Общественный интерес: Протезы и декорации
Михаил Фишман


25.03.2011, 52 (2818)

Статья
Отзывы8


Власть обрастает имитационными структурами, констатировал на днях глава президентского совета по правам человека Михаил Федотов. С ним трудно не согласиться. Он вспоминает про Общественную палату. Есть много других примеров. Иллюзия конкуренции на выборах. Имитации партий.

Понятно, почему это происходит: ничто не должно мешать ручному управлению. Но поскольку к таким институтам нет доверия, возникают новые формы. Закон о полиции обсуждают не в Думе, а на специальном сайте. Как грибы растут общественные советы при силовых ведомствах. Да и сам совет по правам человека при президенте разве не имитация мощной правозащитной структуры?

Не все так просто. Имитации бывают разные. Есть декорации, изображающие то, чего нет: представьте себе театр. Нельзя съесть восковую грушу. А есть заменители. Лучше иметь живую ногу, чем протез, но если ноги нет, то пусть будет хотя бы протез: можно его приладить и как-то двигаться. Так и с общественными советами: с их помощью можно пытаться решать содержательные задачи. Хотя естественнее и разумнее было бы это делать другими способами.

Эта разница отчетливо просматривается в обстоятельствах, окружающих дело Ходорковского, о начале общественной экспертизы которого объявил все тот же президентский совет Федотова. Прочтем, к примеру, «письмо пятидесяти пяти». Его цель — изобразить общее возмущение давлением на суд со стороны тех, кто считает этот процесс лживым и заказным, хотя на самом деле никакого общего возмущения нет. А теперь посмотрим на правозащитную экспертизу. Она представлена как техническая процедура, но смысл ее, разумеется, в том, чтобы добиться справедливого приговора. Это, конечно, прерогатива суда. Как эксперты смогут восстановить справедливость? Кто их наделил этим правом?

У государства и общества разные роли. Насилие — прерогатива полиции. Есть порядок исполнения властных функций. Нельзя вершить самосуд и пренебрегать законами. Давить на суд тоже нельзя: не случайно присяжных изолируют. Суд должен быть отделен от общества, иначе вместо судов можно было бы проводить референдумы.

Это все так. Нельзя распускать кулаки на улице, а военные должны исполнять приказы. Таков нормальный порядок. Но правда еще и в том, что в реальной жизни нарушать его иногда просто необходимо. Может ли солдат не исполнять приказ, если считает его преступным? Это его обязанность. Можно ли ударить негодяя, который пристает к ребенку в парке? Нужно. И не следует ждать жандарма.

Так что «письмо пятидесяти пяти» не обязательно верно даже с формальной точки зрения. Имеет ли общественность право реагировать на то, что ей кажется беззаконием? Безусловно. Более того, это неизбежно. Справедливость — не материальная, а социальная субстанция. Ее нельзя изъять. Если привычные пути закрыты, она все равно будет себе прокладывать маршрут, как после дождя ручей на кривом асфальте.

Если не работают суды и таково общее убеждение, приходится искать что-то на них похожее. Другое дело, что у любого тела есть границы сопротивляемости. Сто процентов живой ткани протезами и шарнирами не заменишь.

Автор — журналист
Опубликовано по адресу: www.vedomosti.ru/newspaper/article/2011/03/25/257206