Как приятно болтать ногами над пустотой. Всегда, когда я так делаю, неминуемо возникает ощущение свободы и невероятной легкости. Да и красиво: далеко внизу мерцает бликами городской залив, по берегам его огнями светится большой город, где-то очень высоко в небе мигают звезды, луна загадочно смотрит на море из-за холмов малого Чайна-тауна.

Я часто сижу тут, на мосту, соединяющем два берега городского залива. Когда становится темно, я быстро перелезаю через парапет и сажусь на балку. Спину приятно холодит железный бортик, ноги легко болтаются над бездной, только огонек сигареты изредка выдает мое присутствие, а ветер нежно обдувает мне лицо.

Меня зовут Эриа Запасной-92-110. Столь странной фамилией я обязан весьма неприятным жизненным обстоятельствам. Но, чтобы объяснить, придется начинать издалека, а точнее, из далекого прошлого. В 2357 году на Всемирном конгрессе сверхрежимов было принято решение о новой демографической политике, общей для всего населения Земли. Чтобы избежать дисбаланса между режимами, властители решили ввести полный контроль над рождаемостью, – назначать каждому человеку пару при рождении, и приказом обязать семью после достижения 19-летия в течение 10 лет родить двух детей.

Так уж получилось, что жена, назначенная мне, умерла в 12 лет от какой-то редкой болезни… И я стал лишним, точнее – запасным. Участь запасного – не самая приятная – мы не можем жить с женщиной, пусть даже тоже запасной, не можем иметь вредные привычки (моё курение – дело совершенно противозаконное), не можем участвовать в активных видах спорта. Не можем почти ничего, от чего получают удовольствие стандартные люди. Единственное наше предназначение – носить в себе запасные части для стандартных людей на случай их болезней или травм.

Слава Богу, мои части пока никому не понадобились, а то бы врачи сразу выяснили, каким злостным нарушителем всяческих запретов я являюсь.

Глядя на залив, часто вспоминаю Онариа Запасную-97-435. Мы повстречались с ней тут – за парапетом большого моста. Я тогда в первый раз сел покурить на краю пропасти. Через несколько минут немного правее меня за спиной послышался шорох, и изящная черная фигура аккуратно перемахнула через бортик, в ночи можно было различить лишь облегающие черные брюки и черный же короткий плащ. Тишина, изредка прерываемая шелестом ветра, обтекающего вокруг тросов. Заметив меня, она, немного подумала, села рядом и попросила сигарету. Мы молча курили, пока ночь не перешла в раннее утро. Днем, вместо работы, мы прятались у неё и нарушали все мыслимые и немыслимые запреты.

Через три дня мы снова сидели на ночном мосту, я немного задремал, а когда проснулся, её уже не было рядом. Так и не знаю, какую сторону парапета она выбрала. Боюсь, что всё же… Впрочем, может, так оно и лучше.

Глаза сами закрываются, я прижимаюсь спиной к холодному бортику и дремлю… Запасные органы портятся… ну и пусть… только ветер обдувает мне лицо, больше в этом мире ничего нет. Ветер…

Одинокий человек перелез через бортик моста, прикурил сигарету, поправил ворот куртки и неспешно пошел домой.