Я больше не боюсь пустых ночей,
В которых вязко тонет ожиданье
И, наполняя сонное сознанье,
В нем убивает внутреннее небо.
Святая боль не станет горячей,
И вера не окажется надеждой,
Скрывающей под пыльною одеждой
Каркас мечты, невольное плацебо.

Я больше не боюсь открытых сцен,
Мой страх достоин лучшего исхода;
И эта моя роль от года к году
Мне не оставит горьких сожалений.
Мой режиссер не требует замен;
Пусть наугад, но я справляюсь с ролью
Того, кто все решает малой кровью
Всего лишь по причине тихой лени.