«И послали ловчего найти место для нового монастыря. И долго ходил он по густым да темным лесам волоколамского княжества, по охотничьим угодьям, полянам да чащобам. А уж и вовсе выбившись из сил, в задумчивости и нерешительности пришел на берег реки Струги, да в землю с ясного неба ударила молния перед ним. А были вкруг него лес да болота. И тогда свершилось чудо – налетела буря и повалила с корнем вековые деревья в месте том. И решили все, что это сам Господь Бог своим перстом указал людям, где стоять новой обители. Так по молитвам Преподобного Иосифа Волоцкого чудесным образом в лето 1479 года в окрестностях старинного города Волока Ламского было обретено место для строительства монастыря. При покровительстве местного удельного князя Бориса Васильевича, родного брата московского государя Иоанна III, и начали свой многовековой труд по устройству обители монахи и послушники. Но труден и долог был путь Преподобного Иосифа к новой обители, ибо прийти к ней он мог только человеком зрелым и монахом истовым». Обитель находится в 120 км от Москвы, в волоколамской районе, рядом с селом Теряево, которое раньше называлось Теряев городок. Архитектурный ансамбль монастыря-крепости величественный и строгий, один из красивейших в русской архитектуре, причем полностью без изъянов и потерь, за исключением колокольни. Это ярчайший образец московской монастырской архитектуры, памятник древнерусской культуры. Мощные стены монастыря с семью грозными сторожевыми башнями отражаются в спокойных водах трех озер, и восстают к небу, «от чистого к чистому, от прозрачного к прозрачному». Эти озёра, точнее, пруды, были выкопаны руками насельников монастыря. Хотя в голове не укладывается, что такое возможно сделать лишь лопатами, без применения мощной современной техники. Имели эти озера чисто практическое назначение – осушение того болота, на котором велось строительство монастыря. Но все же, нельзя избавиться от мысли, что эти озера – честь обители, ее светлого высокого духа, золоченых куполов и белоснежных стен, часть души основателя – преподобного Иосифа Волоцкого. В жизни православной церкви монашество играло и играет необыкновенно важную роль. Принимая монашество и, уходя от мира, человек более не вступает в брак, не владеет личной собственностью, и по определению накладывает на себя строгие ограничения в пище и сне. Его единственным смыслом жизни становится – очистить душу перед Богом, принести покаяние за себя и молиться за всех людей. Однако испокон веку монахи были не только отшельниками, но и миссионерами, несли они в мир знание и образование, и были людьми учеными и просветителями. Надо сказать, что в православии существует два типа монастырей. Вот какое определение дал им митрополит Питирим: «Монастыри, созданные отшельниками, собирали монахов только на совместную молитву, каждый же жил в своем отдельном домике, и чем они кормились, никто не знал. Чаще всего они занимались каким-то ремеслом. Но все-таки это была некоторая форма отчуждения. А наиболее трудной, наиболее совершенной, считалась форма общежительная, когда монахи имеют келью с очень скудным имуществом, но все остальное принадлежит монастырю. Этот тип был выработан в Греции, потом принят в Киево-Печерской Лавре, усовершенствован в Кирилло-Белозерском монастыре, откуда его и позаимствовал Преподобный Иосиф». Иосиф Волоцкий был правнуком воеводы, которому была поручена охрана западных рубежей Московского государства. Это был человек исключительных природных дарований, очень волевой, сильный в воздействии на окружающих. Духовный вождь русских людей, объединивший всех преданных вере православных, неуклонный борец с московской и новгородской ересью, преподобный Иосиф вошел в историю церкви и государства российского как книжник и мудрый толкователь Священного Писания, как покровитель церковного искусства, богослов и духовный писатель, как опытный политик, первым вставший на сторону державности московского князя. Иосиф Волоцкий являлся идеологом партии "иосифлян", выступавших против сторонников преподобного Нила Сорского - "нестяжателей". Сутью конфликта был вопрос о праве церкви на владение богатствами земными - землями, крестьянами, капиталом и др. "Нестяжатели" выступали против этого, указывая, что церковь должна прежде всего стремиться к благам небесным. Но в итоге возобладала точка зрения "иосифлян". Великий князь Московский Василий III невзлюбил нестяжателей из-за того, что их лидеры - старец Вассиан Косой (Патрикеев) и преподобный Максим Грек - резко осудили развод и вторичный брак Василия и насильственное пострижение в монахини его первой жены, Соломонии Сабуровой. Вассиан Косой и Максим Грек были обвинены в ереси и сосланы в заточение в Иосифо-Волоколамский монастырь. Интересно, что сюда же, в Иосифо-Волоколамский монастырь, в 1539 году был сослан Иваном Грозным и противник "нестяжателей" - митрополит Московский Даниил, тот самый, который благословил развод великого князя Василия III и его брак с Еленой Глинской. Он умер здесь в заточении. Волоколамский Иосифо-Волоцкий монастырь стал тюрьмой и для Василия Шуйского и для видного деятеля церковного раскола Герасима Фирсова. Здесь находится усыпальница удельных князей – братьев Иоанна и Федора Борисовичей. На кладбище монастыря покоятся и некоторые известные светские личности. Это Малюта Скуратов, глава опричников, и помещица усадьбы Ярополец Н. Гончарова, которая приходилась тещей А.С. Пушкину. Именно Преподобного Иосифа, а не Петра Великого, надо считать основателем государственного православия в России. Имя его в монашестве, «Иосиф», означало прибавление, присовокупление, и содеянное им в духовной жизни России было «и прибавлением немалым, и присовокуплением значительным». В 2009 году патриарх Кирилл объявил Иосифа Волоцкого небесным покровителем православного предпринимательства и хозяйствования. Преподобный Иосиф выступал за укрепление государственной власти и одновременно – за право церкви обличать "немилосердных" правителей и вельмож, "обидящих рабов и сирот". Он впервые указал на пределы иерархического послушания православного человека: «Иже убо царь злочестив, небреги сущих под ним – не царь есть, а мучитель, и ты такового царя не послушаеши». Этой фразой преподобного очень хорошо отвечать тем, кто так любит повторять вот это: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога, противящийся власти противится Божию установлению». (Рим. 13:1-2)