Цитата сообщения kakula 11 августа родились...


1772
Пётр Кириллович Эссен
российский государственный и военный деятель, генерал от инфантерии; генерал-губернатор Санкт-Петербурга (1830—1842). Родоначальник русского дворянского рода Эссен. Родился в семье лифляндских дворян голландского происхождения Кирилла Ивановича Эссена (1729—1783) и Евдокии Ивановны (умерла в 1792). 23 мая 1777 года записан вахмистром в лейб-кирасирский полк. 1 марта 1791 года зачислен по приказу Великого Князя Павла Петровича в Гатчинский морской батальон поручиком. 9 декабря 1796 года переведён в Лейб-гвардии Измайловский полк, произведён в полковники 28 декабря того же года. 14 февраля 1798 года пожалован в генерал-майоры с назначением шефом Выборгского мушкетёрского полка. В 1799 году участвовал в походе в Швейцарию в корпусе генерал-лейтенанта А.М.Римского-Корсакова и сражался с французами под Цюрихом, Дизенгофом и Шафгаузеном. За отличия получил чин генерал-лейтенанта (26 января 1800 года). По возвращении в Россию назначен Выборгским военным губернатором и инспектором пехоты Финляндской инспекции. В 1802 году стал шефом Шлиссельбургского мушкетёрского полка. В 1806 году Эссену было поручено командовать 8-й дивизией, с которой он участвовал в войне с французами в 1806—1807 годах. В сражении под Прейсиш-Эйлау его дивизия захватила восемь орудий, два знамени и около 1000 пленных, за что Эссен был награждён орденом Святого Георгия 3-й степени (8 апреля 1807 года). В 1808 году направлен в Молдавскую армию и сражался с турками в 1809—1811 годах. Отличился в сражениях при Журже (награждён Золотой шпагой с алмазами), Браилове (орден Святого Александра Невского), Рущуке (алмазные знаки ордена Св. Александра Невского) и Малой Слободзее (орден Святого Владимира 1-й степени). В начале 1812 года Эссен командовал 2-м корпусом в Дунайской армии. После начала Отечественной войны был направлен со своими войсками на усиление корпуса Ф.В.Остен-Сакена и во время перехода столкнулся с корпусами Шварценберга и Ренье под местечком Устилуг, выдержал с ними бой, отразив все атаки неприятеля и отошёл с наступлением темноты. Сражался под Горностаевичами, Березиной и Волковыском. Весной 1813 года ему было поручено сформировать 48 резервных батальонов, что он выполнил в короткое время и в августе прибыл с пополнениями к действующей армии, а затем был назначен командовать 4-й пехотной дивизией, направленной для осады Дрездена. В январе 1814 года он осадил крепость Мец, а после взятия её участвовал в сражении при Шато-Тьери и при взятии Парижа. После окончания войны с Наполеоном командовал 27-й пехотной дивизией. 9 апреля 1816 года назначен начальником 4-й пехотной дивизии. 27 ноября 1816 года определён состоять по армии. 19 января 1817 года получил назначение Оренбургским военным губернатором, управляющим гражданской частью, командиром отдельного Оренбургского корпуса и начальником пограничной части. 1 января 1819 года пожалован в генералы от инфантерии. Время управления Оренбургской губернией Эссеном характеризуется усилением военного наступления на степь. На линии были увеличены военные силы, были приняты меры к мобилизации местного населения. 5 февраля (по другим данным — 7 февраля) 1830 года назначен Санкт-Петербургским генерал-губернатором и принял энергичные меры к прекращению холерной эпидемии, за что 1 июля 1833 года получил графский титул. 22 апреля 1834 года был удостоен ордена Святого Андрея Первозванного, алмазные знаки которого были пожалованы ему в 1841 году. Был членом Попечительского совета заведений общественного призрения в Санкт-Петербурге (1830—1842). В этот период: Определены новые городские границы; 30 сентября 1837 года открыта первая в России железная дорога Петербург — Царское Село; Установлены Александровская колонна, памятники М.И.Кутузову и М.Б.Барклаю де Толли у Казанского собора; Открыто Училище правоведения и основан Институт гражданских инженеров; В 1839 году вышел первый номер газеты «Ведомости Санкт-Петербургской городской полиции»; Начали действовать Пулковская обсерватория, Зоологический музей; Организовано движение первых общественных пассажирских карет — омнибусов; 2 декабря 1842 года из-за преклонных лет был снят с губернаторской должности с оставлением членом Государственного Совета. Скончался в Петербурге 1 октября (по другим данным — 23 сентября) 1844 года, похоронен в имении жены в Орловской губернии. В 1828 году единственный сын его в чине полковника умер от ран, полученных при Варне, почему Высочайше разрешено графу Якову Ивановичу Стенбок-Фермор, женатому на единственной дочери Петра Кирилловича, Александре, принять фамилию тестя и именоваться Эссен-Стенбок-Фермор. В службе: 3 июня 1777 года — вахмистром, в Лейб-Кирасирском полку; 12 марта 1790 года — подпрапорщиком, с переводом в Павловский батальон; 12 января 1793 года — подпоручиком, имея от роду девятнадцать лет; 2 апреля 1793 года — поручиком; 26 сентября 1793 года — капитаном; 14 сентября 1795 года — секунд-майором, в том же батальоне; 20 ноября 1796 года — подполковником, с переводом в лейб-гвардии Измайловский полк; 8 января 1797 года — полковником, в том же полку; 25 февраля 1798 года — генерал-майором, с назначением шефом мушкетёрского имени своего полка (впоследствии Выборгский пехотный); 6 февраля 1800 года — генерал-лейтенантом, в том же полку; 30 августа 1800 года — Выборгским военным губернатором, инспектором Финляндской инспекции и шефом гарнизонного полка бывшего князя Горчакова; 16 февраля 1802 года — шефом Выборгского пехотного полка; 17 марта 1802 года — шефом Шлиссельбургского пехотного полка; 17 марта 1806 года — начальником 8-й пехотной дивизии; 29 декабря 1815 года — начальником 27-й пехотной дивизии; 21 апреля 1816 года — начальником 4-й пехотной дивизии; 9 декабря 1816 года — отчислен состоять по армии; 31 января 1817 года — назначен Оренбургским военным губернатором, командиром отдельного Оренбургского корпуса и управляющим гражданской частью и пограничным краем; 13 января 1819 года — генералом от инфантерии, в Оренбургском отдельном корпусе; 19 февраля 1830 года — Санкт-Петербургским военным генерал-губернатором и управляющим гражданской частью; 30 апреля 1830 года — членом Государственного совета; 14 декабря 1842 года — уволен от должности генерал-губернатора. В походах был: 1791 год — в кампании на Балтийском море; 8 февраля 1798 года — награждён орденом Святой Анны 3-й степени; 26 мая 1798 года — награждён тем же орденом 2-й степени за исправность в полку; 22 мая 1799 года — был в Швейцарии; 8 сентября 1799 года — в сражении с французами под деревней Воллисгофен, атаковал их, разбил и прогнал с большим уроном, за что, 14 октября 1799 года, награждён орденом Святой Анны 1-й степени; 2 декабря 1806 года — был в Пруссии, преследуя в разных местах французов; 8 февраля 1807 года — при городе Прейсиш-Эйлау, в сражении с французами, отнял у них два знамени, за что, 20 апреля 1807 года, награждён орденом Святого Георгия 3-го класса и Прусским Красного Орла 1-й степени, большого креста; потом преследовал отступавшего неприятеля: 5 июня 1807 года — был в сражении у реки Пассарги, близ села Ломитен, за что, 1 марта 1808 года, награждён орденом Святого Владимира 2-й степени, большого креста; 8 июня 1807 года — в сражении у города Гутштадта; 26 июня 1808 года — был в Молдавии и Валахии; Источники: Материалы по истории Казахской ССР (1785—1828 гг.). Том IV. Москва—Ленинград, Издательство Академии Наук СССР, 1940; Семёнов В.Г., Семенова В.П. «Губернаторы Оренбургского края». Оренбургское книжное издательство, 1999; Словарь русских генералов, участников боевых действий против армии Наполеона Бонапарта в 1812—1815 гг. // Российский архив : Сборник. — Москва, студия «ТРИТЭ» Н.Михалкова, 1996. — Том VII. — Страницы 631-632; Эссен, Пётр Кириллович в словаре Baltisches Biographisches Lexikon digital.


1778
Фридрих Людвиг Ян (немецкое имя - Friedrich Ludwig Jahn)
основатель современной спортивной гимнастики - "отец гимнастики" (Turnvater). Изучал богословие и философию в Галле, Гёттингене и Грейфсвальде. Осенью 1806 г. он хотел поступить в прусскую армию, но это удалось ему только после сражения при Йене. С 1810 г. был учителем в одной из берлинских гимназий. Страдая за унижение Германии, в особенности Пруссии, Ян решил сделать задачей своей жизни поднятие народного духа путем развития физических и моральных сил населения. Наиболее подходящим средством для этого он считал гимнастику, а потому устроил в 1813 г. место для гимнастических упражнении близ Берлина. К той же цели он стремился и в качестве писателя. В феврале 1813 г. Ян поспешил в Бреславль, принял живое участие в формировании корпуса добровольцев под начальством Люцова (люцовский корпус), сам вступил в него в числе первых и сделался командиром батальона, в то же время неоднократно исполняя секретные поручения своего правительства. По окончании войны он читал в Берлине лекции о германском народе и получил должность учителя гимнастики.

Способствовал основанию буршеншафта в Йене, хотя нельзя точно указать, в чем именно выразилось его участие. В нем заподозрили демагога, и его турнплац был закрыт. 14 июля 1819 г. он был арестован и отвезен сначала в Шпандау, затем в Кюстрин, откуда он в 1820 г. предстал перед особой следственной комиссией в Берлине. До решения его дела он содержался в крепости Кольберг; в 1824 г. последовало его присуждение к двухлетнему заключению в крепости. В 1825 г. он был освобожден, но ему было запрещено жить как в городах с университетом или гимназией, так и в окрестностях Берлина. Он выбрал местом для жительства Фрейбург (в Бадене), но в 1828 г. был выслан оттуда и только в 1835 г. получил разрешение вернуться в Фрейбург. Весной 1848 г. он был избран в германский парламент, где принадлежал к крайней правой. Умер в 1852 году. Учрежденная в 1863 г. в Лейпциге немецкими гимнастами пенсионная касса для учителей гимнастики и их жен и детей носит название "учреждения Яна" (Jahnstiftung). В 1894 г. выстроен немецкими гимнастами на старом кладбище Фрейбурга, на могиле Яна, гимнастический зал, с музеем в его память. Главные его труды: "Bereicherung des hochdeutschen Sprachschatzes" (1806); "Deutsches Volkstum" (1810, 2-е издание, 1817); "Runenbl ätter" (1816); "Neue Runenblä tter" (1828); "Merke zum deutschen Volkstum" (1833); "Selbstverteidigung" (1863). В сотрудничестве со своим учеником Эйзеленом он издал "Die deutsche Turnkunst" (1816). Полное собрание его сочинений издал Эйлер (3 тома, 1884-1887), а избранные сочинения - Гофмейстер (1890). Ср. биографии Яна: Прёле (2-е издание, 1872), Ангерштейна (2-е издание, 1861), Ротенбурга (1873), Эйлера (1881), Шультгейса (1894) а также Гильдебрандт-Штрелена, "Der alte Jahn in Freyburg a. d. Unstrut" (1889), и Фридриха, " Jahn als Erzieher" (1895).

1791
Рене-Франсуа Ренье (французское имя - Pierre Giraud)
французский кардинал. Родился в Монферране, королевство Франция. Епископ Родеза с 5 июля 1830 по 24 января 1842. Архиепископ Камбре с 24 января 1842 по 17 апреля 1850. Кардинал-священник с 22 декабря 1873, с титулом церкви Санта-Мария-делла-Паче с 4 октября 1847. Умер в Камбре (Франция) 17 апреля 1850 года.

1795
Иван Тимофеевич Спасский
доктор медицины, профессор Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, из духовного звания.Учился сначала в семинарии, а затем в Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, в которой, уже студентом, проявил недюжинные способности; окончил курс в 1815 г. с золотой медалью и, как первый по научным успехам из всего курса, удостоился внесения своего имени на мраморную доску академии. После этого он был оставлен адъюнктом при профессоре акушерства, судебной медицины и санитарии Громове и одновременно назначен ординатором Морского госпиталя. В 1818 году Спасский отправился за границу на 3 года на казенный счет для научного усовершенствования, с правом остаться там на четвертый год без содержания от казны. В течение этого срока он занимался зоологией, сравнительной анатомией, физиологией и другими биологическими науками, а вернувшись через 4 года в Санкт-Петербург, получил звание штаб-лекаря и должность адъюнкт-профессора при кафедре минералогии и зоологии, которую в то время занимал профессор Теряев; при этом он снова стал ординатором Морского госпиталя. В 1824 г. Спасский удостоен степени доктора медицины и в том же году заменил заболевшего профессора Теряева, а с выходом последнего в отставку в 1827 г., официально занял кафедру и произведен в звание ординарного профессора зоологии и минералогии. На этой кафедре он оставался до 1833 г. Ординаторство в госпитале он оставил, но с 1826 г. был младшим акушером Санкт-Петербургской, а с 1831 г. — Выборгской частей. В 1833 г. Спасский перешел на кафедру общей терапии и фармакологии с рецептурой; кроме того, он был врачом при департаменте народного просвещения, а с 1835 г. и врачом и профессором судебной медицины в училище правоведения. В следующем году он был одним из членов комитета, избранного в медико-хирургической академии для выработки плана и программ преподавания, в 1837 г. исполнял обязанности ученого секретаря академии и был избран в звание академика, а 28 ноября 1838 г., накануне перехода академии в военное ведомство уволен по прошению в отставку. В феврале 1839 г. ему был поднесен диплом почетного члена медико-хирургической академии и к степени доктора медицины добавлена, honoris causa, степень доктора хирургии. В 1840 г. Спасского послали в Вильну для обозрения местной медико-хирургической академии в ученом и учебном отношениях и для преобразования ее в медицинский факультет, по соглашению с местными властями; вернувшись, он состоял при министре народного просвещения для особых поручений. В 1845 г. он был командирован в Дерпт и Пернов для обсуждения мероприятий, относившихся к учреждению ветеринарного института и окончательному устройству фармацевтических заведений в Дерптском учебном округе. B 1858 г. он заболел душевным расстройством и скончался 25 января 1861 года. По складу своего ума и характеру деятельности, Спасский был энциклопедистом; живые способности его отличались разносторонностью; в нем уживались и теоретик и врач-практик; между прочим, он был врачом А.С.Пушкина, неоднократно лечил его, и поэт оставил ему на память свою трость с серебряным набалдашником. Почти все профессора того времени держали себя неприступно; Спасский представлял в этом отношении исключение и пользовался большой любовью студентов. Когда возник вопрос о допущении женщин к второстепенной медицинской деятельности, и варшавянка Мария Назон подала прошение об экзамене на звание дантиста, Спасский высказался за положительное разрешение этого вопроса. По отзывам своих современников, он был увлекающимся человеком, "многообразованным и хорошим латинистом", "одним из весьма дельных представителей медицины того времени", "одним из лучших русских профессоров, у которого студенты многому научились", "владел даром слова" а "пользовался заслуженной репутацией и в публике и между врачами". Этим отзывам противоречат мнения лейб-медика С.Вольского и неизвестного автора в "Медицинском Вестнике", но поверка фактических данных говорит против неблагоприятного освещения его личности. В царствование Александра І Спасский был масоном; он принадлежал к ложе "zu den dreyen Degen" в Галле, в чем и признался во время следствия, произведенного в медико-хирургической академии в 1822 г. Спасский много работал на научном поприще и оставил после себя многочисленные сочинения, очень разнообразные по содержанию. В архиве военно-медицинской академии хранится рукопись его "Обозрения общей терапии", представляющая собою одну из первых русских учебных программ по этому предмету. Научные труды его: "Entozoologiae historiae progressus et status hodierni brevis explicatio", диссертация на степень доктора медицины, Санкт-Петербург. 1824 г.; "Появление жаб в пищеприемном канале человека", "Военно-Медицинский Журнал" 1827 г., часть 9, отдел III.; "Внутреннее и наружное употребление опия", там же 1833 г., часть 21, отделы II и III; "Семиотика вообще и детская в особенности", там же, часть 22, отдел III; "Молоко и кумыс", там же 1834 г., часть 23, отдел II; "Достоинства и необходимость медицины и врачей", "Друг Здравия" 1834 г., № 2; "Дегтярная мазь против зуда", там же, № 42; "Письмо к издателю", там же, № 55, прибавлен перевод с немецкого Гуфеланд, "Лечение крупа", "Военно-Медицинский Журнал" 1834 г., часть 24, страницы 588—608; "Рафания в Вятской губернии и в земле Войска Донского", там же 1835 г., часть 25, отдел II; "Уравнивающий способ лечения", там же, отдел III; "Выгоды сложных рецептов", там же, отдел IV; "Лечение гонореи кубебами", "Др. Здр." 1835 г., № 17; "Козьмово средство в раке и мышьяк в костоеде", там же, № 20; "Краткий очерк врачебного действия бань", "Военно-Медицинский Журнал" 1835 г., часть 26, отдел I; "Бальзамирование у древних египтян", там же; "Болезнь, исцеление и лечение", там же; "Некоторые отрывки из общей терапии", там же, отдел III; "Краткое известие о 50-летннем юбилее Загорского", "Др. Здр." 1836 г., № 42; "Возрасты в антропологических и врачебных отношениях", там же 1838 г., № 1; "Обозрение общей терапий", " Военно-Медицинский Журнал" 1839 г., часть 33, отдел I; "О вторичном прививании коровьей оспы-вакцины", там же, отдел III; "Обзор судебной медицины для руководства воспитанников училища правовед.", Санкт-Петербург. 1839 г.; То же для воспит. ? и II класса., Санкт-Петербург. 1842 г.; "Чрезвычайное изобретение или история одной книжицы" (о Ганнемане), Санкт-Петербург. 1841 г. "Формул. список о службе и достоинстве статского советника Ивана Тимофеева сына Спасского" за 1848 г. — В.Верекундов, "Исторический очерк кафедры диагностики и общей терапии в И.В.- Медицинской академии", диссертация на степень доктора медицины, Санкт-Петербург 1898 г., страницы 34, 49—57, 80 и 136. — "История И. В.-Медицинской Академии", составлена комиссией, 1898 г., страницы 179, 182, 216, 219, 220, 229, 267, 272, 277, 278, 293, 322, и приложения, страница 203. — Л.Ф.Змеев. "Русские врачи-писатели", тетрадь II, Санкт-Петербург. 1886 г. 2 дополнение 1892 г. — Профессора П.П.Сущинский и С.Д.Костюрин, "Очерк истории кафедры фармакологии с рецептурой", Санкт-Петербург. 1898 г., страницы 21 и 24. — профессор Н.А.Холодковский, "Очерк истории каф. зоологии и сравнительной анатомии", Санкт-Петербург. 1897 г., страницы 11, 12 и 6. — Европин, "Историческийочерк кафедры судебной медицины", диссертация на степень доктора медицины, Санкт-Петербург. 1898 г., страниц 68. — А.И.Куценко, "Исторический очерк кафедры академической терапевтической клиники", диссертация на степень доктора медицины, Санкт-Петербург. 1899 г.


1799
Йоахим (Жоакен) Барранд (французское имя - Joachim Barrande)
французский палеонтолог и геолог, иностранный член-корреспондент Санкт-Петербургской Академии Наук (1877). Родился в Соге, Луара Верхняя. Слушал лекции в Парижском политехническом училище (1824), затем был воспитателем внука французского короля Карла X — графа Шамбора (Генриха V). После свержения французской монархии в июле 1830 года вместе с королевской семьёй уезжает в Шотландию, а затем в 1831 году в Чехию (Богемию), которая в то время входила в состав Австрийской империи. Барранд детально изучил нижнепалеозойские отложения Средней и Западной Чехии. Своим капитальным трудом «Systeme silurien du centre de la Bohème» (1852) положил прочное основание знакомству с фауной наиболее древних осадочных образований земной коры. Был сторонником «теории катастроф» по Кювье. Барранд умер там же, где и его воспитанник граф де Шамбор — в австрийском Фросдорфе, через месяц после него 5 октября 1883 года. В честь Йоахима Барранда был назван пригород Праги, где проводились исследования (ныне один из пражских районов) — Баррандов (1928), киностудия, мост в Праге и геологическая структура в Чехии — баррандиен. Значительная часть его геологических и палеонтологических коллекций входит в коллекции Пражского национального музея.


1801
Филипп Эдуард Девриент (немецкое имя - Philipp Eduard Devrient)
немецкий певец (баритон) и драматический актёр, театр. деятель, музыкальный писатель. Родился в Берлине, в семье известных немецких актеров, брат Карла-Августа Девриента. В 17-летнем возрасте начал учиться в Певческой академии у К.Ф.Цельтера. В 1819 дебютировал в Королевской опере (Берлин) (одновременно выступал как драматический актёр в театре «Шаушпильхауз»). Партии: Танатос, Орест («Альцеста», «Ифигения в Тавриде» Глюка), Мазетто, Папагено («Дон Жуан», «Волшебная флейта»), Патриарх («Иосиф» Мегюля), Фигаро («Свадьба Фигаро», «Севильский цирюльник»), лорд Кокбург («Фра-Дьяволо» Обера). Исполнял заглавные партии в операх Г.Маршнера «Вампир» (первая постановка в Берлине, 1831), «Ганс Гейлинг». Для формирования искусства Девриента большое значение имело изучение творчества выдающихся певцов Л.Лаблаша, Дж.Б.Рубини, Дж.Давида. В 1834 Девриент потерял голос и с этого времени целиком посвятил себя деятельности в драматическом театре (в 1844-1852 актёр, режиссёр придв. театра в Дрездене, в 1852-1870 директор придв. театра в Карлсруэ). Девриент выступал и как либреттист, написал текст к операм В.Тауберта «Кермесса» (1831), «Цыган» (1834). Был в дружеских отношениях с Ф.Мендельсоном, написал о нём воспоминания (Р.Вагнер написал на эту книгу памфлет «Господин Девриент и его стиль», 1869, в котором подверг критике литературный стиль Девриента). Автор нескольких работ по теории и истории театра. Для истории драматического искусства ценны его: "Das Passionsspiel in Oberammergau" (1851) и "Geschichte der deutschen Schauspielkunst" (1846-1874) — главный труд Девриента. Собрание его "Dramatische und Dramaturgische Schriften" вышло в Лпц. в 1846-1861 г. Умер в Карлсруэ 4 октября 1877 года. Сочинения: Meine Erinnerungen an F. Mendelssohn-Bartholdy and seine Briefe an mich, Lpz., 1868.


1803
Владимир Федорович Одоевский
князь, русский писатель, журналист, издатель, музыковед. Родился в Москве. Последний потомок старинного княжеского рода. Отец его служил в должности директора Московского отделения Государственного банка, мать была крепостной крестьянкой. В 1822 Одоевский с отличием окончил Московский университетский благородный пансион, где ранее обучались П.Вяземский и П.Чаадаев, Никита Муравьев и Николай Тургенев. В студенческие годы на него оказали влияние профессора Московского университета философы-шеллингианцы И.И.Давыдов и М.Г.Павлов. С 1826 Одоевский служил в цензурном комитете министерства внутренних дел, был составителем нового цензурного устава 1828 года. По переходе комитета в ведение министерства народного просвещения продолжил службу в должности библиотекаря. С 1846 – помощник директора Императорской публичной библиотеки и заведующий Румянцевским музеем, тогда находившимся в Санкт-Петербурге. С 1861 – сенатор. Первым выступлением Одоевского в печати были переводы с немецкого, опубликованные в «Вестнике Европы» в 1821. Там же в 1822–1823 публикуются Письма к Лужницкому старцу, одно из которых, Дни досад, привлекло своим негодующим настроем внимание А.С.Грибоедова, который познакомился с Одоевским и оставался его близким другом до конца своей жизни. В юношеские годы Одоевский был дружен со своим старшим двоюродным братом, поэтом и будущим декабристом А.И.Одоевским, как о том свидетельствует его Дневник студента (1820–1821): «Александр был эпохою в моей жизни». Брат безуспешно пытался остеречь его от «глубокомысленных умозрений непонятного Шеллинга», однако кузен выказал твердость и независимость в суждениях. В начале 1820-х годов Одоевский бывал на заседаниях «Вольного общества любителей российской словесности», где главенствовал Ф.Глинка, и входил в кружок переводчика и поэта С.Е.Раича, члена Союза благоденствия. Сблизился с В.Кюхельбекером и Д.Веневитиновым, вместе с которым (и с будущим видным славянофилом И.Киреевским) в 1823 создал кружок «Общество любомудрия», став его председателем. Как вспоминал один из «любомудров», в «Обществе» «господствовала немецкая философия»: ее самым деятельным и вдумчивым разъяснителем Одоевский оставался более двух десятилетий. В 1824–1825 Одоевский с Кюхельбекером издают альманах «Мнемозина» (опубликовано 4 кн.), где печатаются, кроме самих издателей, А.С.Пушкин, Грибоедов, Е.А.Баратынский, Н.М.Языков. Участник издания Н.Полевой писал впоследствии: «Там были неведомые до того взгляды на философию и словесность... Многие смеялись над «Мнемозиною», другие задумывались». Именно «задумываться» и учил Одоевский; даже его опубликованный в альманахе горестный этюд светских нравов Елладий В.Г.Белинский назвал «задумчивой повестью». К открывшимся после событий декабря 1825 замыслам заговорщиков, со многими из которых Одоевский был дружен или близко знаком, он отнесся с грустным пониманием и безоговорочным осуждением. Однако николаевскую расправу с декабристами осудил гораздо резче, хотя и был готов безропотно разделить участь друзей-каторжников. Следственная комиссия не сочла его для этого «достаточно виновным», и он был предоставлен самому себе. В конце 1820-х – начале 1830-х годов Одоевский ревностно исполнял служебные обязанности, педантично пополнял свои необъятные знания, вырабатывал мировоззрение и создавал свой главный опыт в области художественной словесности – философский роман Русские ночи, завершенный к 1843 и изданный в 1844 в составе трех томов Сочинений князя В.Ф.Одоевского. Роман, по сути дела, представляет собой приговор немецкой философии от лица русской мысли, выраженный во внешне прихотливом и чрезвычайно последовательном чередовании диалогов и притч: европейская мысль объявляется неспособной разрешить важнейшие вопросы российской жизни и всемирного бытия. Вместе с тем роман Русские ночи содержит исключительно высокую оценку творчества Шеллинга: «В начале ХIХ века Шеллинг был тем же, чем Христофор Колумб в ХV, он открыл человеку неизвестную часть его мира... его душу». Уже в 1820-х годах, переживая увлечение философией искусства Шеллинга, Одоевский написал ряд статей, посвященных проблемам эстетики. Но увлечение Шеллингом в духовной биографии Одоевского далеко не единственное. В 1830-е годы он находился под сильным влиянием идей новоевропейских мистиков Сен-Мартена, Арндта, Портриджа, Баадера и др. В дальнейшем Одоевский изучал патристику, проявляя, в частности, особый интерес к традиции исихазма. Результатом многолетних размышлений о судьбах культуры и смысле истории, о прошлом и будущем Запада и России стали Русские ночи. «Односторонность есть яд нынешних обществ и причина всех жалоб, смут и недоумений», – утверждал Одоевский в Русских ночах. Эта универсальная односторонность, считал он, есть следствие рационалистического схематизма, не способного предложить сколько-нибудь полное и целостное понимание природы, истории и человека. По Одоевскому, только познание символическое может приблизить познающего к постижению «таинственных стихий, образующих и связующих жизнь духовную и жизнь вещественную». Для этого, пишет он, «естествоиспытатель воспринимает произведения вещественного мира, эти символы вещественной жизни, историк – живые символы, внесенные в летописи народов, поэт – живые символы души своей». Мысли Одоевского о символическом характере познания близки общей традиции европейского романтизма, в частности теории символа Шеллинга (в его философии искусства) и учению Ф.Шлегеля и Ф.Шлейермахера об особой роли в познании герменевтики – искусства понимания и интерпретации. Человек, по Одоевскому, в буквальном смысле живет в мире символов, причем это относится не только к культурно-исторической, но и к природной жизни: «В природе все есть метафора одно другого». Сущностно символичен и сам человек. В человеке, утверждал мыслитель-романтик, «слиты три стихии – верующая, познающая и эстетическая». Эти начала могут и должны образовывать гармоническое единство не только в человеческой душе, но и в общественной жизни. Именно подобной цельности не обнаруживал Одоевский в современной цивилизации. Считая, что США олицетворяют вполне возможное будущее человечества, Одоевский с тревогой писал о том, что на этом «передовом» рубеже происходит уже «полное погружение в вещественные выгоды и полное забвение других, так называемых бесполезных порывов души». В то же время он никогда не был противником научного и технического прогресса. На склоне лет Одоевский писал: «То, что называют судьбами мира, зависит в эту минуту от того рычажка, который изобретается каким-то голодным оборвышем на каком-то чердаке в Европе или в Америке и которым решается вопрос об управлении аэростатами». Бесспорным фактом для него было и то, что «с каждым открытием науки одним из страданий человеческих делается меньше». Однако в целом, несмотря на постоянный рост цивилизационных благ и мощь технического прогресса, западная цивилизация, по убеждению Одоевского, из-за «одностороннего погружения в материальную природу» может предоставить человеку лишь иллюзию полноты жизни. За бегство от бытия в «мир грез» современной цивилизации человеку рано или поздно приходится расплачиваться. Неизбежно наступает пробуждение, которое приносит с собой «невыносимую тоску». Отстаивая свои общественные и философские взгляды, Одоевский нередко вступал в полемику как с западниками, так и со славянофилами. В письме лидеру славянофилов А.С.Хомякову (1845) он писал: «Странная моя судьба, для вас я западный прогрессист, для Санкт-Петербурга – отъявленный старовер-мистик; это меня радует, ибо служит признаком, что я именно на том узком пути, который один ведет к истине». Изданию романа Русские ночи предшествовали многие творческие свершения: в 1833 были изданы Пестрые сказки с красным словцом, собранные Иринеем Модестовичем Гомозейкою (эту словесную маску Одоевский использовал до конца дней), которые произвели чрезвычайное впечатление на Н.В.Гоголя и предвосхитили образность и тональность его Носа, Невского проспекта и Портрета. В 1834 отдельно опубликован Городок в табакерке, одна из лучших во всей мировой словесности литературных сказок, выдерживающая сравнение с андерсеновскими и ставшая непременным чтением русских детей. Появились несколько романтических повестей, начиная с Последнего квартета Бетховена, опубликованного в 1831 в альманахе «Северные цветы». Гоголь писал о них: «Воображения и ума – куча! Это ряд психологических явлений, непостижимых в человеке!» Речь идет, помимо Квартета, о повестях Opere del Cavaliere Giambatista Piranese и Себастиан Бах – в особенности о последней. Впоследствии их дополнила, по выражению поэтессы К.Павловой, «российская гофманиана»: повести Сегелиель, Косморама, Сильфида, Саламандра. Правда, пригласив Одоевского к ближайшему сотрудничеству в затеянном журнале «Современник», Пушкин писал: «Конечно, княжна Зизи имеет более истины и занимательности, нежели Сильфида. Но всякое даяние Ваше благо». Княжна Мими (1834) и Княжна Зизи (1835) – светские повести Ооевского, продолжающие намеченную еще в Елладии линию «метафизической сатиры». Взяв на себя еще при жизни Пушкина хлопоты по изданию второй книги «Современника», Одоевский после его смерти единолично выпустил седьмую. «Современник» продержался до вмешательства Белинского только благодаря Одоевскому. Между тем Одоевский продолжает намеченное в Пестрых сказках и Городке в табакерке: изданные в 1838 Сказки и повести для детей дедушки Иринея становятся хрестоматийным детским чтением. Успех ободряет Одоевского, и он развивает его, предприняв в 1843 издание «народного журнала», т.е. периодического сборника «Сельское чтение»: в 1843–1848 опубликованы 4 книги, переизданные (до 1864) 11 раз. По свидетельству Белинского, Одоевский породил «целую литературу книг для простонародия». В статьях издания Одоевский под маской дяди (а позднее «дедушки») Иринея говорил о сложнейших вопросах простым народным языком, которым восхищался В.Даль. Из свершений Одоевского 1830-х годов надо отметить еще его пьесу Хорошее жалованье (1838) – сцены из чиновничьего быта, явственно предвосхищающие А.Н.Островского. В 1850–1860-х годах Одоевский занимается историей и теорией «исконной великоросской музыки»: впоследствии публикуются его работы К вопросу о древнерусском песнопении (1861) и Русская и так называемая общая музыка (1867). Его считают и утверждают поборником официозной «народности»; между тем он пишет: «Народность – одна из наследственных болезней, которою умирает народ, если не подновит своей крови духовным и физическим сближением с другими народами». Сказавший во всеуслышание эти слова сановник и князь-рюрикович был занят в ту пору составлением исторического исследования о царствовании Александра II О России во второй половине XIX века. Органическим (в духе Шеллинга) приобщением российской культуры к европейской и был всю жизнь занят Одоевский. За два года до своей смерти он ответил на статью-прокламацию И.С.Тургенева Довольно! скромной и твердой программой деятельности русского просветительства под названием Не довольно! Умер Одоевский в Москве 11 марта 1869 года.


1810
Карл Майет (Carl Mayet)
немецкий шахматист. Умер 18 мая 1868 года.


1813
Камехамеха III (Kamehameha III; урождённый - Kauikeaouli)
король Гавайев, правивший в 1825-1854 г.г. При Камехамехе III независимость Гавайского королевства была признана Англией, Францией и Соединенными Штатами, а позже — и другими государствами. При нем же была принята конституция Гавайев. Скончался 15 декабря 1854 года.


1814
Иван Мажуранич (хорватское имя - Ivan Mažuranić)
знаменитый в своё время хорватский поэт, один из активных сторонников иллиризма. Родился в Нови-Винодольски, Хорватское Приморье. Брат Антона Мажуранича. Был адвокатом, принимал участие в выработке славянской юридической терминологии, был в Вене начальником придворной канцелярии по делам хорватов. После торжества дуализма отказался от службы. С 1873 до 1880 был хорватским баном. Литературную деятельность Мажуранич начал в «Danica», где поместил ряд статей под заглавием «Misli», в которых отстаивал идеи иллиризма, и несколько стихотворений, среди которых и «Ilir», в котором сопоставлял мирные наклонности «иллира» и его юнацкое мужество при защите своих прав. В этих стихотворениях заметно влияние латинских классических поэтов. Позже характер стиха Мажуранича изменяется, что стало результатом изучения народной поэзии и классических дубровницких писателей. Таковым является в своё время весьма популярное стихотворение «Vékovi Ilirije» («Danica», 1838, № 1), в котором поэт делит историю Иллирии на три периода: первый — золотой век мира, равенства и всеобщей любви; второй — эпоха борьбы с врагами, век героев (Людевит, Кралевич Марко, бан Зрини и др.), которые, однако, не спасли иллиров от тяжелого рабства; третий век ещё только наступает и его задачей является восстановление единства (sloga), необходимость которого воспевали все поэты эпохи иллиризма.

В 1842 Мажуранич вместе с Ужаревичем издал «немецко-иллирский» словарь. Тогда же была основана «Иллирская Матица», которая, приступая к изданию дубровницких классиков, поручила Мажураничу пополнить недостающие 14 и 15 песни знаменитой поэмы Гундулича «Осман». Мажуранич блестяще выполнил эту трудную задачу: по общему признанию хорватских критиков, его стихи удивительно воспроизводят старого дубровницкого поэта и вполне соответствуют духу целого произведения. Лучшим перлом поэтического творчества Мажуранича считается поэма «Smrt Smail-age Čengića», впервые появившаяся в альманахе «Iskra» (1846), неоднократно переиздававшаяся как на латинице, так и кириллице и переведённая на многие языки (среди которых на польский язык Кондратовичем-Сырокомлем, и на чешский — И. Коларом; русские переводы принадлежат В.Г.Бенедиктову, М.П.Петровскому, в сборнике Гербеля «Поэзия славян», Санкт-Петербург, 1881, и Лукьяновскому, под заглавием «Черногорцы или смерть Смаил-аги Ченгича», Псков, 1877; лучшим считается перевод Петровского). Несмотря на некоторые недостатки, например, излишняя погоня за эффектами и не соответствующие черногорскому быту сцены, поэма Мажуранича представляет художественную и цельную картину из истории геройской борьбы черногорцев с турками в 1840. Воспевая в своей поэме реальное событие и называя действующих лиц, Мажуранич лишь несколько изменил обстановку: героя события, убившего Измаил-агу — Новицу Церовича — Мажуранич сделал потурченцем, покаявшимся и перешедшим на сторону черногорцев, чтобы отомстить аге за гибель своего отца.

Памятник Мажураничу в Загребе.
В 1848 Мажуранич издал брошюру «Hrvati Magjarom», в которой сочувствовал революции во Франции, требовал для хорватов равенства вероисповеданий и полной внутренней самостоятельности с правом свободного избрания бана, указывал на Швейцарию, как на образец для политического устройства Австро-Венгрии, и предсказывал восстановление Польши. С 1858 до 1872 Мажуранич был председателем «Иллирской Матицы». В конце 1870-х сербские критики стали сомневаться в принадлежности Мажураничу его знаменитой поэмы и предполагали, что она написана черногорским правителем Петром II Негошем. В наше время нет сомнений, что именно Мажуранич написал эту поэму, хотя возможно, что он воспользовался народной песнью о гибели Измаил-аги, сложенной в Черногории и напечатанной в «Србско-далматинском Магазине за лето 1845», Николаевича. Умер в Загребе 4 августа 1890 года. Литература: Кулаковский, «Иллиризм» (Варшава, 1894; там же указана и литература о Мажураниче).


1823
Шарлотта Мэри Йондж (Charlotte Mary Yonge)
английская писательница. Издала большое число исторических и тенденциозно-религиозных романов, не лишённых теплоты и задушевности. Наиболее известные из них: «The Helr of Redclyffe»; «Heartsease»; «Dynevor Terrace»; «The Daisy Chain»; «The Young Stepmother»; «Hopes and Fears»; «The Clever Women of the Family»; «The trial»; «The Prince and the Page»; «The Chaplet of pearls».Часть прибыли от продажи своих романов Йондж отдала на различные благотворительные учреждения. Умерла 24 мая 1901 года.


1826
Эндрю Джексон Дэвис (Andrew Jackson Davis)
американский медиум и ясновидящий, которого последователи спиритуализма считают одним из основателей этого учения. Первую известность Дэвису принесла надиктованная им в трансе книга «The Principles of Nature, Her Divine Revelations, and a Voice to Mankind», за которой последовала «The Great Harmonia», выдержавшая в США 40 переизданий. Эндрю Джексон Дэвис родился 11 августа 1826 года в Блуминг-Гроув, Нью-Йорк, в небольшом селении на берегу реки Гудзон. Его отец, подрабатывавший сапожником и ткачом, был алкоголиком. Мать, неграмотная женщина, отличалась фанатичной религиозностью. Мальчик провел трудное и бедное детство не получив никакого образования и с ранних лет начав работать — помощником обувщика. Если верить автобиографии («Магическое», «The Magic Staff»), к 16 годам он прочёл лишь одну книгу, «Катехизис» (хотя впоследствии оппоненты намекали на то, что в действительности он был куда более образован, чем пытался представить). Джексон утверждал, что «психические» способности у него стали проявляться уже в детстве: он якобы слышал «ангельские голоса», дававшие ему советы и утешения, а в день смерти матери увидел «дом в живописной местности, куда по предположению Дэвиса отправилась её душа». В 1838 году семья переехала в город Поукопси, штат Нью-Йорк. В возрасте 17 лет Дэвис попал на лекцию по месмеризму, которую читал доктор Дж.С.Грамс, профессор юриспруденции из Кастлтонского медицинского колледжа. Полученные знания он попытался применить на практике — поначалу безуспешно. Но вскоре портной по имени Уильям Ливингстон, обладавший гипнотическими способностями, ввел Дэвиса в транс и выяснил, что его подопечный в этом состоянии способен делать странные вещи: читать закрытые книги, ставить диагноз и даже (не обладая никакими медицинскими знаниями) прописывать лечение, которое каким-то образом действительно помогало больным. Под покровительством Ливингстона Дэвис начал развивать способность к ясновидению и занялся целительством. Он утверждал при этом, что человеческое тело становится для его «внутреннего зрения» прозрачным, источающим сияние, которое у больных органов тускнеет. При этом иногда он выполнял диагностические упражнения на расстоянии, позволяя «эфирному телу» высвобождаться из физической оболочки в результате «магнетических манипуляций». Дэвис, по его собственным словам, совершал «духовные путешествия», после которых подробно описывал землю, какой она была видна с большой высоты, описывал залежи полезных ископаемых, подземные пустоты и т. д. Примечательно, что на ранних стадиях развития своих психических сил Дэвис не мог вспомнить своих впечатлений сразу после выхода из транса. Но подсознание регистрировало впечатления, и по прошествии времени он мог восстановить их до мельчайших подробностей. Долгое время Дэвис оставался источником, открытым для всех, но закрытым для самого себя. — А.Конан Дойль. История спиритуализма. Глава третья. В Нью-Йорке Дэвис начал заниматься самообразованием и привлек к себе внимание известных людей, в числе которых был и Эдгар По. Вскоре он мог уже погружаться в транс самостоятельно и начал анализировать собственные «психические переживания». Он проводил много времени у постелей умирающих, наблюдая, по его словам, отход души от тела. Результаты этих наблюдений вышли в виде брошюры, но успеха не имели и были затем включены в первый том «Великой гармонии». Вечером 6 марта 1844 года с Дэвисом произошло нечто, наложившее отпечаток на всю его оставшуюся жизнь. Сам он утверждал, что под воздействием некой «силы» в состоянии транса выбежал из Поукипси и оказался в горах Кэтскилл, в сорока милях от дома. Здесь он вступил в общение с двумя «выдающимися мужами», в которых позже, задним числом, узнал греческого философа Галена и Эммануила Сведенборга, которые беседовали с ним о медицине и нравственности. Встреча, по словам Дэвиса, принесла ему величайшее просветление. Позже появились предположения, что это путешествие он совершил во сне или в трансе, не выходя из дому, но, как бы то ни было, после этого происшествия характер сообщений, которые он стал получать, изменился. Дэвис начал проповедовать о природе жизни, строении мира и истоках духовности. В ходе своего непрерывного путешествия по стране он познакомился с практикующим гипнотизером доктором Лайонсом и преподобным Фишбоу, взявшимся записывать речи, которые Дэвис произносил в трансе. В ноябре 1945 года Дэвис начал надиктовывать тексты, которые легли в основу его книги «The Principles of Nature, Her Divine Revelations, and a Voice to Mankind». Этот литературно-гипнотичсекий опыт продолжался 15 месяцев и свидетелями происходившего были многие известные люди. В частности, доктор Джордж Буш, профессор иврита Нью-Йоркского университета, утверждал, что «…слышал из уст Дэвиса высказывание на древнееврейском языке, представляющее собой изложение географических представлений той эпохи, которую он в своём возрасте не мог изучить за столь короткое время. Он рассуждал о древней библейской истории и мифологии, о происхождении и корнях языка, о развитии цивилизации у различных наций земного шара. Такими познаниями могла бы гордиться любая прославленная школа. Подобную глубину знаний невозможно получить, даже прочитав книги всех библиотек христианского мира». В книге Дэвис описал свои «душевные полёты», погружения в «состояние наивысшего подъёма», и функцию своего «духовного глаза». Он подробно проанализировал процесс отхождения души от тела (который наблюдал специально подолу оставаясь у постели умиравших людей), рассказал, как эфирное тело покидает «бедную телесную оболочку, оставляя её опустошённой, наподобие оболочки куколки, которую только что покинул мотылёк». До 1856 года Дэвис предсказал во всех подробностях появление автомобиля и пишущей машинки. В своей книге «Проникновение» он, в частности, писал: «Приближаются дни, когда экипажи и вагоны-салоны для путешествий появятся на сельских дорогах. Без лошадей, без пара или иной видимой силы они смогут передвигаться с большой скоростью и совершенно безопасно. Экипажи, снабжённые механизмами, которые удобно размещаются между передними колёсами, будут двигаться благодаря необычным и несложным смесям жидких и атмосферных газов, легко конденсирующихся и возгорающихся… » - Э.Дж.Дэвис. Задолго до открытия Плутона (в 1933 году) Дэвис писал о девяти планетах Солнечной системы, причём точно указал плотность Нептуна. (С другой стороны, он считал, что Солнечная система имеет «второй центр» и указывал на наличие некой «высшей расы», населяющей Сатурн.). В книге «Принципы природы» (1847) Дэвис предсказал расцвет спиритуализма: «Духи действительно общаются друг с другом, даже если один из них находится в теле, а другой — в высших сферах. Если человек подсознательно одержим потоком психических сил и не осознаёт этого факта, то силы могут реализовываться в виде жизненных проявлений. Мир будет приветствовать приход новой эры, когда духовный мир человека откроется для контактов и духовное общение станет такой же нормой, как это, возможно, происходит с жителями Марса, Юпитера и Сатурна…» Э.Дж.Дэвис. «Принципы природы» (1847). В дневнике от 31 марта 1848 года Дэвис записал: «Утром, как только рассвело, тёплое дыхание коснулось моего лица, и я услышал сильный звучный голос: „Брат мой, сегодня мы начали славное дело: ты увидишь рождение нового жизненного проявления.“ Я остался в недоумении, не поняв смысла полученного сообщения». В тот день в Гайдсвилле сестры Фокс впервые вступили в общение с невидимой сущностью посредством стуков. Дэвис не был религиозен в общепринятом смысле слова, Более того, его версия Евангелие носила, скорее, критический характер. По словам А.Конан Дойля, он был, однако, «…честным, серьёзным, неподкупным, борющимся за правду человеком… и отличался большой щепетильностью во всех своих словах и поступках».Исследователи феномена Дэвиса отмечали, что он был почти неграмотен и не читал книг. «Совершенно ясно, что любая труба может пропустить поток не больше определённого диаметра. Пользуясь этой метафорой можно сказать, что "диаметр" Дэвиса отличался от «диаметра» Сведенборга: Сведенборг являлся одним из образованнейших людей в Европе, тогда как Дэвис был всего лишь невежественным подростком из штата Нью-Йорк, но оба получали свои знания в состоянии транса. Откровение Сведенборга, быть может, более значительное, оказалось под воздействием его собственного ума, тогда как откровение Дэвиса являло собой несравнимо большее чудо» - А. Конан Дойль. Дэвис считал, что путь прогресса для человечества — это «борьба с грехом», не только в библейском смысле слова: к последнему он относил слепой фанатизм и ограниченность. Своё «учение» (излагавшееся с использованием длинных непонятных терминов, которые потребовали созданяи целого словаря) он именовал «документальной религией», хотя религией в обычном смысле слова оно не было, а, скорее, напоминало свод мнений о строении мира, механизмах природы и истоках духовности («Философия гармонии», «Божественные откровения природы», «Univercoelum»). В описаниях посмертной жизни Дэвис следовал Сведенборгу (которого многие считали его духом-наставником), описывая жизнь, похожую на земную — «полуматериальную», лишь отчасти измененную смертью. Дэвис подробно описывал стадии развития, которые человеческому духу приходится преодолевать в процессе восхождения к божественным сферам. По слова А.Конан Дойля, «…Он продвинулся ещё на один шаг вслед за Сведенборгом, не имея такого развитого интеллекта, которым отличался великий шведский мэтр. Сведенборг видел ад и рай такими, как их детально описал Дэвис. Однако Сведенборгу не удалось чётко определить сущность смерти и истинную природу мира духов, как это сделал его американский преемник». С период с 1845 по 1885 годы Дэвис написал около тридцати книг, посвященных различным темам — от космологии до медицины, — и две автобиографии: The Magic Staff (1857) и Beyond the Valley (1885). В 1878 году Дэвис порвал со спиритуализмом, осудив стремление его сторонников к сенсационным «чудесам» на сеансах и отсутствие интереса к философии явления. В 1886 году Дэвис получил медицинскую ученую степень в нью-йоркском Медицинском колледже и занялся ортодоксальной медицинской деятельностью. Он вернулся в Бостон, где открыл небольшой книжный магазин, где продавал также лечебные травы, которые сам же прописывал пациентам. Эндрю Джексон Дэвис скончался в Бостоне 13 января 1910 года. Основные произведения: «The Principles of Nature, Her Divine Revelations, and a Voice to Mankind»; The Great Harmonia (1850—1861), энциклопедия в шести томах; The Philosophy of Special Providences (1850); The Magic Staff (1857), автобиография; Arabula: or the Divine Guest (со сборником Нового Евангелие); Stellar Key to the Summer Land (1868); Tale of a Physician or The Seeds and Fruits of Crime (1869); Views of Our Heavenly Home (1878); The Fountain with Jets of New Meanings (1870).


1836
Като Максимилиан Гульдберг (норвежское имя - Cato Maximilian Guldberg)
норвежский физикохимик и математик. Основные работы – в области химической кинетики и термодинамики. Совместно с П.Вааге открыл (1864–1867) закон действующих масс и исследовал условия равновесия. Развил (1870–1872) представления о сущности неопределенных химических соединений, впервые сформулировал принцип подвижного равновесия. Ввел в практику описания фазовых равновесий уравнения состояния и уравнения связывающие внутреннюю энергию тела с параметрами состояния – давлением и температурой.


1837
Мари Франсуа Сади Карно (французское имя - Marie François Sadi Carnot)
французский инженер и политик, президент Франции (1887—1894). Внук генерала Лазара Карно и племянник знаменитого физика Сади Карно, в честь которого получил редкое имя. Отец, Ипполит Лазар Карно, был политиком. Получив образование в лицее Кондорсе, Политехнической школе и Школе путей сообщения, Карно был командирован в Верхнюю Савойю для заведования общественными работами в этой незадолго перед тем присоединённой к Франции провинции. Во время войны 1870 г. Карно предложил свои услуги временному правительству и представил ему модель усовершенствованной им митральезы. Гамбетта рекомендовал Карно Фрейсине, при котором он состоял до 13 января 1871 г., когда Гамбетта назначил его префектом Нижней Сены и чрезвычайным комиссаром республики в департаментах Нижней Сены, Эры и Кальвадоса. Положение дел приняло в этой местности тревожный характер: пруссаки овладели Руаном и угрожали Дьеппу и Гавру. Карно вместе с генералом Луазелем энергически занялся подготовкой защиты Гавра и составил план фортификаций, который получил одобрение специалистов. Когда министров-сторонников продолжения войны сменило правительство Жюля Симона, желавшее немедленного заключения мира, Карно, убежденный в необходимости бороться до последней крайности, вышел в отставку. На выборах 8 февраля 1871 г. он был избран от департамента Кот-д’Ор в национальное собрание. При голосовании Франкфуртского договора он подал голос против него и был одним из 107 членов собрания, отказавшихся санкционировать уступку Эльзаса и Лотарингии. Карно вступил в состав республиканской левой и был одним из секретарей этой группы. В 1873 г. он был избран членом комиссии для поверки исполнения бюджета 1869 г., последнего при Империи. Начиная с 1871 г., Карно был постоянно избираем членом Генерального совета в своем родном департаменте. Избранный в 1876 г. членом палаты депутатов, Карно в 1876 и 1877 гг. состоял членом бюджетной комиссии и был докладчиком бюджета публичных работ. В эпоху кризиса, начавшегося 16 мая 1877 г., Карно участвовал в манифесте левых групп палаты и вотировал недоверие кабинету Брольи-Фурту в составе 363. Будучи снова избран депутатом на выборах 1877 г., Карно в августе 1878 г. был назначен товарищем министра публичных работ, а в сентябре 1880 г. получил портфель этого министерства в кабинете Ферри и сохранял его до ноября 1881 г.

В 1883 г. Карно избран председателем бюджетной комиссии; в 1883—1885 гг. палата избирала его одним из вице-президентов. При образовании в апреле 1885 г. кабинета Бриссона Карно вверен был портфель министерства публичных работ, но вскоре ему пришлось заменить Кламажерана на посту министра финансов, который он сохранил и в следующем кабинете, Фрейсине. Безукоризненно честный, прямой и искренний, Карно вопреки примеру своих предшественников не остановился перед изображением истинного состояния финансов, открыто заявил о дефиците и о необходимости покрытия его частью путем сбережений, частью при посредстве займа. Однако составленный Карно бюджет на 1887 г. встретил сильные возражения и не был утвержден палатою, вследствие чего Карно вышел в отставку; но это нимало не поколебало высокого положения Карно в глазах республиканского большинства, которое, ценя прямоту и твердость его, не замедлило вновь избрать его председателем бюджетной комиссии. В заседании палаты 5 ноября 1887 г. обсуждался вопрос о назначении комиссии для расследования скандальных фактов, с которыми были связаны лица, близкие к президенту республики Греви. Между прочим зашла речь о возвращении по желанию Греви его личному другу Дрейфюсу пошлин, взысканных с него (75000 франков) казною. Не одобряя этого распоряжения, сделанного преемником Карно по министерству финансов, Рувье заявил, что когда просьба о возвращении пошлин была обращена к Карно, то он отказался исполнить её, несмотря на то, что она находила влиятельную поддержку. Заявление это было встречено шумными знаками сочувствия на всех скамьях палаты. Этот случай имел решающее значение для возникновения кандидатуры Карно. на президентских выборах. Ввиду непримиримого разногласия республиканцев по отношению к главным кандидатам в президенты — Ферри, Фрейсине, Флоке и Бриссону, — возникла мысль об избрании такого лица, которое могло бы объединить представителей разных групп. Сторонники этого мнения остановились на Карно, как на деятеле с безупречною репутацией и притом с именем, с которым связаны традиции, драгоценные для республиканской Франции.

Памятник Карно работы Рауля Верле в Ангулеме, Франция, 1897.
Когда за два дня до заседания конгресса к Карно явилось трое представителей некоторых групп сената и палаты с предложением кандидатуры, Карно сказал: «я знаю, что нужен кандидат, который объединил бы на конгрессе не менее 500 республиканских голосов. Если избиратели полагают, что я могу явиться этим кандидатом, я не уклонюсь и употреблю все усилия, чтобы оказаться на высоте столь великой задачи. Но я не сделаю ни одного шага для того, чтобы добиваться успеха». 3 декабря 1887 г. происходило собрание конгресса для выбора президента. На первом голосовании из 849 голосов за Карно было подано 303, за Ферри — 212, за генерала Соссье — 148, за Фрейсине — 76, за генерала Аппера — 72, за Бриссона — 26, за Флоке — 5. На втором голосовании огромное большинство республиканцев соединилось на имени К., который и получил 616 голосов (из предшественников Карно только Тьер получил большее число голосов, на выборах 1871 г., когда он был выбран национальным собранием почти единогласно; Мак-Магон в 1873 г. получил всего 390 голосов, Греви в 1879 г. — 563 гол., а в 1885 г. — 457; преемник Карно, Казимир-Перье, получил 451 голос, Феликс Фор — 428 голосов). Семь лет президентства Карно заняли видное место в истории Третьей республики. В области внутренней политики они характеризуются упрочением республиканского строя. Брожение враждебных республике элементов, поднявших голову в эпоху (1888-1889) Буланже и буланжизма, довольно быстро улеглось, и конечная его неудача сделала республику ещё более популярной в глазах населения. Косвенным, но важным подтверждением этому служит то, что прочность республики нимало не поколебали даже такие неблагоприятные события, как «панамские скандалы» (1892-1893 гг.) и резкие проявления анархизма (1893) — события, которые при других условиях могли бы привести к значительным осложнениям. В области внешней политики годы президентства Карно ознаменовались поднятием международного значения и престижа Франции, которое выразилось, главным образом, в выходе её из прежнего изолированного положения и в тесном сближении с Россией (французско-русский союз), закрепленном демонстративным посещением французской эскадрой Кронштадта (1891) и ответным визитом русской эскадры в Тулоне (1893). Личное влияние Карно на ход внутренней и внешней политики ограничивалось законными рамками той роли, какую конституция Французской республики уделяла президенту; но в пределах этой роли Карно в высокой степени добросовестно выполнял свои обязанности и достойно представлял республику перед французским народом и Европой. В противоположность Греви, редко выходившему из своей замкнутости, К. охотно принимал активное участие в общественной жизни страны: присутствовал на публичных торжествах, поддерживал общественно-полезные предприятия, оказывал содействие населению во время бедствий, часто предпринимал поездки в различные части Франции. Будучи убежденным республиканцем, Карно держался вне активной борьбы партий и направлений, стараясь действовать по отношению к ним примирительно. Популярность Карно получила наглядное выражение в тех знаках печали и сочувствия, которые вызвала его трагическая смерть.

24 июня 1894 года после произнесения приветственной речи на выставке в Лионе Сади Карно было нанесено смертельное ножевое ранение итальянским анархистом Санте Казерио. Ночью президент скончался. Карно были устроены торжественные похороны на государственный счет, и тело его похоронено в Пантеоне. Карно умер за несколько месяцев перед истечением срока его полномочий, который наступал 3 декабря 1894 г. Несмотря на большие шансы быть снова избранным, Карно, по-видимому, принял решение не выставлять свою кандидатуру, находя, что вторичное избрание того же лица президентом республики не соответствует духу демократических учреждений Франции. Карно прожил самую короткую жизнь среди всех президентов Франции: она трагически оборвалась на 57-м году. В 1875 г. Карно перевёл на французский язык сочинение Д.С.Милля о революции 1848 г. («La Révolution de 1848 et ses détracteurs»). Литература: G. Hubbard, «Sadi Carnot» (II. 1888)