"Если друг оказался вдруг
и не друг и не враг, а - так...
Если сразу не разберешь,
плох он или хорош, -
парня в горы тяни - РИСКНИ!
Не бросай одного его!
Пусть он в связке одной с тобой -
там поймешь, кто такой.

Если парень в горах - не ах,
если сразу раскис, и - вниз,
шаг ступил на ледник, и сник,
оступился - и в крик, -
значит, рядом с тобой - ЧУЖОЙ.
Ты его не брани - ГОНИ:
ВВЕРХ таких НЕ берут,
и тут про таких не поют.

Если ж он не скулил, не ныл,
если хмур был и зол, но шел,
а когда ты упал со скал, он стонал, но - держал,
если шел за тобой, как в бой,
на вершине стоял, хмельной,
значит, как на себя самого,
положись на него."
В.В.

"Чувство дружбы считалось в древности самым высоким,
более высоким, нежели прославленная гордость стоика и мудреца, с которой только и могла она сравниться, но которую все же превосходила как чувство более святое. Пример тому - история одного македонского царя, который преподнес в дар одному афинскому философу целый талант, который тот вернул обратно. "Как же так, изумился царь. Неужели у него нет друзей?" Он хотел сказать: " Я чту гордость мудреца, но его человеческая сущность была бы достойна большего уважения, если бы чувство дружбы одержало бы победу над его гордыней."