Карстен Нибур (1733 - 1815) - немецкий учёный, путешественник, крупнейший востоковед рубежа 18-19 века.

В истории человечества было мало личностей, которые бы настолько сильно повлияли на историю цивилизации. Влияние Нибура в 19-м веке была настолько велико, что в 20-м веке ученые предпочли о нем забыть… И вот почему…


Карстен Нибур родился в крестьянской семье в Саксонии. Образования не получил.
В 1760 году присоединился к датской научной экспедиции на Ближний Восток.

Отплыли в январе 1761 года, прибыли в Александрию, поднялись по Нилу, в октябре 1762 года сошли с корабля в Джидде, по земле добрались до порта Мока на йеменском побережье Баб-эль-мандебского пролива. Там в мае 1763 года скончался филолог, в июле – натуралист.

Из Йемена трое путешественников отправилась в Бомбей. В дороге скончался художник, на месте — хирург. Нибур остался один. Проведя в Бомбее 14 месяцев, через Маскат, Бушир, Шираз, Персеполь, Кипр и Константинополь Нибур вернулся в Копенгаген в ноябре 1767 года. Ему было 34 года. Еще 9 лет Нибур прослужил в Датской армии.


После этого он прожил еще 40 лет, опубликовал книги о своих путешествиях, которые при его жизни были переведены и многократно переизданы.

Семилетний опыт выживания в чужой дикой стране – это захватывающие сюжеты и сильные эмоции.
Творческая мотивация раскрепощается, когда проверить невозможно, а «пипл» требует. Нибур незатейливо привирал, но делал это красочно, занимательно, в соответствии со вкусами и потребностями Публики.

Интерес Публики к дальним странам рос вместе с развитием заморской торговли и слухами. Объем знаний о дальних странах – в Европе был совсем мал. Основным источником сведений о востоке были сказки «1000 и одной ночи». Так книги Нибура стали ценнейшим источником сведений о природе, истории и экономике арабского мира. Благодаря им Карстен стал известен как математик, картограф и натуралист.


На картах того времени Акабский залив (который делает Суэц – полуостровом) не обозначен. Эти 200 километров воды появятся на картах мира только в начале 19-го века, после того, как там окажутся французские учение, сопровождавшие поход Наполеона в Египет.

Акабский залив на севере Красного моря выходит на север на пустыню Негев, подняться по нему из Красного моря – сложно из-за сильных северных ветров. Ресурсов вокруг залива мало, хотя для бедуинов хватает…

Знания топографии - единственного реального навыка Нибура – могли бы пригодиться для открытия Синайского полуострова. Однако возможная история открытия Акабского залива – осталась без своего Героя. А европейские крестоносцы, владевшие Святой Землей сотню лет, и монахи – пилигримы не упомянули о Синае, как полуострове – в Европе.


В конце 18-го века в Европе разработали новый порох, прошло несколько кровопролитных войн. Развивалась морская торговля, концентрировался банковский и промышленный капитал. Произошло извержение вулкана Лаки в Исландии, несколько катастрофических наводнений (в Голландии). Английский флот стал контролировать заморский траффик. Континент - ослаб. Библейское название Голландии – Holly Land раздражало соседей и разбудило спрос на более приемлемые и политически более «уместные» Святыни.

Утолявшие спрос на информацию об экзотических странах рассказы Нибура - про другой центр пересечения цивилизаций, затертый на Ближнем Востоке древний город Эль-Кудс, легенды и мифы аравийского полуострова – нашли потребителей.


На основании свидетельств Нибура в конце 18-го века установилась географическая локализация Библейских событий и Исхода Моисея. Тогда же истории Нибура попали в Британскую энциклопедию. А значит, стали Научной Истиной.

Читатели ждут экзотики, приключений и чудес. И истории про расступившееся перед Моисеем Красное море (в изложении датчанина) – заслонили собой совершенно реальные истории о гибели войск на территории современных Нидерландов, в устье Рейна, где высота морских приливов порой достигает 3-4 метров...


Через 30 лет, когда французы обнаружат, что Синай - полуостров, история странствий Моисея именно по тем местам уже была общепринятой. Так Моисей оказался там, куда Мудрый Лидер ни при каких условиях не повел бы свой народ.

Эта история сегодня не кажется убедительной даже израильтянам. На перевод слова Sina (арабск./ евр. «Промышленный», отсюда масон/ «ремесленник») - стараются тоже не обращать внимание, выдумывая странные пути "в обход" Синая.


У Карстена Нибура был один горячий и страстный последователь...

Бартольд Нибур (1776—1831), сын Карстена Нибура, немецкий историк, филолог и государственный деятель. Родился в Копенгагене, получил образование в Кильском университете.

В начале 19-го века Нибур Второй преподавал Берлинском университете, там он открыл новое направление древней истории Италии и Римской истории. Связав многочисленные средневековые Германские документы - с событиями в древнем итальянском Риме, он разом объяснил особенности греческой истории, македонского периода и последние времена Республики.

В разные годы Бартольд работал директором национальных банков Британии, Дании и Пруссии.


Нашими сегодняшними представлениями о доступности путешествий – сложно представить условия, в которых совершали поездки в 18 веке и осуществляли "исторические открытия".

Сложно оценить замкнутость научных знаний, отсутствие площадок для обмена научными сведениями - в эпоху придворной науки и монастырских уставов. Когда любые реальные исторические сведения - составляли государственную тайну, служили причиной конфликтов и кровавых войн.

Свободно путешествующий по Европе ученый получил в руки не только архивы, но и доступ в закрытые научные и религиозные диспуты.

«Не довольствуясь критикой источников исторического предания, Нибур подвергал критике сами предания. Опираясь на знание античности, исторические изыскания и политический опыт, Hибур приходил к своим результатам, заменяя вероятным то, что в предании казалось недостоверным. Поражая читателя тоном исследователя, почти на каждом шагу указывал на новые, до него незамеченные истины и как бы проникающего в суть объясняемых им учреждений, социальных групп и условий», – через сто лет написали о Нибуре Втором его последователи.

К тому моменту, когда Нибур в 1816 году оказался посланником в Риме, он уже был известный историк античности, критик и новатор в области филологических обоснований истории. Отметим: еще и довольно везучим: известно, что там, на месте, он "открыл" сочинения Цицерона и много других древних документов.

Через 50 лет состоится научная "локализация" более 120 тысяч "подлинных документов" древнего Рима... Их найдут в Германии...
Но - зачем придираться, если Итальянской революции и все-европейскому герою - Джузеппе Гарибальди - была нужна своя "древняя" история. И нужен был "Рим" - как символ единого итальянского государства...

В истории позднее появится внук Карстена, Нибур-третий. Тоже известный историк, политик и журналист. С его "помощью" следы Нибуров в истории окажутся запутаны настолько, что фрагменты биографии Первого из Нибуров - оказываются фрагментами биографии Второго, а этапы жизни Нибура Второго - переходят в истории жизни Нибура Третьего...



В начале 19-го века Европа приходила в себя после кровавых войн. Только в мирное и сытое время появляются праздные мысли и известные философы. Читая книги того времени (не труды историков того времени, опубликованные спустя 100 лет, а именно книги того времени) видишь, как интерес Науки начинает касаться событий Мировой Историей.

До того книги про исторические события – были не более, чем частью фольклора и книжного Шоу бизнеса.
В работах того времени рядом располагаются легенды древнего Рима, Вавилона, Греции, Средневековья, собиратели (или авторы) которых еще не разнесли эти легенды "по векам" мировой истории.

Эти книги читали в Салонах, в Трактирах, в Храмах и в закрытых мастерских/ ремесленных «цехах». Историю существовала в виде сборников забавных анекдотов, развлекательных небылиц и сплетен. Вкусы потребителей той эпохи просто представлять по незатейливым сюжетам, от Рабле – до Вальтера Скотта.

"Научная" история у европейских народов – появлялась после того, как ее признаки появились у «соседей». Когда эти сведения потребовалось "утверждать" на уровне политической власти, в Академиях.
Когда история оказалась элементом именно национального самоутверждения, контроля и манипулирования. Появились сведения о дальних странах и соседях. Усилились потребности самоидентификации в координатах «Свои-чужие».

Литературные вкусы того времени были примитивны. Сам факт наличия у соседей какой-то оригинальной идентификации – ущемлял репутацию его соседей и требовал достойного ответа. Работа Нибура Второго - на основные дворы Европы 19-го века - возникали из массовой культуры и становились основой аргументов Государственной Политики.

Работы Нибуров позволяли дополнительно самоутвердиться за счет унижения врага – соседа. На "Нибуров" возник спрос со стороны Мировых Игроков...

Можно ли "пинать" покойного историка и членов его семьи?
Глупо.
Работа любого первооткрывателя - тяжелейший труд.
Нужно быть благодарным, что именно работы Нибуров создали для нас тот мир, в котором мы сегодня живем. И другого мира мы не знаем.
Этот датчанин, его сын и внук - действительно создали мир, который мы сегодня считаем своим...

Конечно, он на этом заработал...
И кто безгрешен - пусть кинет в Нибура камень.
Красивый замысел и его гениальное воплощение - тяжелый труд, осмыслить который и найти ошибки - это задача совсем других людей.

А то, что критиков - или историков, равных по масштабу Нибуру, не оказалось - разве в том вина гениального датского художника?


Вернуться в блог
http://www.liveinternet.ru/users/carty/blog/