Цитата сообщения kakula 24 сентября родились...


1610
Хуан Цзунси (Хуан Тайчжун, Хуан Наньлэй, Хуан Личжоу)
Выдающийся китайский философ-неоконфуцианец, общественно-политический деятель и ученый-энциклопедист, занимавшийся историей, географией, математикой, астрономией, теорией музыки и календарных расчетов, основавший Чжэцзянскую историческую школу. Родился в округе Юйяо провинции Чжэцзян. Был сыном крупного политического деятеля, представителя Дунлиньской группировки, окончившего свои дни в тюрьме в 1626. Сам Хуан Цзунси также был близок к Дунлиньской школе, создав унаследовавшее ее идеи «Общество возрождения» (Фу шэ), и являлся учеником янминиста Лю Цзунчжоу (1578–1645). Хуан Цзунси вел политическую и вооруженную борьбу с вторгшимися в Китай маньчжурами как до, так и после их воцарения в Пекине в 1644. Прекратив сопротивление в 1649, он поселился у себя на родине в уезде Юйяо провинции Чжэцзян (откуда происходил и Ван Янмин) и занялся исключительно научной и литературной работой. Умер Хуан Цзунси 12 августа 1695 года. Славу Хуан Цзунси принесли прежде всего его исторические сочинения, в особенности связанные с событиями недавнего прошлого – эпохи Мин (1368–1644). Он создал классические работы по истории китайской философии периода ее высочайшего развития при династиях Сун, Юань, Мин (10–17 вв.): Сун Юань сюэ ань (Отчет об учениях [эпох] Сун и Юань), Мин жу сюэ ань (Отчет об учениях конфуцианцев [эпохи] Мин). Первый его самостоятельный трактат Мин и дай фан лу (Записки для ожидаемого с визитом [правителя в период] Поражения Света или, в другом возможном понимании, Записки, просвещающие варваров в ожидании прихода [совершенномудрого правителя]), написанный в 1662, посвящен обществоведческой проблематике (переиздан в Пекине в 1955). В общетеоретическом плане Хуан Цзунси критиковал как буддийскую ересь отстаивавшийся школой Чэн И (1033–1108) – Чжу Си (1130–1200) и доминировавший в официальном неоконфуцианстве приоритет «принципа» (ли1), всячески подчеркивая первичность коррелятивной ему «пневмы» (ци1): «то, что проницает небо и землю, пронизывает древность и современность, не может не может не быть единой пневмой (и ци) и только». Всенаполняющая, являющаяся «единым корнем» (и бэнь) пневма «рождает людей, рождает вещи», а принципы представляют собой упорядоченность ее «распространяющегося действия» (лю син), поэтому «без пневмы нет принципов» и «принцип – это принцип пневмы». Поддерживая отстаивавшийся противоположным направлением в неоконфуцианстве, школой Лу Цзююаня (1139–1192) – Ван Янмина (1472–1529) приоритет «сердца» (синь1), Хуан Цзунси утверждал, что «все наполняющее небо и землю суть сердце» и «поэтому исчерпывающее [исследование] принципов означает исчерпание тьмы особенностей в собственном сердце, а не исчерпание тьмы особенностей тьмы вещей». Совмещение этих двух установок привело Хуан Цзунси к «отождествлению сердца и пневмы» (синь цзи ци): «человек получает пневму от неба, чтобы жить, и обладает только одним сердцем и все», «в небе это пневма, в человеке это сердце, в небе это принцип, в человеке это [индивидуальная] природа (син1)». Динамичный характер пневмы как субстрата гносеопсихологического центра – сердца, в свою очередь, обусловил деятельностную трактовку познания, выразившуюся в интерпретации «доведения до конца» (чжи5) из фундаментального тезиса Ван Янмина о «доведении знания до конца» (чжи лян чжи) с помощью категории «действие» (син3). Согласно Хуан Цзунси, всеми людьми от рождения движут частные интересы и стремление к пользе/выгоде (ли3). Но в жизни общества («Поднебесной») должна осуществляться общая польза/выгода, за что ответствен прежде всего правитель. В оценке роли последнего китайский мыслитель следовал положению Мэн-цзы о приоритете народа над правителем и допустимости свержения порочного государя (Мэн-цзы, VII Б, 14, I Б, 8). Отсюда Хуан Цзунси заключал, что следует «рассматривать Поднебесную в качестве субъекта (буквально: хозяина), а правителя – в качестве объекта (буквально: гостя), но не наоборот. Подобное идеальное положение, по его мнению, существовало при древних совершенномудрых государях, которые были способны по собственной воле отказываться от власти. В дальнейшем государи в силу общечеловеческого стремления к личной пользе/выгоде стали считать Поднебесную своей частной собственностью и рассматривать ее в качестве объекта, а себя – в качестве субъекта. Поскольку такое же стремление естественно возникало и у других претендентов на престол, в государстве образовывался неисчерпаемый источник борьбы и смуты. Кроме того, когда правитель подменяет общественные интересы своими личными, интересы его подданных оказываются неудовлетворенными. Поэтому такой правитель олицетворяет собой «великий вред Поднебесной». В целом, ссылаясь на различные исторические и мифические прецеденты, Хуан Цзунси признавал легитимной как наследственную, так и ненаследственную монархию, полагая главным критерием легитимности стремление монарха к общественной пользе/выгоде, соблюдению интересов всей Поднебесной, а не интересов его самого или его семьи. Согласно Хуан Цзунси, легитимной китайская монархия была с глубокой древности до конца 3 в. до н.э., т.е. при трех идеальных династиях – Ся, Шан-Инь и Чжоу. Нарушение правильных устоев государственности произошло при последующих династиях, основатели которых считали Поднебесную своим семейным достоянием. В качестве гарантий легитимности правления Хуан Цзунси предлагал различные мероприятия, главным образом относящиеся к трем областям – законодательной, административной и идеологической. В противоположность распространенному тогда мнению, что порядок или смута в стране зависят прежде всего от конкретных людей, а не законов, он выдвинул принцип, согласно которому сначала должны «иметься упорядоченные законы, после чего появятся упорядочивающие люди». Сами законы (фа) Хуан Цзунси разделял на «законы [в интересах всей] Поднебесной» (тянь ся чжи фа) и «законы [в интересах] одной семьи [правителя]» (и цзя чжи фа). Первые суть также «не законнические законы» (у фа чжи фа), а вторые – «незаконные законы» (фэй фа чжи фа). Чем больше в первых простоты, тем меньше смуты в стране; чем больше во вторых изощренности, тем больше смуты ими порождается. Хуан Цзунси отрицал неизменяемость законов, утверждая, что «каждая эпоха имеет законы данной эпохи», и доказывая это с помощью исторических изысканий. Законодательные нововведения он обосновывал принципом, согласно которому «соответствие законов [своему] времени обусловливает порядок» в стране. Следуя традиционной вере в «золотой век» древности, в качестве нововведений в данной области Хуан Цзунси предлагал «идеальные» законы трех первых династий (Ся, Шан-Инь, Чжоу) и предшествовавшего им мифического времени. При действии этих законов «пользу/выгоду из гор и водоемов не нужно было извлекать до исчерпания; не возникало опасений утратить равновесие наград и наказаний; благородные пребывали не при дворе, худородные – не в захолустье; в последующие века, когда взялись за осуждение простоты сих законов, люди Поднебесной не увидели [в этом] ни возможной алчности верхов, ни возможной ненависти низов». В историческом процессе изменения, т.е. деградации, законов Хуан Цзунси выделил два завершенных периода – от изначальной древности до падения Чжоу и воцарения династии Цинь (221–206), от Цинь до падения Сун (960–1279) и воцарения династии Юань (1279–1367) – и один незавершенный, охватывающий современную ему эпоху. Видимо, в завершении последнего периода он видел реализацию традиционной для китайской идеологии схемы триадического цикла, присутствующей, в частности, у Мэн-цзы, на которого ориентировался философ (Мэн-цзы, VII А, 30, III Б, 9, III А, 2, VII Б, 38, II Б,13), а затем Дун Чжуншу (2 в. до н.э.), в школе текстов новых письмен, традиции Гунъян чжуань (5–2 вв. до н.э.) и Хэ Сю (129–182). В рассуждениях об административной сфере Хуан Цзунси также опирался на Мэн-цзы, у которого описана следующая система титулов и званий: император («сын неба»), герцог (гун1), маркиз (хоу1), граф (бо), виконт (цзы), барон (нань); правитель (цзюнь), канцлер (цин2), сановник (да фу), служилый (ши4) (Мэн-цзы, V Б, 2). Хуан Цзунси истолковывал эту систему как свидетельство того, что в древности правитель государства или даже сам император не был принципиально отделен от административной иерархии, но включался в нее подобно всем нижестоящим инстанциям. Иными словами, отношение правителя к канцлеру аналогично отношению канцлера к сановнику и т.д., а отношение императора к герцогу аналогично отношению последнего к маркизу и т.д. «Изначально смысл появления правителя состоял в том, чтобы упорядочивать Поднебесную. Поднебесная не может быть упорядочена одним человеком, поэтому учреждено чиновничество для ее упорядочения. Так что чиновники суть телесные воплощения (фэнь шэнь) правителя». Эта единотелесность служит у Хуан Цзунси основанием для распространения принципов формирования административной иерархии на самого правителя, что прежде всего касается порядка престолонаследования. «В древности [власть] передавалась не сыну, а достойному. На лишение сына неба [его] положения или оставление в таковом смотрели так же, как на [положение] первого министра. Впоследствии сын неба стал передавать [свою власть] сыну, а первый министр – нет. Не все сыновья сынов неба были достойными, но благодаря тому что это восполнялось передачей [поста] первого министра достойным, не утрачивался и смысл, [заложенный ранее в] передачу достойным [власти] сына неба. При упразднении же [поста] первого министра для недостойного наследника сына неба нет достойного восполнителя и смысл передачи [власти] сыну также утрачивается!». Упразднение поста первого министра (цзай сян) Хуан Цзунси рассматривал как вполне конкретную политическую акцию, осуществленную основателем династии Мин – Чжу Юаньчжаном в 1380 и повлекшую за собой, по мнению философа, нарушение порядка во всю эпоху правления этой династии. Согласно Хуан Цзунси, в государстве помимо наследственного или ненаследственного правителя необходим ненаследственный первый министр, т.е. глава правительства. Последнее же он предлагал создавать по модели, предложенной знаменитым первым министром эпохи Тан (618–907) – Чжан Шо (667–730). Такое правительство, образуемое первым министром, должно состоять из кабинета административных дел (чжэн ши тан) и подчиненных ему пяти палат: палаты чиновников (ли фан), палаты верховного управления (шу цзи фан), военной палаты (бин фан), палаты народонаселения (ху фан), палаты наказаний и ритуалов (син ли фан). С известной долей условности кабинет административных дел можно считать аналогом кабинета министров, а пять палат – соответственно аналогом министерства внутренних дел, государственного совета, военного министерства, министерства финансов, министерства юстиции и церемоний. Ненаследственный характер должностей в структуре государственного аппарата, пропагандируемой Хуан Цзунси, подразумевает назначаемость сверху, а не избираемость снизу. Высшей, т.е. назначающей, инстанцией для правителя в ненаследственной монархии признавались либо его предшественник, добровольно передающий или завещающий ему престол, либо само небо, согласно древней теории «небесного предопределения» (гэ мин) объявляющее своим «сыном» носителя наибольшей благодати (дэ) среди людей и заменяющее им автоматически утратившего это «сыновство» порочного правителя. Описываемый Хуан Цзунси аппарат власти для правильного выполнения своих функций нуждается еще в по крайней мере двух инстанциях – выдвигающей или обсуждающей законы и контролирующей их выполнение. У Хуан Цзунси они совмещаются в одной инстанции, обладающей также учебно-воспитательной и научно-просветительной функциями. Этой инстанцией он считал учебные заведения, школы всех ступеней, вводя таким образом свою программу в область идеологии. Хуан Цзунси утверждал, что начиная с династии Цинь, т.е. прежде всего благодаря восторжествовавшему тогда легизму, идеология в стране стала централизованно декретироваться: «правда и ложь в Поднебесной устанавливались только двором». Независимые умы при разных династиях создавали неофициальные объединения, частные школы и академии, пытаясь с их помощью воздействовать на администрацию, но, как правило, подвергались различного рода репрессиям, что подрывало устои государственной жизни и даже приводило к политическому краху. Хуан Цзунси указывал и на обратные, положительные примеры. Так, при династии Восточная Хань (25–220) 13 тысяч человек, состоявших в высших школах (тай сюэ), активно и успешно воздействовали на правительственные органы. Учебные заведения в Китае всегда играли особо важную роль. И дело здесь не только в повышенном почтении к труднодостижимой грамотности и учености, но и в социально-политической функции образования. Со 2 в. до н.э. в стране начала действовать экзаменационная система, обусловливавшая получение чиновничьих должностей соответствием определенному образовательному цензу. Таким образом административная и учебная системы сближались друг с другом. Поэтому Хуан Цзунси определял школы как «места, где взращиваются служилые». Но тут же он добавлял, что их значение этим не ограничивается, а состоит в том, чтобы «все средства упорядочения Поднебесной исходили из школ». В изображении Хуан Цзунси учебные заведения становятся не только кузницей руководящих кадров, но и своеобразными представительными органами, выражающими общественное мнение и доносящими его до всей администрации, включая императора. Система образования должна быть единой, общегосударственной, но при этом составляющие ее учебные заведения должны быть интеллектуально независимыми, допускающими свободное выражение взглядов. В высшей школе, играющей роль столичного университета, старейшине-ректору (буквально: совершающему возлияние жертвенного вина – цзи цзю) предоставляется право выбирать в ее состав крупнейших ученых-конфуцианцев своего времени. По статусу он приравнивается к первому министру и в случае отставки последнего может занять его место. В первый день каждого лунного месяца императору в сопровождении высших чиновников и советников следует посещать лекции старейшины-ректора в столичной высшей школе: «Старейшина-ректор, обратившись лицом к югу, произносит наставления; сын неба располагается среди учеников». Обращенность лицом к югу – каноническая поза императора, т.е. носителя наивысшей власти (см., например, Лунь юй, VI, 1, XV, 4/5). Следовательно, в данной ситуации таковым, естественно – на время, становится наставляющий сына неба старейшина-ректор. Здесь, как и в рассуждениях о роли достойного первого министра при недостойном правителе, явно проглядывает стремление Хуан Цзунси через функции высших должностных лиц как-то ограничить всевластие императора. В классическом конфуцианстве с самого его возникновения присутствовало подобное стремление, служившее основой для возвеличивания роли и расширения прав советников-конфуцианцев. По определению Конфуция, идеальный государь, «бездействуя, упорядочивает» Поднебесную (Лунь юй, XV, 4/5). «Бездействие» (у вэй) здесь подразумевало отсутствие прагматического вмешательства в заведенный порядок дел, гарантиями нормального хода которого должны были служить прямое духовно-нравственное воздействие государя на народ и правильная деятельность выбранных им достойных министров. В отличие от этой классической конфуцианской теории, Хуан Цзунси попытался ввести некоторые ограничения не в «бездействие», а в действия императора. Поскольку основной вектор политической инициативы в программе Хуан Цзунси оставался направленным сверху вниз, нормальные формы воздействия на императора снизу сводились к идейно-воспитательной сфере, что приводило к мысли об определенных педагогических мерах по отношению к наследнику престола. Хуан Цзунси предлагал обучать сына императора в столичной высшей школе по достижении им пятнадцати лет вместе с детьми высших чиновников (параллель этому – проект Царскосельского лицея в России начала 19 в.). Цель этого обучения – «знать настоящие и показные свойства людей» и «понемногу приобщаться к труду». По замыслу Хуан Цзунси, руководители нижележащих уровней административной иерархии – чиновники окружного и уездного масштабов должны получать наставления в соответствующих учебных заведениях еще чаще, чем император и его приближенные, а именно два раза в месяц – первого и пятнадцатого числа. При этом в случае обнаружения крупных административных нарушений и упущений ученым наставникам следовало объявлять о них публично под барабанный бой. Хуан Цзунси выступал за уравнительное перераспределение земель, восстановление древней системы «колодезных полей» (цзин тянь), снижение налогов с крестьян и их (налогов) пятиступенную дифференциацию в зависимости от плодородности земли; за то, чтобы не только земледелие, но также торговля и ремесло считались «основным занятием»; за унификацию денежной системы, эмиссию бумажных денег и учреждение банков; за такую систему воинской повинности, при которой каждые пятьдесят человек выставляют одного рекрута, а десять семей снабжают его продовольствием. Социально-политические, экономические и правовые идеи Хуан Цзунси оказали большое влияние на китайских реформаторов конца 19 – начала 20 в., в особенности Лян Цичао (1873–1929), использовавших их в борьбе за демократические преобразования в стране. Литература: Balazs Е., Political theory and administrative reality in traditional China, L., 1965, p. 17-29.


1625
Ян де Витт (нидерландское имя - Johan de Witt)
государственный деятель, в 1653 году занявший пост великого пенсионария провинции Голландия. На протяжении 20 лет, пока он фактически стоял у руля Республики Соединённых провинций, де Витт отстаивал позиции Голландии в торговом и колониальном противостоянии с Англией, которое вылилось в две войны между странами. Родился в Дордрехте. Ян де Витт был сыном дордрехтского бургомистра, который на протяжении многих лет представлял город на Генеральных штатах республики. Семейство де Виттов разделяло взгляды торговой олигархии, выступавшей за усиление администрации штатов в ущерб федеральному правительству, во главе которого стоял Оранский дом. В годы обучения в Лейденском университете Ян де Витт отличался познаниями в математике и праве. Он даже сочинил один из первых учебников по аналитической геометрии, озаглавленный Elementa curvarum linearum. Прекрасное знание математики впоследствии позволяло ему легко входить в финансово-бюджетные проблемы республики. В 1645 году Ян со своим братом Корнелисом отправились в путешествие по странам Западной Европы, по возвращении из которого он поселился в Гааге, где работал адвокатом. В 1650 году он фактически унаследовал от отца место дордрехтского пенсионария и отправился представлять интересы города в федеральном правительстве. Дебаты с штатгальтером Вильгельмом II, в ходе которых де Витт и другие региональные пенсионарии отстаивали автономию штатов, закончились их заточением в Левенстейнском замке. Неожиданная смерть штатгальтера незадолго до рождения наследника (будущего Вильгельма III) развязала оппозиции руки и позволила де Витту перехватить бразды правления республикой. Своей задачей он видел усиление в её составе Голландии и удаление от власти Оранского дома. В 28 лет он был избран великим пенсионарием и трижды переизбирался на этот пост — в 1658, 1663 и 1668 гг. Когда де Витт пришёл к власти, в разгаре была Первая англо-голландская война, наносившая непоправимый вред экономике республики. Отвергая выдвинутое Кромвелем требование унии Англии и Голландии как чрезмерное, Де Витт ценой признания Навигационного акта добился в 1654 году заключения Вестминстерского мирного договора. Секретный пункт договора предусматривал отказ голландских провинций от выбора штатгальтера. Оранжисты на федеральном уровне воспротивились этому пункту, который вполне устраивал и требовавших большего самоуправления регионалов, и правительство Кромвеля, подозревавшее оранжистов в сношениях с изгнанными Стюартами. После подписания мирного договора де Витт занялся налаживанием расстроенных финансов республики и расширением её торгово-колониальной деятельности в Ост-Индии. В 1658 году он поддержал Данию в её действиях против Швеции, а четыре года спустя на выгодных условиях заключил Гаагский мир с союзной англичанам Португалией. Между тем отношения с Англией были испорчены реставрацией на троне Стюартов, которые требовали назначения Вильгельма Оранского штатгальтером или хотя бы капитаном-генералом. Правительство де Витта всячески противилось этому назначению, и в 1665 году разгорелась Вторая англо-голландская война. Благодаря его дипломатическим усилиям мир в Бреде (1667) окончил войну на условиях сохранения статус кво, что позволило де Витту в том же году объявить Голландию республикой «на веки вечные».В январе 1668 года дипломатия де Витта добилась нового крупного успеха. Когда Людовик XIV предпринял попытку оккупировать Испанские Нидерланды (Деволюционная война), де Витт договорился с англичанами и шведами о создании тройственного союза морских держав. Ценой этой победы был гнев Людовика XIV, который винил в своих неудачах голландцев и попрекал их неблагодарностью за французскую поддержку в годы Нидерландской революции. В 1672 году Людовик XIV неожиданно вторгся в пределы Объединённых провинций. Началась т. н. Голландская война с Францией. Народ требовал передачи всех властных полномочий Вильгельму Оранскому, виня в оккупации правительство де Витта. Его брат Корнелис был обвинён в заговоре против принца и в июле взят под стражу. Под давлением оранжистов Яну 4 августа пришлось оставить пост великого пенсионария. Услышав о том, что Коренелис подвергут пыткам, Ян поспешил в Гаагу на встречу с ним. Узнав о его приезде, 20 августа 1672 года оранжисты натравили на братьев толпу беснующейся черни. Пока их тащили на эшафот, оба брата были убиты, а их тела растерзаны на части. Их тела были обезображены и выставлены на обозрение. Об этих событиях повествует Александр Дюма в романе «Чёрный тюльпан». Так погиб один из величайших государственных деятелей в голландской истории. Год его гибели вошёл в национальную историю как «год бедствий» (Rampjaar). В настоящее время в некоторых городах страны Яну де Витту поставлены памятники.


1683
Жан-Филипп Рамо (французское имя - Jean-Philippe Rameau)
французский композитор и теоретик музыки эпохи барокко. Родился в Дижоне. Сын органиста, знал ноты раньше, чем научился читать. Учился в иезуитской школе. В 18 лет был отправлен отцом в Италию совершенствовать музыкальное образование в Милане. Вернувшись, выступал скрипачом в оркестре Монпелье, служил органистом в Дижоне, Клермон-Ферране, Лионе. С 1722 обосновался в Париже. Писал для парижских театров, сочинял духовную и светскую музыку, с 1745 стал придворным композитором. Рамо прославился как светский композитор (3 латинских мотета на духовные тексты относятся к раннему допарижскому периоду творчства). В XX веке он приобрёл всеобщую известность (вплоть до фортепианного репертуара детской музыкальной школы) как автор пьес для клавесина (сборники 1706, 1724, 1727) и пяти «концертов» для клавесина, скрипки и виолы да гамба (сборник издан в 1741), содержащих сюиты и яркие характеристические пьесы. Среди них наиболее известны «Тамбурин» (Tambourin), «Курица» (La poule), «Дофин» (La Dauphine), «Молоточки» (Les petits marteaux), «Перекличка птиц» (Le Rappel des oiseaux). Пьесы для клавесина — творческая лаборатория Рамо-композитора, место проведения экспериментов в области гармонии, ритма, фактуры. Например, пьесы «Дикари» (Les sauvages) и «Циклопы» (Les Cyclopes) необычайно изобретательны с точки зрения развёртывания тонального лада, а пьеса «Энгармоническая» (L’Enharmonique) — один из первых в истории музыки примеров энгармонической модуляции. Рамо создал новый оперный стиль, представленный в его наиболее известных «музыкальных трагедиях» «Ипполит и Арисия» (1-я редакция, 1733, 2-я редакция, 1742, 3-я редакция, 1757) и «Кастор и Поллукс» (1-я редакция, 1737, 2-я редакция, 1754) и в опере-балете «Галантные Индии» (Les Indes galantes) (1-я и 2-я редакции, 1735, 3-я редакция, 1736). Среди других опер — «Дардан» (1-я редакция, 1739; 2-я редакция, 1744, 3-я редакция, 1760), «Празднества Гебы, или Лирические дарования» (1739), «Саид» («Заид», 1748), «Наида» (1749), «Зороастр» («Заратустра», 1-я редакция, 1749, 2-я редакция, 1756), «Бореады» (1763; 1-я сценическая постановка — Экс-ан-Прованский фестиваль, 1982), «лирические комедии» «Платея» (Версаль, 1745; 2-я редакция, 1749) и «Паладины» (1760). Премьеры всех упомянутых опер (если не указано иное) прошли на сцене Парижской оперы. Рамо принадлежат также семь (не опубликованных при жизни) кантат, в том числе «Фетида» и «Нетерпение» («L’Impatience»). Популярный у современных хористов «Гимн ночи» («Hymne à la nuit») в действительности — не сочинение Рамо, а выполненная Ж.Нуайоном (1888—1962) обработка для хора темы дуэта жриц («Rendons un éternel hommage», акт I, сцена 3) из оперы «Ипполит и Арисия». На сочинения Рамо (для более точной их идентификации) принято ссылаться по тематическому каталогу Бюиссу-Эрлина-Денешо (принятое сокращение RCT, от французского Rameau Catalogue Thématique). Умер Рамо в Париже 12 сентября 1764 года.

Трактат о гармонии.
Теоретические трактаты: Трактат о гармонии, сведенной к её природным началам (Traité de l’harmonie réduite à ses principes naturels, P., 1722); Новая система теоретической музыки (Nouveau système de musique théorique, P., 1726); Рассуждение о различных способах аккомпанемента на клавесине или на органе (Dissertation sur les différentes méthodes d’accompagnement pour la clavecin ou pour l’orgue, P., 1732); Происхождение гармонии, или Трактат о теоретической и практической музыке (Génération harmonique, ou traité de musique théorique et pratique, P., 1737); Демонстрация основ гармонии (Démonstration du principe de l’harmonie, P., 1750); Новые мысли г-на Рамо по поводу демонстрации основ гармонии (Nouvelles réflexions de M Rameau sur sa démonstration du principe de l’harmonie, P., 1752); Наблюдения над нашей склонностью к музыке и о её [склонности] основах (Observations sur notre instinct pour la musique et sur son principe, P., 1754); Ошибки в музыкальных статьях Энциклопедии (Erreurs sur la musique dans l’Encyclopédie, P., 1755); Законы практической музыки… (Code de musique pratique, ou Méthodes pour apprendre la musique … avec de nouvelles réflexions sur le principe sonore, P., 1760). После смерти Рамо его наследие надолго затмила слава Глюка как реформатора оперной сцены. На протяжении XIX столетия Рамо забыли и почти не исполняли (хотя его музыку внимательно изучали Гектор Берлиоз и Рихард Вагнер). Лишь на рубеже XIX—XX вв. значение Рамо и его музыки стало расти. Сегодня он признан крупнейшим французским композитором, виднейшей фигурой в музыке первой половины — середины XVIII века. Дени Дидро упоминает его в своем романе «Племянник Рамо». В честь Рамо назван кратер на Меркурии. Издания и переводы трактатов: Rameau J.-Ph. Complete Theoretical Writings, edited by Erwin R. Jacobi in 6 volumes // American Institute of Musicology. Miscellanea 3/1-6. [s.l.], 2000, 1967, 1968, 1969, 1969, 1972 (факсимиле всех музыкальных трактатов Рамо с научным предисловием редактора); Hayes, Deborah. Rameau’s theory of harmonic generation: an annotated translation and commentary of Génération harmonique by Jean-Philippe Rameau. Ph. D. diss. Stanford University, 1968 (английский перевод трактата «Происхождение гармонии»; диссертация также издана в виде микрофильма в Ann Arbor, 1974); Rameau J.-Ph.. Treatise on harmony, transl. and ed. by Philip Gosset. New York: Dover, 1971 (английский перевод «Трактата о гармонии»); Hayes, Deborah. Dissertation on the different methods of accompaniment by Jean-Philippe Rameau. Ann Arbor (Michigan), 1974 (англ. перевод трактата «Рассуждение о различных способах аккомпанемента»; существует только в виде микрофильма); Briscoe, Roger Lee. Rameau’s Démonstration du principe de l’harmonie and Nouvelles réflexions de M Rameau sur sa démonstration du principe de l’harmonie. Ph.D. diss., Indiana University, 1975 (английский перевод трактатов «Демонстрация основ гармонии» и «Новые мысли г-на Рамо по поводу демонстрации основ гармонии»); Chandler B.G. Rameau’s Nouveau système de musique théorique: an annotated translation with commentary. Ph.D. diss., Indiana University, 1975 (англ. перевод трактата «Новая система теоретической музыки»); Lippman E. Musical aesthetics: a historical reader. Vol. 1: From Antiquity to the eighteenth century. New York, 1986, pp. 339—359 (английский перевод трактата «Наблюдения над нашей склонностью…»).Литература: Girdlestone C. Jean-Philippe Rameau: His life and work. 2nd ed. New York: Dover Publications, 1969. 631 p. ISBN 0-486-26200-6; Beaussant Ph. Rameau de A à Z. Paris: Fayard, 1983. 397 p. ISBN 2-213-01277-6; Lester, Joel. Compositional theory in the eighteenth century. Cambridge (Mass.): Harvard University Press, 1992; Lester J. Rameau and musical thought in the Enlightenment // The Cambridge history of Western music theory, ed. by Thomas Christensen. Cambridge, Mass., 2002, pp. 753—778; Холопов Ю.Н. Творец новой науки о гармонии — Жан-Филипп Рамо // Холопов Ю.Н. [и др. авторы.] Музыкально-теоретические системы. — Москва, 2006. — Страницы 181—191; Jean-Philippe Rameau: Catalogue thématique des oeuvres musicales, ed. S. Bouissou, D. Herlin, P. Denécheau. Paris, 2007—2012; Bouissou S. Jean-Philippe Rameau: Musicien des lumières. Paris: Fayard, 2014. ISBN 9782213637860; Sadler G. The Rameau compendium. Woodbridge: Boydell Press, 2014. ISBN 9781843839057.


1705
Леопольд Йозеф граф Даун, князь фон Тиано (немецкое имя - Leopold Joseph Graf Daun, Fürst von Thiano)
австрийский военачальник, фельдмаршал, президент гофкригсрата (1762—1766), с 1758 по 1763 — главнокомандующий австрийскими войсками в Семилетней войне. Родился в Вене. Вопреки желанию отца, Вириха Филиппа графа Дауна, также австрийского фельдмаршала, сделать из сына священнослужителя, поступил на военную службу. Получил боевое крещение на войне против испанцев в Сицилии в 1718 году. Родственные связи облегчили быструю карьеру: в 1734—1735 годах в Италии он уже полковник под началом собственного отца, в войне против турок 1737—1739 — генерал-майор. В Войне за австрийское наследство сумел отличиться в битвах при Хохенфридберге и Сооре, был произведён в генерал-фельдцейхмейстеры. После войны возглавил реорганизацию австрийской армии, подарив ей в 1749 году единый устав, а в 1751 году — Военную академию, став её первым директором. В 1753 году награждается Орденом Золотого руна, в 1754 году был произведён в фельдмаршалы. Через свою жену, вдову графа Ностица, имел сильные связи при дворе, пользовался неизменными расположением и доверием Марии Терезии. Семилетнюю войну встретил в Моравии. Придя на помощь австрийцам, осаждённым в Праге, разбил 18 июня 1757 года пруссаков при Колине. Фридриху пришлось, после проигранной битвы, уйти из Богемии. Победа при Колине разрушила миф о непобедимости прусского короля. В ознаменование её Марией Терезией был учреждён орден, получивший её имя. Первым из 20 военачальников, получивших Большой крест этого ордена за всю историю Австрии, стал фельдмаршал Даун. После того, как, в результате сокрушительного поражения при Лейтене 5 декабря 1757 года, принц Лотарингский сложил с себя командование австрийскими войсками, становится главнокомандующим. С именем Дауна связана победа над прусскими войсками при Хохкирхе 14 октября 1758 года, не использованная им самим из-за свойственной ему чрезмерной осторожности, пленение корпуса Финка в сражении при Максене 20 ноября 1759 года. Последняя битва, которой Даун лично руководил, в которой был ранен и которую проиграл, была битва при Торгау 5 ноября 1760 года. Отбыв для поправки в Вену, отсутствовал в действующей армии до 1762 года. Став ещё во время войны президентом гофкригсрата, после войны и до самой смерти в 1766 году, продолжал начатую им в 1740-е годы работу по реорганизации австрийской армии. Был искусным мастером тактики, маневрирования, имел славу прекрасного организатора, полководца, чьи решения были всегда взвешены и до последних деталей продуманы. Оборотной стороной этих качеств являлись нерешительность и медлительность, приводившие нередко к неиспользованию, как это случилось, например, при Хохкирхе, благоприятных возможностей для развития успеха. Современниками был прозван австрийским Фабием Кунктатором. В лице «непредсказуемого» Фридриха, представлявшего, предвосхищающую наполеоновские войны, новую школу полководческого искусства, имел опасного противника, перед которым нередко пасовал. Русскими союзниками небезосновательно обвинялся в стремлении выиграть войну русской кровью. Завидуя Лаудону, чья популярность в австрийских войсках была выше его собственной, в противовес всемерно способствовал карьере и возвышению Ласси, который и стал его преемником на посту президента гофкригсрата. Умерв Вене 5 февраля 1766 года. Литература: Allgemeine Deutsche Biographie, Band 4, Leipzig 1876; Hirtenfeld, Joseph: Der Militär-Maria-Theresien-Orden und seine Mitglieder, Wien 1857; Thadden, Franz-Lorenz von: Feldmarschall Daun, Maria Theresias größter Feldherr, München, Wien 1967.


1714
Алаунпхая (также Алаунг Минтайя, Аломпра, У Аун Зея)
царь Бирмы с 1752 года, основатель династии Конбаун, он завоевал огромную территорию, победил монов и шанов, объединил Бирму и создал новую династию.
Был правителем округа Шуэбо, в 1752 году Алаунпая возглавил борьбу против монской династии в Пегу. В 1754 году он захватил Аву, где основал свою столицу. Моны предприняли против него поход, но он объединил большое количество бирманцев, и ему на помощь пришли шаны. К 1755 году подчинил практически всю Бирму, в 1755 году основал город Рангун. Он подчинил также правителей отдельных государств Шан. В 1756 году взял Сириам, а в 1757 году — Пегу, покорив Монское царство, несмотря на поддержку, которую монам оказывала Франция. В 1759 году он подавил восстание в Пегу, которое поддерживали англичане. В 1760 году он занял Тенассерим и со всем войском направился на штурм Аютии — столицы Сиама. Легко раненый, он решил лично стрелять из пушки по Аютии, но снаряд разорвался, не выстрелив, и Алаунпайя, получив тяжёлое ранение, вскоре умер. Бирманские войска были отведены от Аютии, хотя последняя всё же пала в 1767 году. Умер 11 мая 1760 года. Ему наследовал старший сын.


1717
Хорас Уолпол (Horace Walpole, Horatio Walpole, 4th Earl of Orford)
английский писатель, основатель жанра готического романа. По-русски нет единства в передачи его имени: «Хорас Уолпол», Хорейшо Уолпол (Horatio Walpole), «Гораций Уолпол». Младший сын известного премьер-министра, главы партии вигов Роберта Уолпола, Хорас Уолпол родился в Лондоне. Как и положено молодому аристократу, Уолпол получил достойное классическое образование в колледже в Итоне, затем обучался в Кембриджском Университете, завершил необходимое для молодого английского лорда образование большим путешествием по Европе — Франции, Швейцарии, Италии. Вернувшись, Хорас Уолпол, под влиянием отца, получает место в парламенте, где представляет партию вигов. В 1747 году молодой граф Уолпол приобретает на берегу Темзы небольшое имение, которое начинает перестраивать, в соответствии с собственным вкусом и желанием. С большими перерывами продолжается строительство помещичьего дома до 1770 года. Само поместье Уолпол назвал Строберри-Хилл (англ. Strawberry Hill), в его мечтах он был «маленьким готическим замком». Там же была организована типография, в которой было отпечатано малым тиражом описание Строберри-Хилл. Живя уединённо в своём имении, Хорас собрал одну из самых крупных и богатых художественных галерей в Англии. Приобретение Строберри-Хилл оказалось большой удачей для молодого графа — именно постройки имения навеяли Уолполу создание его «Замка Отранто». В 1791 году Хорас Уолпол, не имея наследников, передаёт свой титул племяннику, а 2 марта 1797 года, в возрасте восьмидесяти лет, умирает в собственном доме. Литературную деятельность начал в 1758 опубликованием «Каталога венценосных и благородных авторов» (A Catalogue of the Royal and Noble Authors of England, 2 vls). За этим последовали «Анекдоты из истории живописи в Англии» (Anecdotes of Painting in England, 4 vls, 1762—1771) и, наконец, в 1764 анонимно был опубликован «Замок Отранто» (The Castle of Otranto), первый «готический» роман, действие которого происходит в эпоху первого крестового похода. В этом романе нагромождены всевозможные ужасы: с неба падает шлем, убивающий принца, статуя предка одного из героев неожиданно начинает кровоточить, ему же является видение исполинской руки и т. п. Погружённый в детали мрачных и таинственных описаний, автор проводит в этом произведении идею рокового возмездия, падающего на потомков за грехи и преступления их предков. В следующем произведении — «Таинственная мать» (The Mysterious Mother, 1768) — Уолпол попытался утвердить жанр ужасов и тайн в драме (пьеса на сцене, однако, поставлена не была). Помимо опубликованного в 1768 исторического произведения «Сомнения относительно характера жизни и царствования короля Ричарда III» (Historic Doubts on the life and Reign of King Richard the Third), ничего больше при жизни Уолпола опубликовано не было. После его смерти были изданы его весьма интересные и ценные в историко-культурном отношении мемуары (Last ten Years of the reign of George II, 1846) и «Письма». В 1785 году в шести экземплярах были отпечатаны «Иероглифические сказки», переизданные лишь в XX веке, — сборник коротких историй в традиции английского литературного абсурда, предвосхитивших сюрреализм. В своих основных литературных произведениях, «Замке Отранто» и «Таинственной матери», Уолпол выступает как один из основателей предромантизма, воспевающий средневековье. Готический роман Уолпола нашёл продолжателей в лице А. Радклиф, У. Бекфорда, Льюиса и др. Издания: Walpole H. Works. — 5 vls. — L., 1798; Walpole H. Letters / Ed. by Paget Toynbee. — 16 vls. — L., 1903—1905; Уолпол Г. Замок Отранто: Готическая повесть / Перевод с английского В.Е.Шора // Уолпол Г., Казот Ж., Бекфорд У. Фантастические повести / Издание подготовили В.М.Жирмунский и Н.А.Сигал. — Ленинград: Наука, 1967. — Страницы 5-103. — (Литературные памятники); Уолпол Х. Иероглифические сказки / Перевод с английского В. Кондратьева, Е. Ракитиной. — Б. м.: Колонна пабликейшнз, 2005. — 141 страница — ISBN 978-5-98144-072-4. Литература об Уолполе: Вацуро В.Э. Уолпол и Пушкин // Временник Пушкинской комиссии, 1967—1968. — Ленинград: Наука. Ленинградское отделение, 1970. — Страницы 47—57; Елистратова А.А. Предромантизм: [Английская литература XVIII в.] // История всемирной литературы: В 9 томах — Том 5. — Москва: Наука, 1988. — Страницы 79—82; Жирмунский B.M. и Сигал H.A. У истоков европейского романтизма // Уолпол Г., Казот Ж., Бекфорд У. Фантастические повести. — Ленинград: Наука, 1967; Луков Вл.А. Принцип суггестии: Рэдклиф в сравнении с Уолполом // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». — 2012. — № 4 (июль — август) (архивировано в WebCite); Скотт В. О «Замке Отранто» Уолпола / Перевод с английского В.Е.Шора // Уолпол Г., Казот Ж., Бекфорд У. Фантастические повести. — Ленинград: Наука, 1967; Уолпол // Литературная энциклопедия: В 11 томах. — Том 11. — Москва: Художественная литература, 1939. — Столбцы 603—604; Dobson A. Horace Walpole, a memoir. — 4 ed. revised by P. Toynbee. — Oxford, 1927; Hazen А. Т. A bibliography of Н. Walpole. — New Haven, 1948; Stuart D. M. Horace Walpole (English men of letters). — London, 1927; Yvon P. La vie d’un dilettante, H. Walpole… — Oxford, 1924; Yvon P. H. Walpole as a poet. — Paris, 1924.


1731
Шарлотта София Саксен-Кобург-Заальфельдская (немецкое имя - Charlotte Sophie von Sachsen-Coburg-Saalfeld)
принцесса Саксен-Кобург-Заальфельдская, в замужестве наследная принцесса Мекленбурга. Родилась в кобурге. Шарлотта София — старшая дочь герцога Франца Иосии Саксен-Кобург-Заальфельдского (1697—1764) от его брака с Анной Софией Шварцбург-Рудольштадтской (1700—1780), дочерью князя Людвига Фридриха I Шварцбург-Рудольштадтского. 13 мая 1755 года в Шверине Шарлотта София вышла замуж за наследного принца Людвига Мекленбургского. В поездке на свадьбу её сопровождал брат Фридрих Иосия Саксен-Кобург-Заальфельдский. Брак описывался как счастливый, и даже вдовой Шарлотта София пользовалась глубоким уважением. Шарлотта София и её супруг считались большими почитателями искусства. Умерла в Шверине 2 августа 1810 года. Шарлотта София похоронена в шверинской церкви Святого Николая. У Шарлотты Софии и её супруга было двое детей: Фридрих Франц I (1756—1837), великий герцог Мекленбург-Шверина, женат на принцессе Луизе Саксен-Гота-Альтенбургской (1756—1808); София Фридерика (1758—1794), замужем за наследным принцем Фредериком Датским (1753—1805). 22 июля 1804 года Шарлотта София была удостоена ордена Святой Екатерины I степени. Литература: Erika Bestenreiner: Die Frauen aus dem Hause Coburg: Aus dem fränkischen Herzogtum auf die Throne Europas, Piper, 2008; Friedrich Maximilian Oertel: Genealogische Tafeln zur Staatengeschichte des neunzehnten Jahrhunderts, F.A. Brockhaus, 1857, S. 58

1736
Жан-Франсуа Вовилье (французское имя - Jean-François Vauvilliers)
французско-русский филолог и историк-эллинист, академик Петербургской академии наук (1798). Жан-Франсуа Вовилье родился в Нойе, в семье Жана Вовилье, выходца из Бургундии, который был профессором греческого языка в Коллеж де Франс. Жан-Франсуа получил языковое образование в Сорбонне и спустя некоторое время занял должность отца в Коллеж де Франс. Опубликовал ряд работ по истории Древней Греции и переводов античных авторов, в том числе «Обзор правления Спарты» (фр. L'Examen du gouvernement de Sparte, 1769), эссе о Пиндаре с переводом нескольких его од (1772), переводы сочинений Плутарха (1783) и Софокла (совместно с Каперонье, 1784). В 1782 году был избран членом Академии надписей и изящной словесности. Во время Великой французской революции Вовилье был назначен руководством Парижской коммуны комиссаром по продовольствию, и на этом посту проявил незаурядный организаторский талант, сумев значительно снизить цены на хлеб и фактически спасти Париж от голода. Впоследствии был арестован по обвинению в заговоре, но два состава трибунала признали его невиновным, после чего Вовилье был избран в состав Совета пятисот, но после переворота 18 фрюктидора 1797 года отправлен в отставку. В это время Огюст Шуазёль-Гуфье, знавший Вовилье по Академии надписей и изящной словесности и живший в эмиграции в Российской империи, пользуясь своим влиянием при дворе, сумел добиться у императора Павла I приглашения Вовилье в Россию, где последний был удостоен тёплого приёма и избран в Академию наук. После свержения Павла I в 1801 году Вовилье запросил у французского правительства разрешения вернуться на родину, на что получил согласие, но тяжело заболел и скончался в Санкт-Петербурге 23 июля 1801 года. В его честь названа улица Вовилье в I округе Парижа.