знала о характере внука и очень хотела, чтобы он скорее стал офицером. Вот как пишет об этом Николаю II императрица Александра Федоровна 23 сентября 1914 г.: «Получила письмо от старой m-me Орловой, которой Иван написал о своем желании продолжать военную службу после войны… он получил георгиевский крест, имеет право еще на другой знак отличия, но нельзя ли его произвести в прапорщики (или подпоручики)?.. Какой это отважный юноша, что так часто летает один! Какие крепкие нервы необходимы для этого! Его отец имел бы полное право им гордиться, — вот почему бабушка за него хлопочет».

Но император считал, что только настоящая боевая служба может сделать его воспитанника настоящим офицером и командиром. И Иван Орлов не подвёл своего государя. Его звания соответствовали его наградам.

Рядовым он получил свой первый солдатский Георгиевский крест 4-й степени № 5661 «за воздушные разведки в Восточной Пруссии»; ефрейтором (01.09.1914 г.) – Георгиевский крест 3-й степени № 11312 «за разведку позиций противника за р. Неман»; младшим унтер-офицером (20.09.1914 г.) – Георгиевский крест 2-й степени № 4720 «за определение обходного движения и переправы на р. Бзуре».

Полным кавалером солдатского Георгиевского креста Ивану Орлову помешала стать сбывшаяся мечта: приказом по армиям Северо-Западного фронта № 474 от 22.01.1915 г. за боевые отличия он был произведен в офицеры и стал прапорщиком авиации.

Интересно, что, получив уже все военные ордена Российской империи, он, тем не менее, самыми ценными считал свои три георгиевские солдатские награды.

Четвертый по счёту Георгиевский крест, орден Святого Георгия 4-й степени, он заслужил в офицерском звании военного лётчика «за то, что… 15-го августа 1915 года у Фридрихштадта при исключительно трудных условиях, под дождем и при высоте облаков не выше 175-ти сажен, презрев опасность от сильнейшего ружейного и пулеметного огня, от которого в самом начале уже было несколько пробоин в аппарате, произвел согласно заданию два полета над расположением противника, открыв при этом скрытый в лесу значительный резерв противника… 17-го ноября при морозе в 23 градуса и при особо трудных условиях полета, будучи все время под сильным артиллерийским огнем, прорвался сквозь завесу чрезвычайно близких артиллерийских разрывов к Ново-Александровску, где бросил 5 бомб и взорвал там один из артиллерийских складов». Императрица писала, что в этих боях Иван был контужен, а двое из его друзей убиты.

Иван Александрович Орлов к этому времени стал одним из лучших лётчиков-разведчиков Русской армии, и 25 марта 1916 г. приказом командующего русской военной авиацией великого князя Александра Михайловича он был назначен командиром создающегося истребительного авиационного отряда, первого в истории Русской армии. Назначение было неслучайным: годы войны очень изменили характер Ивана Орлова. Будучи уже подпоручиком и опытным военным лётчиком, он понимал, что будущее боевой авиации – в создании специальных истребительных отрядов и серьёзном обучении русских авиаторов воздушному бою. Достаточно прочитать его служебную характеристику:

"Выдающийся боевой лётчик, смелый и находчивый. Боевая работа блестяще поставлена в отряде, любит авиацию. Внутренний порядок в отряде хорош".

Даже генерал Ткачёв изменил свое прежнее мнение об Иване Орлове. В своих дневниках этого времени он даёт самые лучшие характеристики подпоручику Орлову, как офицеру и командиру. Поэтому еще в мае 1915 г. Ткачёв обращается к великому князю Александру Михайловичу, возглавлявшему в то время авиацию Юго — Западного фронта, с рапортом о создании специальных истребительных отрядов и в дальнейшем рекомендует на должность командира одного из отрядов назначить Ивана Орлова. Великий князь приказал сформировать первые русские истребительные авиаотряды для 7-й и 12-й армий, по номерам которых они и получили соответствующие названия – 7-й истребительный авиаотряд под командованием подпоручика Ивана Александровича Орлова, а 12-й — во Пскове под командованием подпоручика Макса Германовича фон Лерхе.

4 (17) апреля 1916 г. можно считать днём рождения русской истребительной авиации. В этот день подпоручик Орлов отрапортовал великому князю, что первый русский истребительный авиаотряд сформирован и готов к выступлению на фронт. Впервые в истории нашей авиации в его состав вошли отечественные истребители. Самолёт-истребитель С-16сер разработал известный русский авиаконструктор Игорь Иванович Сикорский, с которым Орлов был знаком еще по учёбе на Комендантском аэродроме в Санкт-Петербурге. В отряде Ивана Орлова служили его близкие друзья, самые известные лётчики Русской армии: Юрий Гильшер – «Мересьев Первой мировой войны», летавший без одной ноги, лётчик Янченко, славившийся своими лобовыми атаками и количеством сбитых самолётов, и другие русские асы. Первое боевое крещение отряда и самолёта-истребителя Сикорского произошло в Галиции, рядом с местечком Яблонов 15(28) апреля 1916 г. В этот день командир первого отряда русских истребителей подпоручик Орлов с авиатором-наблюдателем Липским впервые поднялись на С-16сер № 204 на перехват неприятельских аэропланов и успешно отогнали их от наших позиций. Дальнейшие боевые действия отряда были не менее успешными. Приведём только личные победы его командира Ивана Орлова. 28 апреля 1916 г. он сбил свой первый вражеский самолёт, убив при этом наблюдателя и ранив лётчика. 28 мая 1916 г. одержал вторую воздушную победу, сбив двухместный неприятельский самолёт. Он был абсолютно бесстрашен и очень часто вылетал один на боевые задания.

Газета "Русский инвалид" писала 28 июня 1916 г.: «Подпоручик Орлов произвёл за день 10 боевых вылетов! — наибольшее количество из всех лётчиков за всю войну – и в последнем полёте сбил австрийский самолёт "Альбатрос"». За эти заслуги подпоручик Орлов был награждён почётным Георгиевским оружием.

Удачно складывалась и его личная жизнь. Императрица Александра Фёдоровна писала из Царского Села своей подруге 16 октября 1916 г.: «Иван Орлов обручился с одной из княжён Волконских — оба еще совершенные дети».

В Первую мировую войну в странах Антанты лучшие школы для подготовки лётчиков-истребителей были во Франции, и в ноябре 1916 г. подпоручика Орлова, вместе с другими лучшими командирами авиаотрядов, отправили туда, через Англию, на стажировку. У англичан русские лётчики ознакомились с работой Центральной лётной школы в Апейвоне, где приняли участие в испытании новых истребителей "Виккерс" и "Сопвич». Потом через Ламанш переправились во Францию, где прошли учебную стажировку в Школе высшего пилотажа и воздушного боя (город По) и в Школе воздушной стрельбы ВВС Франции (город Казо), которая обучала пилотов стрельбе из пулемётов «Кольт», «Льюис», «Виккерс», «Сан – Этьен» и «Гочкис».

Боевую стажировку Иван Орлов проходил в составе 3-й эскадрильи 12-й группы воздушного боя, среди знаменитых французских лётчиков-истребителей, которыми командовал лейтенант Жорж Гинемер, один из самых известных лётчиков-истребителей Первой мировой войны. К этому времени Гинемер уже сбил в воздушных боях больше тридцати самолётов врага. А к концу войны довел этот счет до 53.

Орлов украсил фюзеляж своего французского самолёта личной эмблемой – головой орла. Русский офицер близко подружился со своим командиром. Тот был старше его только на один год. Оба они были сыновьями военных и происходили из одной социальной среды. Поэтому они вместе проводили время и в небе, и на земле.

Иван очень внимательно изучал опыт французских друзей и уже во Франции стал писать, на основе своего практического обучения, книгу-пособие "Приёмы ведения воздушного боя" – для подготовки русских лётчиков-истребителей.

Она будет издана в 1917 г. и станет самой популярной книгой у военных русских авиаторов, в том числе и советского времени. Вместе с Гинемером Иван участвует в воздушных боях под Руа, где сбивает один самолёт противника (по другим сведениям, два) и награждается высшим военным орденом Франции – Военным Крестом с пальмами (лист пальмы на ленточке ордена за каждый сбитый самолет). За границей Орлова интересует и стратегическое применение дальней авиации. Он просит разрешения у военного агента в Париже полковника графа А.А. Игнатьева перелететь с механиком Янченко на самолёте «Сопвиче Клерже 130» из Салоник в Одессу для испытания маршрута действия нашей дальней авиации на фронтах Греции. Командование отказывает ему в этом, считая подобный полёт излишне рискованным.

Стажировку прерывают революционные события в России. Узнав о революции, отречении императора и аресте царской семьи, Иван Орлов со всеми русскими лётчиками срочно выезжает в Россию. Дальнейшая военная служба командира авиаотряда Орлова проходит в непрерывных боях. Несмотря на развал армии, вызванный революционной пропагандой и действиями нового правительства, русская авиация остается самой боеспособной и эффективной её частью. К 1917 г. численность и оснащенность нашей авиации не уступает, а во многом превосходят воздушные силы и союзников и противников, но революционная «свобода» продолжает своё губительное воздействие… Верные присяге офицеры, подвергаясь оскорблениям и нападкам нижних чинов и местных революционеров, продолжают бесстрашно сражаться с врагом. В отряде Орлова ещё держится установленная им железная дисциплина, но он сам глубоко переживает падение монархии и арест его воспитателей – императора и императрицы. Возможно поэтому, он, нарушая свои же приказы летать в парах, безрассудно ввязывается в бой иногда с несколькими противниками и чаще всего над вражеской территорией. Он, по некоторым сведениям, сбивает еще несколько самолётов. Но точное число их неизвестно.

За время своей боевой службы Орлов официально сбил 5 (по другим данным, 10) неприятельских самолётов. В Российском императорском военно-воздушном флоте сбитыми считались только те самолеты противника, факт падения которых на землю мог быть документально засвидетельствован русскими наземными войсками. Поэтому многие сбитые вражеские самолёты, рухнувшие на территорию противника, в «актив» русским асам не заносились. Орлов был давно известен врагам, и эффективные действия его отряда мешали немецкому наступлению на этом участке фронта. Поэтому за самолётом Ивана Орлова с эмблемой в виде головы орла начинается охота. По сведениям немецких источников, для этой цели на участок отряда Орлова была направлена группа немецких асов под командованием лучшего немецкого лётчика Восточного фронта лейтенанта Леопольда Анслингера. 17 июня 1917 г. самолёт подпоручика Орлова атаковали два (по другим сведениям, четыре) немецких истребителя. И на высоте около 3000 метров русский ас пошёл в атаку на отряд врага. Маневрируя, он совершил мёртвую петлю, но нижнее крыло его самолёта переломилось, и воздушный аппарат, потеряв управление, упал к западу от местечка Козов (Тернопольская область, Украина).

Русский офицер Иван Орлов погиб в 23 года, и ему было посмертно присвоено звание поручика. Через два месяца, 11 сентября 1917 г., на Западном фронте в небе Фландрии бесследно исчезнет его французский друг