Он прошел пешком пять стран, чтобы вернуться домой после 20 лет рабства

Лицо в морщинах, как земля, потрескавшаяся от зноя, натруженные руки, маленький крестик в вороте рубашки… Казалось бы, обычный работяга. Сколько их таких в наших деревнях! Но этот прошел через ад. Был рабом почти 20 лет. И сумел вырваться оттуда, откуда живым не возвращался никто.

Четверть века назад Александр Вознев жил в сибирской глубинке, селе Богучаны Красноярского края. Трудился простым шофером – водил тяжелый грузовик, ЗИЛ-157. С женой Галиной развелся еще в 86-м, у них остались три маленькие дочки. А через несколько лет начал встречаться с другой – Анечкой. Но о детях не забывал - алименты платил исправно – родная кровь как-никак!

В 90-е стало совсем худо. Зарплату задерживали по полгода. А кушать-то что-то надо и девчонкам отправлять. Пришлось податься на заработки. Из Красноярского края завербовался на стройку в Москву. По объявлению. Не подозревая, что попал на удочку «охотникам за головами». 24 апреля 1991 года он запомнит навсегда.

- Прилетели мы в Шереметьево, - рассказывает Александр. – И прокуковали там часов 7-8. Я и еще двое мужиков. Предложили нас покормить в кафе. Попили мы чаю и поотключались. С тех пор я о них ничего не слышал. Очнулся я в грузовом самолете. Как пьяный. Там было около 40 человек. Все русские. На руках и ногах – цепи, чтобы не убежали.

Отрезал себе палец

… Это место до сих пор приходит к нему в кошмарах. О том, как оно называется, он узнает позже – когда начнет понимать язык надсмотрщиков. Пакистан. Раскаленный от 50-градусной жары воздух, горы, а среди них – маковые плантации. Около каждой – по 5-8 бараков, где на нарах ютились узники со всего света. Человек по сто. Под палящим солнцем батрачили с утра до ночи. Собирали маковое молочко.

Александр держит в руках фотографии своих родственников, которых отыскали журналисты Фото: Мария АНАНОВА

- А мак там другой, - вспоминает он, - Здоровые такие цветы! Когда цветет, лучше туда не заходить - можно уснуть навсегда. Однажды я провинился – разлил молочко. И охранник как стукнет мне по руке прикладом! Раздробил фалангу вдребезги. Что делать? Пришлось отрезать ее самому. А потом зашивать простыми нитками. Чтобы рана не загноилась, прикладывал к ней кашицу из травы. Растет там такая, вроде каланхоэ. Зажило за неделю.

Кому-то везло меньше. Напортачишь – отведаешь плетки. Или еще того хуже - отправят на «дыбу». Приковывают цепями за руки и за ноги, растягивают. Не дают есть и пить. И держат 3-7 дней. После такой пытки становишься шелковым.

Некоторые пытались бежать. Но их быстро ловили. Привозили и перерезали горло. Тело выбрасывали в пропасть, а голову насаживали на шест и выставляли. Чтобы видели и боялись.

Как там дочки?

Держали их в черном теле. Кормили скудно, лишь бы ноги не протянули. Маленькая пиалка лапши с верблюжьим жиром да кусок лепешки три раза в день. А от невыносимой жары спасались зеленым чаем с солью.

Как он тогда не сломался? На каторге, в чужой стране. Им, бедолагам, не давали даже перемолвиться словом. Стукачи тут же докладывали обо всем.

- Думал о дочках, все снились они мне, - признается Александр. –Полина, Оксана и Тая, маленькие совсем. Все мучился: как они там?

Выдавалась свободная минутка – молился. И отпускало. Крестик у него отобрали. Но каким-то чудом сумел сохранить иконку с молитвой. Маленькую – с детскую ладошку: с одной стороны лик Святого Михаила, с другой – молитва Деве Марии. Ее дал Александру батюшка в одном из храмов Хабаровска (там он учился на помощника машиниста). Сказал тогда: Дева Мария будет тебя охранять. И сбылось! Божья Матерь со старой потертой иконки прошла с ним через все. Может, благодаря ей он и спасся?

С верблюдами на русском

Пять долгих лет он батрачил на маковых плантациях.

А потом его отправили в пустыню – пасти верблюдов. Королевских, двугорбых, очень дорогих. Стадо было больше тысячи голов. Но он управлялся легко. Даже разговаривал с ними по-русски. От одиночества и чтобы не забыть родную речь. Ведь за эти годы он успел освоить хинди и фарси. И даже, бывало, думал на чужом языке!

Александр сумел сохранить оберег – листочек: с молитвой с одной стороны и иконкой - с другой. Его дал Александру батюшка в одном из храмов Хабаровска Фото: Мария АНАНОВА

Первое время за ним следили два охранника. Потом их забрали и начали проверять его раз в неделю. Привозили продукты, воду.

Прошло шесть лет. В пустыне, с верблюдами. И к нему стали наезжать раз в месяц. Свыклись, считали за своего. Но он знал всегда: здесь не останется, не умрет рабом.

Еще через шесть лет, когда понял, что «хозяева» от него этого не жду, решил бежать. Подкопил сухарей, соленого мяса, питья, взял с собой двух верблюдов – и в путь! 5 лет на плантациях и 12 – в пустыне его не сломили.

- Ушел на запад, - говорит Александр. – На простых машинах там не проедешь – пустыня, барханы! Как все вынес? Вычислял, где оазисы, верблюды их чуют. До первого шел 16 дней, хотя верблюды могут продержаться максимум 12. Когда они увидели воду, пили часа четыре. Не отрываясь.

Ел мясо, пил кровь

Переход через пустыню занял больше трех месяцев. Чтобы выжить, зарезал верблюдов. Ел их мясо, пил кровь и шел, шел, шел.

В большие поселенья старался не заходить – вдруг его ищут? В маленьких притворялся немым. Знаками показывал – голоден, мол, ищу работу. И люди помогали. Тем более что от местных его было не отличить. Длинные волосы, борода по пояс, чалма, халат из верблюжьей шерсти…

Как переходил границы, даже не заметил. Говорит, не охранялись. Пакистан – Иран – Афганистан – Узбекистан – Казахстан. За три года прошагал пять стран.

- А в Россию попал ночью, в июле 2012-го, - улыбается Александр. – Перепрыгнул какую-то ограду из «колючки». Потом оказалось, это граница. Вижу трасса, над ней вывеска. Ее освещает светом фар, и я вижу надпись: «Дорогу обслуживает омское ДРСУ». Мама, я что, в России что ли? Сел на вещмешок, вытащил пачку казахского «Полета», выкурил 8 или 10 сигарет сразу. Колотило всего! Никак не мог успокоиться. Потом уже посчитал – не был дома 21 год, три месяца и пять дней.

Рай…в лачуге

Что ждало его на родине через столько лет? Первым делом подался туда, где жили родные, в Хадыженск Краснодарского края. Там и узнал: мать и отец умерли, брат с семьей погиб. Жену и дочек, оставшихся на Дальнем Востоке найти не смог.

Александр только сейчас получил паспорт гражданина России Фото: Мария АНАНОВА

Поехал к тетке в Белореченск. Хотел занять денег – сделать паспорт, ему предлагали – за взятку. Но получил от ворот поворот. Мы думали, тебя уже и в живых-то нет, сказала она. Его искала только бывшая жена, но получила ответ «пропал без вести».

Так и промыкался три года. Без денег, без документов. Куда-то добирался пешком, куда-то автостопом. Решил обосноваться в Красноярске. Устроился на автозаправку, но жить было негде. Рассказал свою историю знакомому. И тот предложил: у меня дом пустует в деревне – занимай! И вместе с нехитрым скарбом отвез на новое место.

Так у него появился свой угол. Ветхая продуваемая лачуга в маленьком поселке под Красноярском. Ни мебели, ни удобств, ни электричества. Здесь он коротает вечера, варит похлебку на печке. И…счастлив.

- Это рай какой-то! – признается. – Свой угол, при нем семь соток земли. Я уже все вспахал – картошку, капусту, морковку посажу. Друг пообещал машину пригнать, «Жигули», собаку привезти. Устроился пастухом, работаю. Жизнь налаживается!

В 63 года все только начинается

Недавно историей пакистанского невольника заинтересовались журналисты одного из федеральных каналов - им позвонили его знакомые из Красноярска.

Телевизионщики помогли сделать паспорт (до этого его отфутболивали разные УФМС), позвали к себе, оплатили дорогу.

А на эфире он узнал: жена умерла три года назад. Две дочки приехали прямо в студию. Но принимать его не захотели. Они его даже не помнили. Не появлялся, не платил алименты. Похоже, против меня их настроила мать, говорит мужчина.

Дальше – как в кино! Внезапно в студии появился молодой человек: «Вы меня не узнаете?». Александр оторопел: откуда? Спустя секунды выяснилось: это его родной сын. От девушки, с которой он встречался в Богучанах Красноярского края.

- Она родила его в 91-м, - откровенничает наш герой. – Когда меня еще не украли. И ни слова мне не сказала! В 2001-м ее не стало, Артема отдали в интернат, потом в детдом. Сейчас он живет в Тайшете, работает. Вы посмотрите, как две капли воды на меня похож! А как обрадовался, когда мы нашлись! У него ведь в Тайшете никого нет. Пообещал приехать ко мне – вместе отремонтируем дом. А после, может, переберется сюда насовсем. Женится, внуки пойдут. И мне есть, ради чего жить.

Источник