"...Мы лежим с тобой в детской клинике, в одном отделении - странно, да?.. причем одновременно на правах персонала и больных. Я болен тобой и, по-моему - это неизлечимо и навсегда.

Я болен тем, что говорю теми словами, которые ты для меня приготовила. Я перечитываю твои неотправленные письма... Я помню твое слегка недовольное лицо, когда я в первый раз зашел в палату - несмотря на то, что мы давно не виделись, нам уже нечего было сказать друг другу. Я не нарочно. Я лишь догадывался, что найду тебя здесь, но именно это в конечном итоге повлияло на мой подсознательный выбор. Мы - избалованные дети.

Тихий час. Пользуясь своими привилегиями (?), я невозмутимо курю в палате, а пациенты на соседних койках либо умерли, либо просто еще не отошли от наркоза – и редко кто от него отходит – все медикаменты в клинике просрочены. И никто мне ничего не запретит, разве что медсестры или главный врач. Разбавлять медицинский спирт ржавой водой или искать в мусорных ведрах использованные шприцы. Все медсестры куда-то подевались, а главный врач в морге – он уже несколько дней колдует над телом своего умершего сына . За свое недолгое пребывание в этой клинике я не видел ни одного дееспособного ребенка – скорее всего они тоже такие же дети как и мы с тобой. А привилегии... это МОИ сны и я пытаюсь диктовать свои условия. А может быть НАШИ?... Мы легли спать и видим одно и то же. Ты ревнуешь, когда я пристаю к медсестрам. Мне это нравится. Ты немного сопротивлялась, когда я попытался затащить тебя в постель. Мне понравилось и это. Все-таки ты ждала меня - не зря же ты выбрала именно это место. Просто знала, что мне некуда будет больше идти. А узкие коридоры напоминают прибрежный отель, в закусочной которого я сегодня обедал. Там зеркальные стены и одноразовая посуда – не в пример нашей больничной столовой с её помятыми армейскими мисками и кружками с облупившейся эмалью.

И только берег грязного моря, статичное небо, будто ртуть из всех разбитых градусников, и мы медленно умираем, вдыхая ледяной отравленный воздух... Только разбитый бетон и асфальтовое крошево осеннего променада, заброшенное кафе, сваленные в беспорядке зонтики, скамейки, пластиковые стаканчики, разбитые бутылки, окурки моих сигарет, металлический привкус поцелуев и подаренные билеты на тот свет. Это все что осталось от лета, - и нет только твоей фотографии... Эта куча воспоминаний проржавела..."

(с) case/16.10.2K5