Мне завтра 28.
В выходные я хотел прекратить жить. Убивать себя я не собирался, но у меня было стойкое убеждение в бесполезности всех стараний, метаний и дальнейшего процесса жизни.
Я ненавидел себя. Я не верил себе, не верил ни одному своему, как впрочем и чужому слову. В этой общей массе недоверия было и есть пожалуй пара человек, чьим словам я всё таки верил. Это - Лёушкин и Шлахтер.
Всё больше никому. Всё остальное - ложь, ложь, ложь. В каждом жесте, интонации, моменте, слове, букве, секунде. И моё неверие, мне кажется, - это единственное, в чём я был абсолютно прав.
Я заперся в себе на пару суток. Всё это время я предельно честно и жёстко разговаривал с собой. В разговоре, в общем-то, не было ничего нового. Всё теже круги: страх, неверие, боязнь, нежелание и снова страх, неверние, нежелание, боязнь.
Этот диалог придал мне решимости и, пожалуй, самое главное - я смог посмеятся над собой. Когда я вышел из него, мне было смешно. Мне было смешно над собой, над людьми, над тем, насколько всё глупо и очень глупо.