Это я -
в середине весны, в твердой памяти, в трезвом уме,
через головы всех,
из сухого бумажного ада -
это я - так свободно -
к тебе обращаюсь,
к тебе,
от которой мне - ничего кроме жажды не надо.
Потому что сейчас -
через почки и глыбы идя,
из-под почек и глыб - я сейчас так отчетливо знаю,
что из всех претендентов
я - все ж таки выбрал - тебя,
потому что себя защищать не желаешь.
Это ты пол столетья спустя -
ты с меня соскребешь эту ложь
и возмешь,
как тюльпан, как подростка, за мою лебединую шею.
Только что ж ты так долго,
так долго навстречу идешь,
только что ж это я -
так безропотно - ждать не умею.
О, как тужаться почки в своем воспаленном гробу,
как бестыже они напряглись, как набухли в мохнатых могилах -
чотбы сделать все то, чего я - такчу, все могу,
и желаю, и буду,
и стану, и должен,
и в силах.

...За одну только ночь, в преждевременном взрыве листвы,
все так жадно рванулось - с цепи,
все так жарко - в цвету пламенеет.
Вот и я -
из прохладной своей пустоты - все же знаю,
что никто (даже я ) на тебя этих прав-не имеет.