Ну и что, что 16-тый век. Современник, честный и ничего не боящийся.

Шарль де Солье, сьёр де Моретт, фр. посол в Лондоне (1534)


Мертвый Христос

Портрет лорда Кромвеля (как гениально, одной линией, показан рот)


"Послы", 1533 год
"...Герои полотна, глядящие прямо на зрителя, изображены в окружении множества астрономических и навигационных приборов, которые, в сочетании с вещами, лежащими на нижней полке этажерки (книги, музыкальные инструменты, глобус), призваны подчеркнуть образ жизни и сферу умственных интересов этих людей.
...Предметы, являющиеся своеобразным фоном многих портретов Гольбейна, часто выбираются им с целью максимально полно охарактеризовать изображенного человека или, в другом варианте, задать сложную символическую музыку произведения. Но, пожалуй, ни в одной работе эти предметы не сгущаются так "концентрированно", как это происходит в представленном шедевре. Обилие разнообразных вещей говорит о широте интересов стоящих перед нами людей - даны очевидные указания на музыку, математику, геометрию, астрономию, есть, помимо этого, и знаки не столь очевидные. На нижней полке этажерки мы видим глобус, учебник математики, лютню, футляр с флейтами и сборник лютеранских гимнов, раскрытый на псалме "Спаси, Господи, души наши".
Лютня здесь выступает не только музыкальным инструментом, но и - если не забывать того, что ее струны традиционно символизировали смерть, - вполне определенным символом..."

"...самое странное, то, что находится у них под ногами, на полу некая серая плоскость. Это, пожалуй, первый случай в мировой живописи, когда демонстрируется анаморфозис (геометрическое искажение). Если приставить к низу картинки зеркало, то под определенным углом в нем можно увидеть череп."

"Об этом черепе в XX веке написано немало - собственно, именно он и сделал шедевр Гольбейна столь популярным в новейшее время. Противопоставление ясности научного знания, устойчивости комфортного бытия, единственной реальности видимого нами мира и одновременно нависающей над всем этим смерти, обессмысливающей существование человека, оказалось необыкновенно близко мироощущению человека XX века. Гольбейн дал в своей работе образ двойного зрения - при "прямом" взгляде человека, с головой погрузившегося в рутину бытовой жизни и не желающего иметь дело с трагической метафизикой земного бытия, смерть представляется иллюзорным пятном, на которое не стоит обращать внимания,- но при "особом" (подразумевается - правильном, глубоком) взгляде все меняется с точностью до наоборот - смерть превращается в единственную реальность, а привычная жизнь на глазах искажается, приобретая характер фантома, иллюзии.
Такой подход к шедевру Гольбейна делает картину пронзительной аллегорией "суеты сует". Об этом в свое время писал символист Ю. Балтрушайтис, об этом немало рассуждали постмодернисты конца XX века."

P.S. К сожалению, в Инете мною не обнаружено полного варианта картины - она обрезана по левому краю. А жаль. В левом верхнем углу за занавесом чуть светится распятие - как "символ искупления грехов и надежды на спасение".