Цитата сообщения kakula 5 июля родились...


1723
Филипп II Эрнст Шаумбург-Липпский (немецкое имя - Philipp II. Ernst zu Schaumburg-Lippe)
граф Шаумбург-Липпе в 1777—1787 годах. Родился в Ринтельне. Сын графа Фридриха Эрнста Липпе-Альвердиссенского (1694—1777) и его супруги Елизаветы Филиппины фон Фризенхаузен (1696—1764). В 1777 году Филипп II наследовал в Шаумбург-Липпе своему дяде Вильгельму, оставшемуся без наследников. Умер в Бюккебурге 13 февраля 1787 года. В 1756 году Филипп женился в Веймаре на принцессе Эрнестине Альбертине Саксен-Веймарской (1722—1769), дочери герцога Эрнста Августа I Саксен-Веймар-Эйзенахского и Элеоноры Вильгельмины Ангальт-Кётенской. В этом браке родились Клеменс Август Эрнст (1757), Карл Вильгельм Фридрих (1759—1780), Георг Карл Фридрих (1760—1776) и Фридерика Антуанетта (1762—1777). Во второй раз граф Филипп сочетался браком в 1780 году в Филипстале с принцессой Юлианой Гессен-Филипстальской, дочерью ландграфа Вильгельма Гессен-Филипстальского и Ульрики Элеоноры Гессен-Филипсталь-Бархфельдской. Во втором браке родились: Элеонора Луиза (1781—1783); Вильгельмина Шарлотта (1783—1858), замужем за графом Эрнстом Фридрихом Мюнстер-Леденбургским; Георг Вильгельм (1784—1860), женат на Иде Каролине Луизе Вальдек-Пирмонтской; Каролина Луиза (1786—1846).


1724
Петр Дмитриевич Еропкин
видный российский военный и государственный деятель, участник Семилетней войны, сенатор, московский главнокомандующий. Сын рижского вице-губернатора Дмитрия Фёдоровича Еропкина (?-1750). Начал службу адъютантом при отце, бывшим в то время московским обер-комендантом в чине генерал-майора, в 1736 году. Позднее (1740е годы)был дежур-майором при московском главнокомандующем, генерал-аншефе Василии Яковлевиче Левашёве. Принимал участие в Семилетней войне (1756—1763), закончил её генерал-поручиком. В 1765 году был уволен по прошению с военной службы и назначен сенатором 5-го департамента Сената. Возглавлял Главную соляную контору (1769—1771 годы) и одновременно надзирал «за здравием всего города Москвы». Во время «Чумного бунта» 1771 года решительными мерами восстановил порядок в Москве: «Еропкину вверила Императрица (25 марта) попечение о сохранении Москвы от моровой язвы. Он учредил карантинные дома для опасно больных и особо для подававших надежду к выздоровлению; поручил ближайший надзор за ними искусным врачам; предоставил нескольким чиновникам попечительство над частями города, с подчинением им полицейской команды; запрещал скрывать тела в погребах, в колодезях и в огородах; приказывал немедленно отвозить мертвых за город на кладбища, предавая одежду их огню; посещал зараженных язвой; спрашивал их: „Получают ли они положенное? Не причинил ли им кто каких обид?“, и когда бунтовщики, умертвив Амвросия, овладели Кремлем, намеревались лишить жизни врачей, всех дворян, обратить Москву в пепел, он с горстью людей сумел разрушить замыслы злодеев: собрал сто тридцать солдат и полицейских служителей, взял несколько пушек; сначала убеждал, потом велел стрелять картечью, рассеял мятежников, перехватил многих, расставил пикеты в разных местах Кремля и Китай-города, восстановил порядок, получив, во время бунта, два сильных удара камнем в ногу и брошенным в него шестом; награжден за свою патриотическую ревность и мужественный дух, в чин генерал-поручика, орденом Святого Апостола Андрея Первозванного.» В 1774 году выходит в отставку. После двенадцати лет пребывания не у дел, назначен летом 1786 года московским главнокомандующим. Время пребывания на этом посту ознаменовано крупными градостроительными проектами (Московский водоотводной канал, ремонт старых и строительство новых мостов, укрепление Москворецкой набережной, строительство университетского корпуса на Моховой улице и др.), мероприятиями по улучшению снабжения города («для отвращения недостатка в хлебе» в Москве был открыт запасной хлебный магазин) и охране общественного порядка: увеличение численности московской полиции, учреждение при Управе благочиния двух гусарских эскадронов, осуществлявших патрулирование улиц и наблюдение за порядком во время массовых гуляний и публичных спектаклей. 19 февраля 1790 года (по старому стилю) был уволен в отставку «по собственному желанию». Существует мнение, что действительной причиной отставки явились не «болезнями истощённые силы» Еропкина, но желание Екатерины II, обеспокоенной событиями во Франции, иметь главнокомандующим в Москве человека, не такого мягкого, как Еропкин, ненадёжный в её глазах искоренитель крамолы. Выйдя в отставку, до самой смерти жил на Остоженке. Скончался скоропостижно за партией в рокамболь 19 февраля 1805 года. Похоронен в своем имении в селе Успенское Калужской губернии. Переулок между Остоженкой и Пречистенкой (бывший Сонцов, затем Шенин) в XVIII веке назван Еропкинским. Был хлебосольным и гостеприимным хозяином, по-старомодному сановит во внешности и манерах. Своё высокое положение сановника Империи подчёркивал, разъезжая повсюду с трубачом, трубившим, когда экипаж останавливался. На сохранившемся портрете Пётр Дмитриевич Еропкин изображен с орденами Святого Андрея Первозванного, Святого Владимира I степени, Святого Александра Невского и Святой Анны 1 степени.

1732
Генрих Иоганн фон Ливен (немецкое имя - Heinrich Johann von Lieven)
геральдист и генеалог остзейского дворянства, живший и работавший в Российской империи. Из Ливенов. В возрасте 17 лет поступил на австрийскую военную службу; через три года, в 1752 году, перешёл в чине поручика на службу в Россию. Участвовал в нескольких сражениях Семилетней войны, принимал участие в русско-турецкой войне 1768—1774 годов; в 1770 году был назначен командиром Сибирского пехотного полка и комендантом крепости Килии (Бессарабия). В 1775 году переведён комендантом в финляндскую крепость Давидов, а в 1789 году, согласно прошению, по болезни уволен в отставку в звании бригадира. Умер 3 февраля 1815 года. Последние 25 лет жизни Ливен посвятил своему увлечению — генеалогии и геральдике прибалтийского дворянства; хотел написать его подробную историю и с этой целью собирал материалы, которые систематически печатались в сборниках «Nord. Miscellen» (книги IX, Х, XV—XXIII). Сюда вошли статистико-топографические сведения о герцогствах Курляндии и Ceмигалии, исторические данные о временах шведского владычества в Лифляндии и Эстляндии и богатый запас материалов по истории лифляндского, эстляндского и курляндского дворянства. Им же составлены были комментарии к курляндскому и лифляндскому гербовнику («Nord. Misс.», книги XIII и XIV, страницы 5—562) и история родов графов Стенбок («Versuch einer historisch-, chronologisch- und biographischen Abstammung des heutigen gräflich Stenbockschen Geschlechts, von dessen ältesten bekannt gewordenen Ursprung an bis auf gegenwärtige Zeit fortgesetzt»; «Nord. Misc.», книги І и II, страницы 135—336). Кроме того, Ливену приписываются дополнения к «Лифляндской библиотеке» F.G.Gadebusch’а («Nord. Misс.», ХVIIІ). Литература: А.Гельвих. Ливен-фон, Генрих-Иоанн // Русский биографический словарь : в 25 томах. — Санкт-Петербург, 1914. — Том 10: Лабзина — Ляшенко. — Страница 423.


1735
Август Людвиг Шлёцер (немецкое имя - August Ludwig (von) Schlözer)
российский и германский историк, публицист и статистик. Один из авторов так называемой «норманской теории» возникновения русской государственности. Вёл научную полемику с М.В.Ломоносовым, содействовал публикации «Истории Российской» В.Н.Татищева. Вернувшись в Германию, Шлёцер получил место профессора Гёттингенского университета, преподавал историю и статистику. Автор работ по древнерусской грамматике, истории, палеографии. В 1803 г. за свои труды на ниве российской истории награждён орденом св. Владимира IV степени и возведён в дворянское достоинство. В последние годы жизни признал и доказывал аутентичность «Слова о полку Игореве». Работы Шлёцера имели большой научный резонанс в российской историографии второй половины XVIII — XX вв. Родился в Гагштадте, в семье пастора Иоганна Георга Фридриха Шлецера (умер в 1740). Его отец, дед и прадед были протестантскими священнослужителями. Рано лишившись отца, Шлецер был воспитан пастором Гайгольдом, отцом матери, и им же подготовлен и определён в ближайшую школу в Лангенбург. Дед вначале готовил его в аптекари, но, ввиду больших способностей внука, решил дать ему более обширное образование и перевёл его в школу в Вертгейме, начальником которой был его зять Шульц. Здесь Шлецер отличался замечательным прилежанием; под руководством Шульца он изучал Библию, классиков, занимался языками: еврейским, греческим, латинским и французским, а также музыкой, и находил ещё время давать уроки, доставлявшие ему средства на покупку книг. Достигнув 16 лет, в 1751 году Шлёцер отправился в известный в то время своим богословским факультетом Виттенбергский университет и стал готовиться к духовному званию. Защитив через три года диссертацию «О жизни Бога» — «De vita Dei», он перешёл в Геттингенский университет, начинавший тогда приобретать известность своей свободой преподавания. Одним из лучших профессоров был тогда Михаэлис, богослов и филолог, знаток восточных языков, имевший большое влияние на Шлёцера. Здесь Шлёцер стал изучать также географию и языки Востока в рамках подготовки к поездке в Палестину, а также медицину и политику. Для приобретения необходимых на путешествие средств принял в 1755 году предложенное ему место учителя в шведском семействе в Стокгольме. Занимаясь преподаванием, Шлёцер сам стал изучать готский, исландский, лапландский и польский языки. В Стокгольме же он издал первый свой учёный труд «История просвещения в Швеции» (Neueste Geschichte der Gelehrsamkeit in Schweden. — Rostock und Wismar. 1756—1760), а затем «Опыт всеобщей истории мореплавания и торговли с древнейших времен» (Farfök til en allman Historia am Handel och Sjöfart. Stockholm. 1758) на шведском языке, которая остановилась на истории финикиян. Желая практически познакомиться с торговлей и найти между богатыми купцами лицо, которое доставило бы ему средства для путешествия на Восток, Шлёцер поехал в 1759 в Любек. Поездка была безуспешна; в том же году он возвратился в Геттинген и занялся изучением естествознания, медицины, метафизики, этики, математики, статистики, политики, Моисеева законодательства и наук юридических. Такое обширное и разностороннее образование развивало в Шлецере критическое направление ума. В 1761 г. по приглашению Ф.И.Миллера приехал в Россию и занял место домашнего учителя и помощника его в исторических трудах с жалованием 100 руб. в год. В 1761—1767 гг. работал в Императорской Академии наук, адъюнкт с 1762 г., с 1764 ординарный академик, с 1765 ординарный профессор академического университета по русской истории. Почётный член Академии наук (1769) и Общества истории и древностей российских (1804). Шлёцер поставил себе три задачи: изучить русский язык, помогать Миллеру в его «Sammlung Russischer Geschichte» и заняться изучением русских исторических источников, для чего познакомился с церковнославянским языком. Скоро у него начались несогласия с Миллером. Шлёцер не мог удовольствоваться скромной ролью, которую ему ставил Миллер, и ушёл от него, и через Тауберта сделан был адъюнктом академии на неопределённое время. Шлёцер увлёкся летописями, но многое ему было непонятно. Случайно Тауберт нашёл рукописный немецкий перевод полного списка летописи, сделанный учёным А.-Б.Селлием, и Шлёцер занялся извлечениями из неё. Здесь он заметил связь летописного рассказа с византийскими источниками и стал изучать Георгия Пахимера, Константина Багрянородного, но так как оказалось, что одними византийскими источниками всего объяснить нельзя, то он стал заниматься славянским языком и по этому поводу высказал такой взгляд: «кто не знаком с греческим и славянским языками и хочет заниматься летописями, тот чудак, похожий на того, кто стал бы объяснять Плиния, не зная естественной истории и технологии». В 1764 г. Шлёцер, которому не нравилась перспектива быть ординарным академиком русским с 860 рублей жалованья, на что только он и мог рассчитывать, решил уехать в Германию, и там издать свои «Rossica» — извлечения из источников; для этой цели Шлёцер просит 3-годичный отпуск и предлагает в свою очередь два плана занятий.
I-й. Мысли о способе обработки русской истории; мысли эти следующие: русской истории пока нет, но она может быть создана им, Шлёцером. Для этого нужны: 1) studium monumentorum domesticorum, то есть изучение русских летописей: а) критическое (малая критика: собирание и сверка их для получения более верного текста), б) грамматическое, так как язык летописи во многих местах не ясен, в) историческое — сравнение летописей по содержанию друг с другом для того, чтобы отметить особенности и вставки в них и в других исторических сочинениях; 2) studium monumentorum extrariorum, изучение иностранных источников, главным образом, хроник: польских, венгерских, шведских, особенно византийских и монголо-татарских, даже немецких, французских и папских, так как, начиная с Х в., в них есть сведения о России. Критическое изучение должно вестись по следующему методу: 1) все рукописи должны получить своё имя и быть описаны «дипломатически», 2) историю разделить на отделы, лучше по великим князьям, и для каждого отдела составить особую книгу, в которую занести все сравнения, объяснения, дополнения и противоречия из русских и иностранных источников.
II-ой план Шлёцера касался распространения образования среди русского общества. Русская академия наук, — говорит он, — с 1726 г. по 1736 г. издала несколько хороших учебников, но с 1736 по 1764 г. она ничего не делала. Шлёцер предлагает издать ряд популярных сочинений на легком русском языке. Проекты его встретили противодействие со стороны академии, особенно Ломоносова и Миллера. Последний опасался, что Шлёцер за границей издаст собранный материал и что обвинение, как это незадолго перед этим случилось, падёт на него. В это дело вмешалась императрица, которая предложила Шлёцеру заниматься русской историей под её покровительством со званием ординарного академика и 860 рублей жалованья и разрешила выдать ему заграничный паспорт. По возвращении в Геттинген Шлёцер продолжал заниматься с русскими студентами, приезжавшими туда, но продолжать службу при тогдашних порядках в академии не согласился. Шлёцер уехал в Гёттинген и больше не возвращался, хотя срок его контракта истекал в 1770 г. В Гёттингене он издал в 1769 г. подробный лист летописей под заглавием «Annales Russici slavonice et latine cum varietate lectionis ex codd. X. Lib. I usque ad annum 879». Умер в Гёттингене 9 сентября 1809 года. Другие работы его по истории России: «Das neue veränderte Russland» (1767—1771); «Geschichte von Lithauen» (1872); «Allgem. Nord. Geschichte» (1772) и др. В 1770 г. Шлёцер делает попытку завязать снова отношения с академией, главным образом из финансовых побуждений, но из этого ничего не вышло. По возвращении из России Шлёцер занимает кафедру ординарного профессора философии в Гёттингене, затем, в 1772 году, после смерти основателя гёттингенской статистической школы Готфрида Ахенваля — его кафедру истории и статистики, а в 1787 году — кафедру политики. Но и в Геттингене Шлёцер следил за ходом исторической науки в России, и, когда в ней опять выступили молохи и скифы, престарелый Шлёцер снова берётся за русскую историю и пишет своего «Нестора» (1802—1809), которого посвящает императору Александру I. Жизнь его в Гёттингене посвящена была работам над статистикой, политикой и публицистической деятельности. Поэтому деятельность Шлёцера можно разбить на следующие отделы: 1) история вообще и в частности история русская; 2) статистика и публицистика. Отец: пастор Иоганн Георг Фридрих Шлёцер (? — 1740). Жена: дочь «профессора акушерского искусства» Иоганна Георга Рёдерераrude. Дети: Доротея (1770—1825) — первая женщина в Германии, получившая степень доктора философии; Христиан (1774—1831) — юрист, экономист; Карл (1780—1859) — предприниматель, композитор, русский консул в Любеке. До Шлёцера история была предметом чистой учёности, делом кабинетного учёного, далёким от действительной жизни. Шлёцер первый понял историю как изучение государственной, культурной и религиозной жизни, первый сблизил её с статистикой, политикой, географией и т. д. «История без политики даёт только хроники монастырские да dissertationes criticas». Wessendonck в своей «Die Begründung der neueren deutschen Geschichtsschreibung durch Gatterer und Schlözer» говорит, что Шлёцер сделал в Германии для истории то, что сделали Болинброк в Англии и Вольтер во Франции. До Шлёцера единственной идеей, связующей исторический материал, была богословская идея 4 монархий Даниилова пророчества, причем вся история Европы помещалась в 4-ю Римскую монархию; к этому надо ещё прибавить патриотическую тенденцию, под влиянием которой факты подвергались сильному искажению. В этот хаос Шлёцер ввел две новые, правда, переходного характера идеи: идею всемирной истории для содержания и по методу идею исторической критики. Идея всемирной истории заставляла изучать одинаково «все народы мира», не отдавая предпочтения евреям, или грекам, или кому-нибудь другому; она же уничтожала национальное пристрастие: национальность только материал, над которым работает законодатель и совершается исторический ход. Правда, что Шлёцер не обратил должного внимания на «субъективные элементы национальности, как на объект для научно-психологического исследования», но это объясняется его рационалистическим мировоззрением. Идея исторической критики, особенно благотворная для того времени, когда из благоговения к классическим авторам историк не мог усомниться ни в одном факте их рассказа, заключалась в требовании разбирать не самый рассказ, а источник его, и от степени серьёзности его отвергать факты или признавать их. Восстановление фактов — вот задача историка. Ход разработки исторического материала Шлёцер рисовал себе в постепенном появлении: Geschichtsammler’a, Geschichtsforscher’a, который должен проверить подлинность материала (низшая критика) и оценить ею достоверность (высшая критика), и Geschichtserzähler’a, для которого ещё не наступило время. Таким образом, Шлёцер не шел далее понимания художественной истории. С такими взглядами Шлёцер приехал в Россию и занялся исследованиями русской истории. Он пришел в ужас от русских историков: «о таких историках иностранец не имеет даже понятия!» Но сам Шлёцер с самого начала стал на ложную дорогу: заметив грубые искажения географических названий в одном из списков летописи и более правильное начертание в другом, Шлёцер сразу априори создал гипотезу об искажении летописного текста переписчиками и о необходимости для этого восстановить первоначальный чистый текст летописи. Этого взгляда он держится всю жизнь, пока в своём «Несторе» не замечает, что что-то неладно. Этот чистый текст есть летопись Нестора. Если собрать все рукописи, то путём сличения и критики можно будет собрать disiecti membra Nestoris. Знакомство только с немногочисленными летописными списками и главное — полное незнание наших актов (Шлёцер думал, что 1-й акт относится ко времени Андрея Боголюбского), главным образом, вследствие размолвки с Миллером, было причиной неудачи критической обработки летописей. Гораздо удачнее были его взгляды на этнографию России. Вместо прежней классификации, основанной на насильственном толковании слов по созвучию или смыслу, Шлёцер дал свою, основанную на языке. Особенно резко выступил он против искажения истории с патриотической целью. «Первый закон истории — не говорить ничего ложного. Лучше не знать, чем быть обманутым». В этом отношении Шлёцеру пришлось вынести большую борьбу с Ломоносовым и другими приверженцами противоположного взгляда. Особенно резко их противоречие в вопросе о характере русской жизни на заре истории. По Ломоносову и другим, Россия уже тогда выступает страной настолько культурной, что при рассмотрении дальнейшего хода её жизни не замечаешь почти изменения. По Шлёцеру же, русские жили «подобно зверям и птицам, которые наполняли их леса». Это повлекло его к ошибочному заключению, что в начале истории у славян восточных не могло быть торговли. Во всяком случае, Шлёцер в данном случае был ближе к истине, чем Ломоносов и др. Во взгляде на общий ход исторического развития Шлёцер не идёт дальше своих предшественников и современников: он заимствует его у Татищева. «Свободным выбором в лице Рюрика основано государство, — говорит Шлёцер — Полтораста лет прошло, пока оно получило некоторую прочность; судьба послала ему 7 правителей, каждый из которых содействовал развитию молодого государства и при которых оно достигло могущества… Но… разделы Владимировы и Ярославовы низвергли его в прежнюю слабость, так что в конце концов оно сделалось добычей татарских орд… Больше 200 лет томилось оно под игом варваров. Наконец явился великий человек, который отомстил за север, освободил свой подавленный народ и страх своего оружия распространил до столиц своих тиранов. Тогда восстало государство, поклонявшееся прежде ханам; в творческих руках Ивана (III) создалась могучая монархия». Сообразно с этим своим взглядом Шлёцер делит русскую историю на 4 периода: R. nascens (862—1015), divisa (1015—1216), oppressa (1216—1462), victrix (1462—1762). Шлёцер — самый выдающийся представитель гёттингенской статистической школы. Свой взгляд на статистику как науку он в значительной степени заимствовал у Ахенваля. Понимая статистику как отдельную научную дисциплину, он в то же время рассматривал её как часть политики; эти две области, по его мнению, находятся в такой же связи, как, например, знание человеческого тела с искусством лечить. Для расположения статистических материалов при разработке их он следует формуле: vires unitae agunt. Эти vires — люди, области, продукты, деньги, находящиеся в обращении, — суть создание государственного устройства; применение соединенных сил этих осуществляется администрацией. Шлёцеру принадлежит изречение: «история — это статистика в движении, статистика — это неподвижная история». Современному пониманию статистической науки подобный взгляд чужд, но прагматический метод Шлёцера оправдывает его постольку, поскольку он стремится при статистической разработке факторов государствоведения найти причинную зависимость между ними на основании изучения социальных и экономических данных прошлого отдельных стран. Этим ретроспективным методом пользовался Шлёцер, работая, по системе Ахенваля, над воссозданием картины нравственного благосостояния людей, параллельно с описанием материальных условий; такова, по его мнению, двойственная задача статистики. От истории как науки он требовал, чтобы ею принимались во внимание не только политические и дипломатические события, но и факты экономического порядка. Шлёцер прекрасно понимал, что статистика не может обойтись без цифр, но в то же время он был врагом так называемых «рабов таблиц», именно в силу той двойственности задачи, которую устанавливала для этой науки гёттингенская школа. Шлёцер известен как теоретик по вопросу о колонизации. Его взгляды в этом отношении были для того времени вполне оригинальны. Способ обработки земли, условия для жизни, статистика посевов и урожаев — все это он требовал принимать в соображение при обсуждении мер для поощрения или для задержания переселения. Стремление государства увеличить народонаселение должно идти рука об руку со стремлением расширить и облегчить способы пропитания, так как, — говорил он, — «хлеб всегда создаст людей, а не наоборот». Более 10 лет Шлёцер пользовался громадной известностью как публицист и издатель «Staatsanzeigen». Вооружаясь против злоупотреблений дарованными правами, против произвола, крепостничества, он наводил страх на немецких деспотов, дрожавших за сохранение средневековых порядков в своих княжествах. Долго и упорно возобновлял он пропаганду английского Habeas corpus act, по его мнению, все государства материка должны были ввести её у себя. Таким образом Шлёцер на несколько десятилетий опередил своих современников. Главный труд: «Несторъ. Russische Annalen in ihrer Slavonischen GrundSprache: verglichen, von SchreibFelern und Interpolationen möglich gereinigt, erklärt, und übersetzt, von August Ludwig von Schlözer, Hofrath und Professor der StatsWissenschaften in Göttingen, des Kaiserl[ichen] Russischen Ordens des heil[igen] Wladimirs 4ter Klasse Ritter» (Göttingen: bei Heinrich Dieterich, 1802—1805, Teile 1—4; von Vandenhoek und Ruprecht, 1809, Teil 5; заголовок в разных томах несколько различается); в русском переводе «Нестор. Русские летописи на древнеславянском языке, сличенные, переведенные и объясненные А.Шлецером» (Санкт-Петербург, 1808). Сочинения: Русская грамматика. Части I-II. С предисловием С.К.Булича. Издание Отделения русского языка и словесности (ОРЯС) Императорской академии наук. Санкт-Петербург, 1904.. /Публикация немецкого оригинала с предисловием С.К.Булича; Русский перевод «Русской грамматики» в издании В.Ф.Кеневича Общественная и частная жизнь Августа Людвига Шлецера, им самим описанная: Пребывание и служба в России, от 1761 до 1765 г.; известия о тогдашней русской литературе. Перевод с немецкого с примечаниями и приложениями В.Кеневича. Сборник Отделения русского языка и словесности Императорской академии наук, том XIII. Санкт-Петербург, 1875. Страницы 419—451; «Versuch einer allgemeinen Geschichte der Handlung und Seefart in den ältesten Zeiten» (Росток, 1761); «Systema politices» (Геттинген, 1773); «Briefwechsel meist historischen und politischen Inhalts» (1776—1782); «Historische Untersuchungen über Russlands Reichsgrundgesetze» (Гота, 1776); «Entwurf zu einem Reisecollegium nebst einer Anzeige des Zeitungskollegii» (1777); «Nähere Anzeige des sogenannten Zeitungscollegii» (1791); «Staatsanzeigen als Fortsetzung des Briefwechsels» (1782—1793); «Staatsgelartheit nach ihren Haupteilen in Auszug und Zusammenhang» (Геттинген, 1793—1804); «Kritische Sammlung zur Geschichte der Deutschen in Siebenbürgen» (1795—1797). Кроме того, издал работу Ахенваля: «Staatsverfassung der europäischen Reiche im Grundrisse» (Геттинген, 1784). Литература: Общественная и частная жизнь Августа Людвига Шлецера, им самим описанная: Пребывание и служба в России, от 1761 до 1765 г.; известия о тогдашней русской литературе. / Перевод с немецкого с примечаниями и приложениями В. Кеневича. // Сборник Отделения русского языка и словесности Императорской академии наук. — Том XIII; Попов А. Шлецер, рассуждение о русской историографии. // «Московский сборник». — 1847; Соловьёв. Шлецер и антиисторическое направление. // «Русский вестник». — 1856, том II; 1857, том VIII. «Отечественные записки». — 1844. — № 8; Милюков П.Н. Главные течения русской исторической мысли. — 1898; Бестужев-Рюмин К.Н. Русская история. — Том I; Джаксон Т.Н. Он подготовил развитие исторической науки XIX века: Август Людвиг Шлёцер // Историки России. XVIII — начало XX века / Редколлегия: М.Г.Вандалковская, Р.А.Киреева, Л.А.Сидорова, А.Е.Шикло; Ответственный редактор член-корреспондент Российской Академии наук А.Н.Сахаров; Институт российской истории Российской Академии наук — Москва: НИЦ «Скрипторий». — 2000 экземпляров — ISBN 5-7471-0003-3. (в переплёте); L. Schlözer’s öffentliches und Privat-Leben, von ihm selbst beschrieben. / Автобиография. — Göttingen, 1802; O. und P—L. A. L. Schlözer aus originalen Kunden vollständig beschrieben von dessen ältesten Sohne Christ. von Schlözer. — Lpz., 1828; Pütter. Akademische Gelehrtengeschichte von der Universität Göttingen; Lueder. Kritische Geschichte der Statistik. — Göttingen, 1817; Mone. Historia statisticae adumbrata Lowanii. — Лёвен, 1828; Schubert. Handbuch der allgemeinen Staatskunde. — Königsberg, 1835; Döring. A. L. von Schlözer nach seinen Briefen und anderen Mitteilungen dargestellt. — 1836; Fallati. Einleitung in die Wissenschaft der Statistik. — Тюбинген, 1843; Bock A. Schlözer. Ein Beitrag zur Literaturgeschichte des XVIII Jahrhunderts. — Hannover, 1844; Mohl. Geschichte und Litteratur der Staatswissenschaften. — Erlangen, 1855—1858; Jonak. Theorie der Statistik. — Wien, 1856; Biographie universelle ancienne et moderne. — T. XXXVIII. — P., 1863; Kaltenborn. A. L. von Schlözer. // D. St.-W. von Bluntschli und Brater. — T. IX. — Stuttgart, 1865; Ad. Wagner // D. St.-W. von Bluntschli und Brater. — T. X. — 1867; Waitz. Göttinger Professoren. — Gotha, 1872; Roscher. Geschichte der Nat. — Мюнхен, 1874; Zermelo. А. L. Schlözer, ein Publicist in alten Reich. — B., 1875; Wesendonck. Die Begründung der älteren deutschen Greschichtschreibung durch Gotterer und Schlözer. — Lpz., 1876; Haym. Herder. — T. I. — B., 1877—1880; Bernays J. Phokion. — B., 1881; John. Geschichte der Statistik. — Stuttgart, 1884; Block. Traité de statistique. — P., 1886; Mayr und Salwioni. La statistika e la vita sociale. — Torino, 1886; Wenek. Deutschland vor hundert Jahren. — Lpz., 1887—1890; Gabaglio. Teoria generale de la statistika. — Milano, 1888; Westergaard. Theorie der Statistik. — Jena, 1890; Frensdorff. A. L. Schlözer. // Allgemeine deutsche Biographie. — T. XXXI. — Lpz., 1890.


1750
Франсуа Пьер Ами Аргант (François Pierre Ami Argand)
выдающийся швейцарский физик и химик, конструктор, изобретатель XIX века. Франсуа Пьер Ами Аргант родился в городе Женеве в Швейцарии, в протестантской семье среднего достатка. Он стал девятым ребёнком из десяти детей местного мастера часовых дел Жана-Луи Арганта. Сперва он учился в Женеве, на факультете литературы. Позднее, учась на на кафедре философии, под влиянием выдающегося натуралиста эпохи, Ораса Бенедикта де Соссюра, решил посвятить себя изучению тайн физики и химии. По совету последнего, в 1775 году Франсуа Пьер Ами Аргант продолжил учебу в столице Франции городе Париже под руководством Антуана Лорана Лавуазье и Антуана де Фуркруа. В 1780 году Франсуа Пьер Ами Аргант переехал в город Мез в Лангедоке. Там, на винной фабрике Арган разработал улучшенный метод перегонки и в результате внедрения этого изобретения течение следующих трёх лет заработал немалое состояние, после чего, в 1783 году Ами Аргант вернулся в родной город. Около 1782 года он разработал оригинальный масляный светильник (горелку) с фитилём в виде полой трубки и двойной конвекции, которые получили название по имени изобретателя — «Аргандова лампа»[3]. Этот осветительный прибор давал в 10-12 раз больше света, чем обычная свечка и в несколько раз больше, чем лампы с традиционными (полными) фитилями. В том-же году, в столице Британской империи городе Лондоне было налажено производство аргадовых ламп. В 1783 году, вместе с братьями Монгольфье (Жозефом-Мишелем и Жаком-Этьенном) ставил революционные эксперименты с воздушными шарами наполненными горячим воздухом. 19 сентября 1783 года в Версале (под Парижем) в присутствии короля Людовика XVI во дворе его замка в час дня воздушный шар взмыл в воздух, унося в своей корзине первых воздушных путешественников, которыми были баран, петух и утка. Шар пролетел 4 километра за 10 минут. Для его наполнения потребовалось 2 пуда (32 кг) соломы и 5 фунтов (2,3 кг) шерсти. Оболочка шара была сделана из холста, в верхней части изнутри оклеена бумагой и усилена веревочной лентой. Используемую для этой цели бумагу изготовил Аргант, и он же, позднее, стал автором идеи наполнения баллонов с газом легче воздуха (водородом). После этого Ами Аргант внес ряд усовершенствований процесс в чесания и прядения хлопка. Франсуа Пьер Ами Аргант скончался в Лондоне 14 октября 1803 года.

1753
Джонатан Хорнблауэр (Jonathan Hornblower)
английский изобретатель двухцилиндрового двигателя. Умер Пенрине 23 февраля 1815 года.


1755
Теодор фон Рединг (немецкое имя - Theodor von Reding; также -Теодор Рединг фон Биберегг, Theodor Reding von Biberegg)
швейцарский генерал времён Наполеоновских войн, состоявший на службе Испании. Герой Пиренейских войн. Родился в Швице. Брат швейцарского политика Алоиса фон Рединга. Поступил на службу в испанскую армию в возрасте 16 лет. В 1806—1808 годах занимал должность губернатора Малаги. В июле 1808 года сыграл решающую роль в битве при Байлене, находясь в звании генерал-лейтенанта под командованием Франсиско Хавьера Кастаньоса, разрушив миф о непобедимости французской армии. Позднее был направлен на службу в Каталонию и был назначен губернатором Таррагоны и генерал-капитаном Каталонии. Участвовал в нескольких битвах против наступающих войск наполеоновского генерала Лорана де Гувиона Сен-Сира. Умер в Таррагоне от последствий ранений 23 апреля 1809 года. Похоронен в Таррагоне. В Малаге именем швейцарского генерала назван бульвар.


1755
Сара Кембл Сиддонс (Sarah Kemble Siddons; собственное имя - Сара Кембл, Sarah Kemble)
английская актриса. Родилась в Брекноке (Уэльс). Дочь актера и театрального антрепренера, три ее брата также стали актерами, наиболее известен из них Джон Филип Кембл. В 1773 вышла замуж за У.Сиддонса, актера странствующей труппы своего отца, Р.Кембла. Наслышанный об игре Сиддонс Д.Гаррик пригласил ее в 1775 в театр «Друри-Лейн» на роль Порции в Венецианском купце Шекспира. Дебют в Лондоне оказался неудачным, и актриса вернулась в провинцию. В 1782 она снова – на этот раз с триумфом – выступила на сцене «Друри-Лейн» в роли Изабеллы в пьесе Гаррика Роковой брак (The Fatal Marriage). Известность актрисе принесли ее классическая красота, мастерство сценической речи, но прежде всего трактовка образа леди Макбет: Сиддонс считается едва ли не лучшей леди Макбет в истории мирового театра. К числу других ее актерских удач относятся Дездемона и Волумния в шекспировском Кориолане. Сиддонс оставила сцену в 1818 после ряда триумфальных прощальных спектаклей. Умерла Сиддонс в Лондоне 8 июня 1831 года. В 1952 году в Чикаго было создано «Общество Сары Сиддонс» и учреждена ежегодная театральная премия её имени. Литература: Manvell R. Sarah Siddons: portrait of an actress. New York, Putnam, 1970; Jonson M. A troubled grandeur; the story of England’s great actress, Sarah Siddons. Boston: Little; Brown, 1972; Kelly L. The Kemble era: John Philip Kemble, Sarah Siddons and the London stage. New York : Random House,1980; Asleson R. A passion for performance: Sarah Siddons and her portraitists. Los Angeles: J. Paul Getty Trust ; Garsington: Windsor, 2001; Seewald J. Theatrical Sculpture. Skulptierte Bildnisse berühmter englischer Schauspieler (1750—1850), insbesondere David Garrick und Sarah Siddons. München: Herbert Utz Verlag, 2007.


1761
Луи-Леопольд Буальи (также Буайи; французское имя - Louis-Léopold Boilly)
французский живописец и гравёр. Родился в Ла-Басе, департамент Нор, Франция. Луи-Леопольд Буальи был самоучкой, писал картины с 12 лет. Буальи ценили за его способности в портретном жанре. Также он создал несколько произведений в бытовом жанре, которые демонстрируют образ жизни среднего класса во Франции в конце XVIII век - начале XIX век. В конце XIX — начале XX века на страницах Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона давалась следующая оценка его творчеству: «Милые по содержанию, прекрасно передающие нравы и жизнь его времени, отличающиеся вкусом и тонкостью исполнения, его жанровые картины доныне очень ценятся любителями живописи». Сын Буальи Жюльен Леопольд (французское имя - Julien Léopold Boilly; 1796—1874) также стал живописцем, другой сын — Альфонс (1801—1867) занимался изготовлением гравюр. Умер в Париже 4 января 1845 года.

1764
Томас Хислоп (Thomas Hislop)
генерал-лейтенант Британской армии, участник колониальных войн конца XVIII — начала XIX вв. Родился в Лондоне. Томас Хислоп был третьим сыном подполковника Королевской Артиллерии Уильяма Хислопа. Как и оба его старших брата, он пошёл по стопам отца, выбрав военную карьеру. После обучения в Королевской военной академии в Вулидже он в 1778 году стал прапорщиком в 39-м пехотном полку. Впервые Томас Хислоп принял участие в боевых действиях в годы войны американских колоний за независимость, когда его полк нёс гарнизонную службу во время большой осады Гибралтара. В 1783 году, в конце войны, Хислоп стал лейтенантом, а в 1785 году — капитаном; в течение месяца он прослужил в 100-м пехотном полку, а затем вернулся в 39-й. В 1792 году он покинул свой полк, так как стал адъютантом генерала Дэвида Дандэса, с которым участвовал во вторжении на Корсику во время войны первой коалиции. После взятия Сен-Флорана он был отослан в Британию, произведён в майоры и назначен адъютантом к Джеффри Амхерсту. В 1795 году Хислоп по поручению принца Уэльского выполнил секретное дипломатическое поручение в Германии, после чего был произведён в подполковники 115-го пехотного полка; шесть месяцев спустя он вернулся в 39-й полк. В 1796 году полк был послан в Вест-Индию, и Хислоп принял участие в захвате голландских колоний Демерара, Бербисе и Эссекибо, где остался в качестве командующего организованного на месте Вест-Индского полка. После Амьенского мира 1802 года Хислоп стал губернатором Тринидада. В 1809-18010 годах Хислоп принял участие во вторжении на французские Наветренные острова под командованием генерал-лейтенанта Джорджа Беквита, командуя на завершающих стадиях операции дивизией. Будучи произведённым в генерал-майоры, он в 1811 году вернулся в Британию по причине плохого здоровья. В 1812 году Хислоп был произведён в генерал-лейтенанты и назначен главнокомандующим в Бомбее, но фрегат «Ява», на котором он плыл к месту новой службы, был 29 декабря 1812 года перехвачен американским фрегатом «Конститьюшн». Хислоп стал пленником, был отпущен в бразильском Салвадоре, откуда вернулся в Британию. В Индию он прибыл только в 1814 году, расположившись в Мадрасе. В том же году он за успехи по службе стал баронетом и рыцарем-командором ордена Бани. В 1817 году разразилась третья англо-маратхская война, в которой Хислоп командовал одной из основных британских группировок. 21 декабря 1817 года он разбил Малхар Рао Холкара в битве при Махидпуре, после чего принял капитуляцию пограничных маратхских фортов. Отказавшийся сдаться форт Талнар был осаждён Хислопом, после взятия форта все его 300 защитников были вырезаны. По окончании войны армейская группировка, которой командовал Хислоп, была расформирована, а он сам за одержанные победы стал Рыцарем Большого креста ордена Бани. По распоряжению генерал-губернатора Индии Фрэнсиса Роудон-Гастингса было проведено расследование действий Хислопа в Талнаре, в результате чего он был персонально исключён из поданного в Палату Общин списка для вынесения благодарности. Его имя также оказалось замешанным в скандале, связанном с распределением захваченных у маратхов сокровищ. Несмотря на то, что его взял под политическую защиту герцог Веллингтон, Хислоп был в 1820 году отстранён от службы. Тем не менее он остался в Индии, и в 1822 году женился в Мадрасе на Эмме Эллиотт. Впоследствии он был почётным полковником 51-го и 49-го пехотного полков, а по возвращении в Британию несколько лет служил шталмейстером у герцога Кембриджского. Умер в Лондоне 3 мая 1843 года.


1764
Янош Лавотта (János Lavotta)
венгерский скрипач и композитор. Музыкальной образование получил в Вене, где выступил с первым самостоятельным концертом. С 1786 г. в основном жил в Будапеште; здесь начал исполнять в концертах и собственные сочинения. В 1792-1793 гг. возглавлял Будапештский музыкальный театр. Несколько лет гастролировал с огромным успехом во многих странах Европы. Лавотта одним из первых венгерских композиторов получил широкое признание за рубежом Европы. Он автор многих скрипичных пьес - полонезов, лендлеров и др.; большая часть их написана в стиле вербункош. Романтические похождения Лавотта послужили темой оперы Е.Хубая "Любовь Лавотты" и одноименной оперетты Н.Варна. Умер 11 августа 1820 года.


1772
Людовик I (итальянское имя - Ludovico I)
первый король Этрурии. Родился в Пьяченце, в семье герцога Пармского Фердинанда и его жены Марии-Амалии, урождённой эрцгерцогини Австрийской. Будучи в Испании, женился на своей кузине Марии-Луизе, дочери Карла IV. В это время Парма была захвачена Наполеоном, который предложил Людовику в качестве компенсации титул короля Этрурии — нового государства, образованного на землях герцога Тосканского. Людовик согласился и после визита в Париж отправился в новые владения. Вскоре он умер во Флоренции от эпилепсии, не свершив ничего выдающегося 27 мая 1803 года. Дети: Карл II (герцог Пармский); Мария-Луиза, жена Максимилиана Саксонского.


1775
Уильям Кротч (Кроч; William Crotch)
английский композитор. Родился в Норидже. Умер в Тонтоне 29 декабря 1847 года.


1780
Франсуа Карло Антоммарки (французское имя - François Carlo Antommarchi)
французский врач XIX века. Франсуа Карло Антоммарки родился в Морсилье (ныне — в департаменте Верхняя Корсика). Ф.К.Антоммарки получил образование в Италии в медицинском университете города Пизы, по окончании которого с 1812 года работал прозектором в больнице Санта-Марии во Флоренции. В 1818 году, по просьбе кардинала Йозефа Феша и матери Бонапарта, Антоммарки было поручено отправиться вместе с императором Наполеоном I в изгнание на остров Святой Елены, чтобы оказывать ему необходимую медицинскую помощь в случае необходимости, так как врач последнего, О’Меара, незадолго до этого был отстранён от должности.

Смерть Наполеона. У кровати усопшего доктор Франсуа Антоммарки
После смерти бывшего императора Франсуа Антоммарки заявил, что Наполен скончался не от рака желудка, а от свирепствовавшей на острове лихорадки, и уклонился от подписания акта вскрытия. Через Англию он вернулся в Италию, а затем поселился в столице Франции городе Париже, где в 1823 году издал двухтомный труд «Les derniers moments de Napoléon», который был весьма распространен. Во время Польского восстания 1830 года Антоммарки в качестве врача отправился в Варшаву. Оттуда он вернулся в Париж, в конце 1831 года переселился в Италию, а в 1836 году переехал в Новый Свет (где он жил сначала в Новом Орлеане), затем — на Карибы. Франсуа Карло Антоммарки скоропостижно скончался в городе Сантьяго-де-Куба 3 апреля 1838 года.

1781
Людвиг Хайн (Ludwig Friedrich Theodor Hain)
немецкий библиограф и историк книги. Составил "Библиографический репертуар" (1826-38, описаны 16 299 инкунабул), ставший основой для всех последующих инкунабуловедческих исследований. Умер 27 июня 1836 года.

1781
Аизава Сейшисаи (Aizawa Seishisai; урождённый - Айдзава Ясуши, Aizawa Yasushi)
японский мыслитель националистической школы Мито конца периода сегуната. В 1799 он стал участвовать в составлении Дай Нихон-ши (История Великой Японии), проводимой школы Мито. В 1825 году он написал свою Shinron ("Новые тезисы"), сборник очерков, которые в основном касались концепции кокутаи ("национальное государство"), термин, который популяризировал Айдзава. Shinron предупредил угрозы со стороны иностранных судов, а затем стал важной работой для движения Сонно Дзеи. В 1840 Айдзава стал первым главой профессора Кодокан школы Мито, но был вынужден уйти в отставку в 1844 году, когда Токугава Nariaki подал в отставку с поста лидера домена Позже он вернулся в Кодокан. Умер в 1863 году.


1785
Леопольдо Нобили (итальянское имя - Leopoldo Nobili)
итальянский физик-экспериментатор. Был сыном мэра родного города, принадлежавшего к знатному Дому Эсте. Юность провёл в родном городе, позже поступил в военную академию в Модене. Поступил на службу в армию Наполеона Бонапарта, имел звание капитана артиллерии и был одним из адъютантов Евгения Богарне. В составе наполеоновской армии принял участие в походе в Россию в 1812 году, за что был награждён орденом Почётного Легиона. После возвращения в Италию оставил военную службу и стал директором завода про производству боеприпасов в Брешии. Одновременно с этим он возобновил учёбу, решив теперь изучать физику и в первую очередь электрические явления, и вскоре опубликовал свои первые научные работы в этой области. В 1820-е годы много путешествовал по Европе, читал лекции по физике в ряде университетов и встречался со многими известными учёными того времени. В 1831 году принял участие в восстании 1831 года, в результате чего был вынужден отправиться в изгнание во Францию, однако уже год спустя смог вернуться в Тоскану и опубликовал фундаментальную работу «История современной экспериментальной физики». В 1832 он был назначен профессором физики в Королевском музее физики и естественной истории во Флоренции, где совместно с его директором, Винченцо Антинори, начал заниматься экспериментами по изучению электромагнитной индукции; в 1833 году по предложению Леопольдо II возглавил кафедру экспериментальной физики в данном учреждении; в том же году стал академиком Парижской академии наук, а в 1835 году — членом-корреспондентом Берлинской академии наук. Умер 22 августа 1835 года — как предполагается, от перенапряжения и последствий ранений, полученных во время войны в России. Был похоронен в базилике Санта-Кроче во Флоренции. По мнению профессора Балетти, был одним из самых выдающихся итальянских учёных XIX столетия. Большая часть научных работ Нобили была посвящена электромагнетизму. В 1825 году он изобрёл высокочувствительный гальванометр, получивший его имя, представив его в мае того же года Итальянскому обществу наук в Модене; впоследствии это изобретение было признано важной вехой в истории электромагнетизма. Уже в следующем году он создал совместно с Мачедонио Меллони термопару — термомультипликатор высокой чувствительности и одновременно астатический гальванометр, а ещё через год совместно с ним же занимался исследованиями «прозрачности» различных тел относительно прохождения через них тепловых лучей и теплового спектра Солнца. В 1831 году получил искру от индукционных токов и первым сформулировал правило для определения направления их течения. Занимался также изучением электролиза. Помимо научных работ оставил также двухтомник воспоминаний. В честь Нобили названы: Чёрный электрический скат (Torpedo nobiliana Bonaparte, 1835); кратер на Луне. Литература: Храмов Ю.А. Нобили Леопольдо (Nobili Leopoldo) // Физики: Биографический справочник / Под редакцией А.И.Ахиезера. — Издание 2-е, исправленное и дополненное — Москва: Наука, 1983. — Страница 198. — 400 страниц — 200 000 экземпляров (в переплёте)


1789
Фаддей Венедиктович Булгарин
писатель, журналист, критик, издатель; «герой» многочисленных эпиграмм Пушкина, Вяземского, Баратынского, Лермонтова, Некрасова и многих других. Семья Булгариных происходит из шляхты Речи Посполитой. Родился в имении Перышево, Минское воеводство Великого княжества Литовского. Отец, ярый республиканец, дал ему имя в честь Тадеуша Костюшко. Мать в детстве отвезла Булгарина в Санкт-Петербург, где он в 1798—1806 гг. учился в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе. Плохо знал русский язык и в годы учёбы, наделённый импульсивным характером, постоянно конфликтовал с преподавателями и соучениками. Начал писать басни, сатиры. В 1806—1807 гг. участвовал в военных действиях против французов. Был ранен под Фридландом и награждён орденом Анны 3-й степени. В 1808 участвовал в шведской кампании. За одну из сатир несколько месяцев провёл под арестом; попался на глаза великому князю Константину Павловичу одетым в маскарадный костюм в день дежурства. Трения с начальством закончились увольнением из армии в чине поручика (1811). Перебрался в Варшаву, затем в Париж, вступил в армию и в составе Польского легиона воевал в Испании. В 1812 г. участвовал в походе французской армии в Россию, был награждён орденом Почётного легиона, получил чин капитана. В 1814 г. сдался в плен прусским войскам. По окончании войны вернулся в Варшаву. В 1816 г. был в Санкт-Петербурге, затем переехал в Вильно. Управлял близлежащим имением своего дяди и начал публиковаться, в основном анонимно, на польском языке, в виленских периодических изданиях «Dziennik Wileński», «Tygodnik Wileński», «Wiadomości Brukowe». Интенсивно общался с местными либеральными польскими литераторами и преподавателями Виленского университета, входившими в Товарищество шубравцев («бездельников»; 1817—1822). В январе 1819 г. Булгарин стал даже его почётным членом; после отъезда из Вильно поддерживал с шубравцами тесные контакты. В 1819 г. Булгарин окончательно поселился в Санкт-Петербурге, завёл связи в столичных литературных кругах, познакомился с Н.М.Карамзиным (1819), Н.И.Гречем (1820), К.Ф.Рылеевым, А.А.Бестужевым и Н.А.Бестужевым, В.К.Кюхельбекером, А.С.Грибоедовым, А.О.Корниловичем. В Санкт-Петербурге развернулась его литературная и издательская деятельность. После поражения декабристов с созданием III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии сотрудничает с ним, заслужив репутацию осведомителя. В 1819—1820 гг. анонимно или под криптонимом публикует стихи, очерки, воспоминания в Санкт-Петербургской газете на польском языке «Ruski inwalid czyli wiadomości wojenne» (польская версия «Русского инвалида»; (1817—1821). В 1820 г. появляются первые публикации Булгарина на русском языке (обозрение польской словесности в «Сыне отечества»), вступает в Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. На первых порах активно пропагандирует польскую культуру, пишет статьи по истории и литературе Польши, переводит польских авторов. Участвовал в выпусках альманаха «Полярная звезда». Писал статьи, военные рассказы, путевые записки, очерки, сказки, исторические повести и романы. Вершина литературной карьеры Булгарина — роман «Иван Выжигин» (Санкт-Петербург, 1828) который стал первым в России бестселлером (всего было продано более десяти тысяч экземпляров). Роман «Иван Выжигин» был настолько популярен, что, по желанию читателей, Фаддей Венедиктович написал его продолжение «Пётр Иванович Выжигин» (Санкт-Петербург, 1831). Именно завистью к своему успеху у читающей публики он объяснял злобу со стороны собратьев по перу, таких как Пушкин, Лермонтов и других. Фантастически-утопический очерк Булгарина "Правдоподобные небылицы, или Странствования по свету в двадцать девятом веке" (1824) считается первым в русской литературе описанием путешествия во времени. Написал также большое собрание воспоминаний. Особенно известен как предприимчивый издатель. Был создателем первого в России театрального альманаха «Русская талия» (1825), где опубликовал отрывки «Горе от ума» Грибоедова. В 1822—1829 гг. издаёт журнал «Северный архив» (с 1825 г. совместно с Н. И. Гречем) и выпускаемые в качестве приложения к нему «Литературные листки» (1823—1824), в 1825—1839 гг. соредактор и соиздатель Греча по журналу «Сын отечества», с 1829 г. объединённого с «Северным архивом» и выходящего под названием «Сын отечества и Северный архив».Наибольшую известность приобрёл как редактор-издатель первой частной российской политической и литературной газеты «Северная пчела», которую (вместе с Гречем) издавал с 1825 г. до конца жизни. Несмотря на успешную и плодотворную издательскую деятельность, Фаддей Венедиктович и «Северная пчела» в наши дни поминаются по большей части в связи с развернувшейся в этой газете травле Пушкина. Чувствовал себя человеком русской культуры и молодому Адаму Киркору советовал писать на русском языке. В то же время поддерживал связи с виленской культурной средой, переписывался с местными литераторами, выписывал альманах Киркора «Teka Wileńska».Александр Бестужев-Марлинский в статье «Взгляд на старую и новую словесность в России» (1823) отзывался о нём так: «Булгарин, литератор польский, пишет на языке нашем с особенной занимательностью. Он глядит на предметы с совершенно новой стороны, излагает мысли свои с какой-то военной искренностью и правдой, без пестроты, без игры слов. Обладая вкусом разборчивым и оригинальным, который не увлекается даже пылкой молодостью чувств, поражая незаимствованными формами слога, он, конечно, станет в ряд светских наших писателей». Умер в имении Карлово близ Дерпта) 13 сентября 1859 года.

Похоронен на кладбище в Тарту (Эстония). Произведения: Правдоподобные небылицы, или Странствование по свету в XXIX веке (1824); Невероятные небылицы, или Путешествие к средоточию Земли (1825); Сцена из частной жизни в 2028 году (1828); Эстерка (исторический роман; 1828); Иван Иванович Выжигин (1829); Дмитрий Самозванец (исторический роман; 1830); Воздушный шар Архипа Фаддеича, или Утешение в горестях (1830); Мазепа (исторический роман; 1834); Дух фон-Визина на нижегородской ярмарке (1834); Где раки зимуют (1836); Отрывок из статистических и этнографических записок, ведённых глухо-немо-слепым путешественником во время пребывания его в безымённом городе, лежащем в неоткрытой поныне стране (1836); Разговор в царстве мёртвых (1836); Похождения Митрофанушки на Луне (1837); Памятные записки Чухина (1841); Беглая мысль (1842); Метемпсихоза, или Душепревращение (1842); Путешествие к антиподам на Целебный остров (1842); Письмо жителя кометы Белы к жителям Земли (1843); Письмо жителя кометы Белы к тому же самому жителю Земли (1843); Предок и потомки (сатирическая повесть; 1843); Первые сибирские воздухоплаватели (1845). Литература: А.Н. Военная служба Ф.В.Булгарина. 1805-1811 // Русская старина, 1874. – Том 9. – № 4. – Страницы 776—779; Булгарин Ф.В. Донесение в нарвскую городовую полицию от 18 сентября 1837 г. / Сообщено Д.Л.Мордовцевым // Исторический вестник, 1881. - Том 8. - № 10. - Страницы 446-447; Булгарин Ф.В. Письмо Булгарина к Гречу от 15 октября 1836 г. // Русский архив, 1870. - Издание 2-е. - Москва, 1871. - Столбцы 1943-1944; Булгарин Ф.В. Письмо Булгарина к И.П.Липранди. (О Северной Пчеле) от 23 марта 1855 г. / Публикация Н.Барсукова // Русский архив, 1869. – Выпуск 9. – Столбцы 1553-1559; Мещеряков В.П., Рейтблат А.И.Булгарин Фаддей Венедиктович // Русские писатели 1800—1917. Биографический словарь / П.А.Николаев (главный редактор). — Москва: Советская энциклопедия, 1989. — Том 1: А—Г. — Страницы 347—351. — 672 страницы; Маслыка Г.А. Булгарын Фадзей Венядзіктавіч // Мысліцелі і асветнікі Беларусі. Энцыклапедычны даведнік / гал. рэд. Б.I.Сачанка. — Мінск: Беларуская энцыклапедыя, 1995. — Страницы 375—376. — 672 страниц. — 6000 экземпляров. — ISBN 985-11-0016-1 (на белорусском языке); Видок Фиглярин: Письма и записки Ф.В.Булгарина в III отделение / Публикация, составитель, предисловие и комментарии А.И.Рейтблата. — Москва: Новое литературное обозрение, 1998. — 703 страницы.— ISBN 5-86793-044-0; Булгарын Фадзей. Выбранае / Фядута А. (укладанне, прадмова і камэнтар). — Мінск: Беларускі кнігазбор, 2003. — 592 страницы. — (Беларускі кнігазбор). — 2000 экземпляров. — ISBN 985-6638-97-6; Фаддей Венедиктович Булгарин. 1789-1859 // Русская старина, 1871. – Том 4. - № 11. – Страницы 483-523.


1789
Петр Дмитриевич Горчаков
генерал от инфантерии, генерал-губернатора Западной Сибири (1836-1851). П.Д.Горчаков происходил из семьи известного в свое время писателя-сатирика Д.П.Горчакова. Получил хорошее домашнее образование, которое дополнил обучением в Дрездене в 1802-1805 гг., где изучал военные и инженерные науки. Службу начал в 1807 юнкером в лейб-гвардии Артиллерийском батальоне. Участвовал в русско-финляндской войне 1808-1809 гг., в русско-турецкой войне 1810-1812 гг. (в том числе в осаде крепости Силистрия и в сражении под Шумлой). В 1812 г. в качестве адъютанта начальника штаба отд. корпуса генерала Витгенштейна – генерала Дюпре был в сражениях при Полоцке, при реке Березине, при Борисове и др. Принял участие в заграничных походах русской армии, в том числе в сражениях под Бауценом, под Лейпцигом и 18 марта 1814 г. в сражении под Парижем. Был неоднократно награждаем внеочередными чинами и орденами, в том числе иностранными. В июне 1814 г. был произведен в полковники. Сразу после войны перешел из гвардии в армию и был послан в Тифлис в качестве начальника 40-й батарейной роты. С 1818 г. командовал 17-м Егерским полком. С 1820 г. участвовал в «усмирении» Имеретии, Мингрелии и Гурии. Как писал биограф Горчакова: «Частью разогнав неприятеля, частью вынудив его к сложению оружия, Петр Дмитриевич освободил наш отряд с окружным начальником, запертый в горном замке Минде и завладел документами, содержащими планы мятежа, благодаря чему узнал о причастности к возмущению представителей многих знатных княжеских фамилий. При аресте, между прочим, один из них, князь Цулукидзе, едва не убил Горчакова, кинувшись неожиданно на него с кинжалом». За эту операцию Горчаков был произведен в генерал-майоры и назначен управляющим Имеретией. В 1825-1826 гг. был командующим 22-й пехотной дивизией и войсками Кавказской линии. С 1826 г. генерал-квартирмейстер 2-й армии, участвовал в русско-турецкой войне 1828-1829 гг. В 1836-1851 гг. Горчаков занимал пост генерал-губернатора Западной Сибири и командующего Отдельным Сибирским корпусом. Будучи довольно заурядным администратором, Горчаков все же оставил след в истории края. При нем произошло административно-территориальное разделение Западной Сибири: Омская область была упразднена и разделена между Тобольской и Томской губерниями, а Омск обращен в уездный город Тобольской губернии. Горчаков способствовал установлению фиксированных цен на хлеб, поощрял развитие пчеловодства, развитие местной промышленности. При нем были разведаны и начали разрабатываться серебро-свинцовые и каменноугольные месторождения. В его ведении находились также все учебные заведения Тобольской и Томской губерний. Он учредил несколько стипендий для талантливых воспитанников гимназии, которые потом принимались в Казанский университет. Численность учащихся в Западной Сибири при Горчакове увеличилась почти на 27 %. В 1843 г. Горчаков был произведен в генералы от инфантерии, а в 1849 вышел в отставку и поселился в Москву. Ему было тогда уже 60 лет. Тем не менее, когда через пять лет началась Крымская война, Горчаков решил вернуться в армию и в феврале 1854 г. был зачислен в распоряжение главнокомандующего князя А.С.Меншикова. 28 июля 1854 П.Д.Горчакову была поручена главная оборона Севастополя. В Альминском сражении 1854 командовал правым флангом и лично водил в атаку батальоны Владимирского пехотного полка, но сражение было проиграно. В сентябре 1854 г. стал командиром 6-го пехотного корпуса. Ему был, между прочим, вверен Чоргунский отряд, на который в день Инкерманского сражения (24 октября 1854) было возложено произвести диверсию, атаковав французские войска на Сапун-горе. Не имея, однако, определенных приказаний главнокомандующего и располагая лишь одной бригадой пехоты, ибо другую следовало оставить против Кадыкнойского отряда, для прикрытия своего левого фланга, Горчаков не решился на столь смелое предприятие, как атака Сапун-горы, усиленной рядом укреплений и вооруженной орудиями большого калибра, и тем дал французам возможность поддержать англичан. «Вероятно, начальник более предприимчивый и проникнутый высоким чувством патриотизма, - писал в своих «Записках» генерал А.П.Хрущев, - решился бы пожертвовать собою и частью отряда для успеха главной атаки», но «нерешительность и нераспорядительность Горчакова давно были известны». В итоге сражение было проиграно, а положение русских войск в целом ухудшилось. В июне 1855 г. по причине преклонных лет и невозможности ездить верхом, П.Д.Горчаков был отставлен от военной службы. В последние годы жизни он занимал пост члена Государственного совета. Умер 18 марта 1868 года.