Цитата сообщения Matrioshka Художник Андрей Алексеевич Шишкин. Часть 7.

Вся живопись художника здесь

В глуши лесной

В глуши лесной Он ногти сам себе Пока ещё стрижёт, Однако ж бороду давно не состригает; Здоровье ягодкой да травкой стережёт, Но и молитвами, нужда коль, помогает!.. Что ж, недостатка нет В хвоще и в плауне, Коль заготовка спор – совсем не отдыхает; Встаёт по солнышку, ложится при луне, Спит сном младенческим, под утро не вздыхает… В избе натоплено, И кости не болят, Хоть по летам его давно б ходить с клюкою, Да годы, видимо, к нему благоволят – Подкову старую сам разогнёт рукою… Живёт затворником, Хоть и забора-т нет – Вокруг болотиста, глуха лесная чаща; В дни хмари пасмурной к ним редким гостем свет, А в летний полдень так уж проникает чаще…

Привыкни жить в глуши, Да не забудь слова – Нога крестьянина и рядом не ступает, Но с ним, с отшельником, давно живёт сова, В уме и в мудрости ему не уступает… Ночами тёмными Сова эта не спит, Сова охотится, и «дикий люд» пугает: То громко ухает, то стонет, то сипит, И даже зверь лесной с ней встречи избегает. Не знают голода, И жажда не страшна – Грибов в достатке там, и родников хватает, Однообразием жизнь вовсе не скучна, Коль мысль глубокая под небо улетает!.. Коль нужен он кому, Он сам найдёт того, И взглядом выспросит, не проронив ни слова: Нет тайн немыслимых на свете для него, Отцов наследие – души его основа. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Сова

Заклинание

Чужой

Коль по грибы, так ты далече забрёл... - Коль по грибы, Так ты далече Забрёл, однако ж, глушь тут сплошь. Не озирайся, человече, И нож в корзинку-то положь. - Не бойсь меня, Не изувечу – Оставил промысел, дал Бог. Плоть не вкушаю человечью, Хоть в прошлы годы, каюсь, мог. - Не ожидал? Уж то известно – В чащобе страшен всякий звук. А соли ль нет?.. Однако ж, пресно… Не будет зла от моих рук. - Не веришь, что ль, Добра не чаешь? То мне привычно, уж привык. Что ж ничего не отвечаешь, Не проглотил ли свой язык? - Не проглотил. Теперь уж вижу, Коль облизнул сей час уста.

Дак за молчанье не обижу – Нема душа, когда пуста. - Который год Уж наполняю Святым Евангеле себя. Виновен сам – себе пеняю, Не виновата в том судьба. - Сам выбирал, И сам калечил, Своей десницей убивал. Мне оправдаться нынче нечем – Очей своих не закрывал. - Но… Бог привёл, Господь сподобил, И длань мою остановил, Меня монаху уподобил, И вечность в срок установил. - Так ты – не бойсь, тебя не трону, Хоть и душа покрылась ржой… Не ближе ль я к Господню трону?.. Нет, тут и там – пока чужой. © Copyright: Владимир Котовский, 2014

Ёжики

Ёжики - Эт чё жа, милаи, Далече ли, куды?!.. Хоть я-т грибки собрал, дак вам малёк оставил… Ить без еды, оно, шажочек до беды, Небось, на вас никто ловушек-т не расставил!.. - Известно, зверь в лесу, Не то, что человек – Уж коли намудрит, жди всякое злодейство… Я-т, почитай, живу на свете скоро век, Так видел всякое людское лицедейство!.. - Гордыня – Господи, Прости, что помянул – Лукавство всякое в уме людском рождает, А ваш брат, зверь лесной, кого ли обманул?!.. Тут всё по-честному, жаль, сильный побеждает… - А коли слаб еси – Сокройся хоть в норе, Хоть под пенёк залезь, а хоть бы и на крону!.. Так ить не скроешься и по ночной поре – Уж филин ухает!.. Знать, быть-таки урону!..

- Вот вы-т колючие, Иголки, что шипы, И кучкой держитесь, одним семейством, значит!.. Всему закон такой – держись своей тропы, А кто сошёл с неё, тот уж, ей-Богу, плачет!.. - Детишки-т малые, Дак хлопотно, небось?!.. Покуда вырастут, ить глаз за ними нужен!.. Даст Бог, все выживут, не пропадут, авось, У вас, чай, водится, чтоб ёж с ежихой дружен?!.. - Ить и не бьёт, поди, Дак, верно, и не пьёт, И в поведении степенном проживает!.. Ан у людей – не то, уж коли пьёт – то бьёт, И Бога из души бессмертной выживает!.. - Прости нас, Господи, Все пред Тобой грешны!.. Ступайте, милаи, грибочков соберите!.. Уж вона, филины – к ночИ, видать – слышны, Дак вы детишек-то уж пуще берегите!.. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Рыбалка

Рыбалка - И чё б ты понимал, Ан вон-таки, узрел!.. Ить рыбки-т хочется!.. Ишь, ушки-т на макушке!.. Небось, в рыбалке-то весьма поднаторел, Бежишь за удочкой, как тот телок к кормушке!.. - Знай, плод в терпении: Доколе терпелив, Дотоле выдюжишь и голод, и иное… С котом ить речь веду!.. С людьми-то неболтлив… Кто сущий от земли, тому и в дар земное… - Вона, комарики Над нами всё кружат, Охота кушати, дак смерти-т не боятся!.. Так и грехи в миру иных и сторожат, И через слабости людские и плодятся… - Гляди-ка, клюнуло!.. Карасик ли, пескарь... А то и окунёк… А ежли краснопёрка?!.. И ухом не ведёт!.. Как на току глухарь!.. Тебе, чай, видится стол, белая скатёрка…

- Ушицу любишь ли?.. А ежли потушить?!.. Вкуснее вяленой в округе, чай, не сыщешь!.. Дак на рыбалке-то важней не поспешить, А рыбку-т высидеть!.. Эк, как глазами-т рыщешь!.. - Чевой-то выловим, А нет, так посидим, Подышим воздухом родной лесной юдоли… Заместо ёршика чего-нибудь съедим, Уж краше нашей-то иной найдёшь ли доли… - Живём в обители, Молитва да псалмы, Богу служение, починка ветхой крыши… Всегда при деле ить, поди, с тобою мы, Не переводятся покуда в храме мыши… - Ударил в колокол Иванушка-звонарь, Прервём рыбалку, что ж, ить утреня, однако… Споём «Честнейшую», рассеем в душах хмарь, А после вновь придём и выловим хоть рака. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Семья

Семья Пафнутий Сидорыч Отнюдь не домосед, Но коль пурга «пылит» – из дома не выходит, – Хоть и зовёт пройтись Прокоп, его сосед – В прогулках энтих он отдушин не находит!.. «Чаво искать-то там, Сугробы да ветра, Ишшо, того гляди, куды-нибудь закинет!.. Ан тут хлебнёшь чайку горячего с утра, И до обеда, чай, истома-т не покинет!..» «В дому натоплено, Чуть что и на покой, – Поленец парочка ить завсегда найдётся – Хвала Всевышнему, хлеб с солью-т под рукой, Вода студёная да чистая в колодце…» А коль захочется, Так сам наварит щец, Капусты квашенной вон в подполе две бочки, В стеклянной баночке хрустящий огурец, В горшочке глиняном солёные грибочки!..

«Дак ить как сказано: «Не хлебом одним сыт!..», Душе ить надобны, чай, родственные души!..» Лишь ими скрасится скупой крестьянский быт – Сказать по-честному: и в море, и на суше!.. Пафнутий Сидорыч Детишек не завёл; Начнут расспрашивать – он внятно не ответит: Толь жёнки не было, толь друг её увёл, Но ить и бобылю на небе солнце светит!.. Имеет пса дедок И рыжего кота, Пока им есть не даст, за стол сам не садится; И с энтой публикой и в дождь не маета, И в огороде с ней, чай, веселей трудиться!.. Вот и тапереча Настал для них обед: Есть ситный хлебушек, с топлёным маслом греча; В молитве Господу хлопочет за них дед – Одной семьёй живут, тут удивляться неча. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Сказка

Сказка - Дак чё жа, милаи, я сказывать начну, Скалвы невидимы маленечко качну: Пущай померятся собе добро и зло, Нам только надобно добру чтоб повезло!.. - Посеял репку, вишь, в подворье наш дедок, – До дела доброго дедок тот был ходок – Поспела репушка, настал час репу рвать, Покуда кто другой не вздумал своровать!.. - Пришёл в подворье дед, за листья репку хвать!.. Землица сухонька, как репку-т вынимать?!.. Кряхтит да охает, а вытянуть нет сил, Чё ж, подсобить собе бабулю попросил!.. - Пришла, вишь, баушка, да деда за азям, Тянуть сподобилась, дак легши, чай, к гвоздям!.. Уж у самой в носу с натуги-то свербит, Чё ж, кличет внученьку, авось та подсобит!.. - Пришла, вишь, внученька, румяна, молода, Да каши-т мало ест, бессильна, вот беда!.. Ужо старается за баушку тянуть, Ан репе хоть бы хны – никак не повернуть!..

- Чё ж делать внучке-то?!.. Уж всяко, Жучку звать, Чтоб подсобила им с землицы репу рвать!.. Схватилась Жучка, вишь, за внучкин, за подол – Никак не вытянуть, ох, верится с трудом!.. - Собака лаяла – знать, кошечку звала!.. Шустра, вишь, кошка-то, хоть с виду и мала; Ить худосочна же, ить и неполный рост – Вцепилась кошечка, дак Жучке прямо в хвост!.. - Уж тянут день-деньской, а репа всё сидит, Совсем умаялись, всяк в землю уж глядит!.. Мышонка вызвали, вишь, мал он, да удал, Хоть и от кошки-то маленько пострадал!.. - Явилась репка им, бела, сочна, нежна!.. Всем помощь ближнего, как ни крути, нужна!.. Все ели репу ту, как водится, гуртом, Ещё й маленечко осталось на потом… - Дак, чё жа, милаи, пора бы вам в кровать… А энту сказочку прошу не забывать!.. Известно, сказка – ложь, дак только в ней намёк, Для добрых девочек да мальчиков урок. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Странник

Странник - Откушай, дедушко, Вот яблочко, поешь!.. Чуть только с дерева, небось, ужо-т поспело!.. - Спаси Бог, милаи… Как говорят промеж…: Тому, кто ужинал, обедать не приспело… - Смеёшься, дедушко?!.. А мы-т всегда хотим, Уж мы до яблочка так завсегда охочи!.. - Обильной пищею свой век укоротим… В таких годах-то кто ж горбушки не хочет!.. - Ты старый, дедушко?!.. Небось, везде бывал?!.. Ан мы, вон, с Марьюшкой, поди, не дале леса!.. - Уж в ваши годы-то и я бы горевал… В поры зелёные был тот ишшо повеса!.. - «Повеса», дедушко?!.. А энто ишшо кто?!.. Таких словечек тут мы сроду не слыхали!.. - И слава Господу!.. Что ж слыхивать не то, Коль все бы люди так, поди, б и не вздыхали!.. - Ты, верно, дедушко, И сказок много знаш?!..

Вот, мы б послушали об Баюне с Ивашкой!.. - Небось, зажиточно живёт котишко-т ваш, Чай, его кормите одною пшённой кашкой?!.. - Да что ты, дедушко, Кот любит окуньков, Мы из-под камешков их достаём руками… - А я вот отроком любил ловить линьков, И щучек с язями… А мысь ловил силками!.. - Эт кто ж то, дедушко, Эт чё энто за мысь?!.. Об ней нам слыхивать ишшо не доводилось?!.. - То белка, детушки!.. Видал тут две надысь… Ты сам-то яблочко откушай, сделай милость… - Табе принесено, Возьми, не обижай!.. Авось, в дороге-то, чай, как-нибудь сгодится!.. - А что, в деревне-то, был крепкий урожай?!.. Ячмень с пшеницею пока ишшо родится?!.. - Небось, не бедствуем, Как есть, помилуй Бог!.. Клюют вон куры-то крапиву у порога… - Котишко-т лекарь ваш, увёл, ишь, боль от ног… Пойду, покуда день… Длинна моя дорога. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Поводырь

Поводырь Он был зряч, но глаза Его выела оспа; Лучше бы умереть, только так решил Бог, Что лишён он семьи, что избег он погоста, Что идёт по земле, но не зрит своих ног. В их деревне один Он тогда лишь остался, Когда смерть прибрала в час поветрия их; Но ему поводырь – хлопчик малый – достался, Хоть трудней прокормить теперь стало двоих. Словно ангел с небес, Хлопчик тот появился, Хлеба корку слепцу и водицы подал; Дар отведал слепец, и судьбе подивился – Ведь до часа сего он три дня голодал. Две судьбы, две беды, Две души, две тревоги, Но Всевышний один, и молитва одна; В одну тропку сплелись два пути, две дороги, И куда приведёт, им двоим не видна.

Ноги сами несут. Осторожная ступая, Они меряют твердь от зимы до зимы; Неусыпная боль в сердце каждом тупая, И такая же мысль – «от тюрьмы и сумы…» То их гонят взашей, То «хлеб солью» встречают, То собакой травил их один господин; Только злобой на зло они не отвечают: Всем – молитва одна, и Всевышний – один. Как-то раз замерзать Им пришлось на рассвете, Как-то – в бурных волнах в утлой лодке грести; Где-то правда должна быть такая на свете, Чтоб гонимый судьбой мог покой обрести!.. «Хлеб… насущный даждь…днесь…», Земляника да клюква Выручают в лесу, и едят, что найдут; В этом мире они как последняя буква – Ныне «ижицы» нет, но они всё бредут… © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Дела давно минувших дней...

Преданья старины глубокой

Хранители Земли Русской

Благословение ратника

Бус Белояр

Князь Бус Белояр — великий князь Руси Ведической, наследник престола Русколани – Антии. Родился 20 апреля 295 года н.э. Убит готами в ночь с 20 на 21 марта 368 года.
В готском и яартском эпосе он упоминается под именем Баксака (Бус-Бусан-Баксан), в византийских летописях - Бож.

Владимир Храбрый

Влади́мир Андре́евич Хра́брый (Донскóй) (15 июля 1353−1410) — удельный князь Серпуховской (1358−1410), Дмитровский, Галицкий, Боровский (1378−1410) и Углицкий (1405−1410). Русский полководец, младший сын князя Андрея Ивановича Серпуховского. Внук Великого князя Московского Ивана I Калиты. Двоюродный брат великого князя московского Дмитрия Донского.

Евпатий Коловрат

Силён Евпатий был, былины не соврут... Силён Евпатий был, Былины не соврут, С мечом, с секирою, и сулицею ладил: На полы до седла рассечен Хостоврул, Хоть похвальбой своей Батыев слух услАдил!.. … Безбожный царь Батый Святую Русь пленял, Кровь христианскую без меры проливая, Но тем пожар в сердцах иных воспламенял, Чьи души в горести страдали, изнывая!.. Ответить некому На злобный сей розор?!.. Ан нет, не быть сему, Батыя бить нещадно!.. Бояться смерти нам?!.. Не мелок ли позор?!.. Гнать супостата прочь, и «бьяше» беспощадно!.. Сказали – сделали, На том земля стоит, Коль слово молвлено – быть делу, ратной сечи: Напор и мужество, и враг не устоит, Хоть горстка воинов, да Бог хранит их плечи!.. В поход отправились, Резань оставив град,

Царя зловерного близ Суздали догнали; Тупила кость мечи, но стрел калёных град В полки татарские обрушился, война ли!.. Уж их попотчевал Евпатий Коловрат, Ужо посёк в бою батыров нарочитых, Дав клятву верности Руси у Царских Врат, Рубил без удержу злодеев «именитых»… Пленённых – пятеро, Изранены, а то б Едва ль поймали их, изнемогли от боли; Жаль, не налить им чаш для всех «гостей» утроб, Да честь воздать сполна и проводить, доколе!.. Но бой не кончился, За ночью день бежит, Монголы травами, как скошены, ложатся; И царь земель степных уже душой дрожит – Такой погром в полках не может продолжаться!.. И пали русские, И пал их исполин – Камнями пороки героев закидали!.. Лишь правда, истинно, в словах «седых» былин, Хоть и от тех времён нас отделяют дали. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Перед битвой

Русское поле

Память

Последний защитник

Слетались вороны у павших плоть клевать... … слетались вороны У павших плоть клевать, И в травы падали, и горлом голосили, Де, полегла для них в кровавой сече рать, Одна судьба теперь своей и вражьей силе!.. Одна, да не одна, Хоть не разнится кровь, – Густая тёмная, что рану облепила – Где грудь рассечена, где шуйца, а где бровь; Хоть всех роса к утру слезами окропила!.. Ударил колокол, Летит набатный звон Над полем, скошенном мечом, а не серпами; Пришли ушкуйники, да поплатились вон – Кривили рты свои остывшими губами!.. Цена великая За жизни матерей, Детишек крохотных да старцев убелённых – Не стало боле в городище пахарей, Кузнечных мастеров, удачей наделённых!.. Сражались истово, Как вера им велит, Рубились дотемна, на шаг не отступая, Метали сулицы, хоть уж рука болит, Но пядь земли родной врагу не уступая…

Под утро стихло всё. Все в сече полегли, Но не ворвался враг жестокий в городище, Дома и пажити свои уберегли, Вот только в тех домах холодный ветер свищет… И кто от ворога Теперь их защитит, Коль вновь подступит он под стены городища?!.. Сыскался отрок, есть!.. Поднял отцовский щит, И взором ворога у ближней рощи ищет!.. Рука осилила Меча стальную кладь, Душа осилила печаль о павших в поле, Ведь там, за рощею, степи глубокой падь, Оттуда и придут… И не понять, доколе… Шелом отцов велик, Да за спиной – деды, Старухи древние да дети с матерями, Теперь ему беречь их судьбы от беды, Что злобно копится далече, за морями… Прогнали воронов, Своих пошли сбирать, Да и ушкуйников за рощей схоронили… Нескоро вырастет из отроков сих рать, Но поле бранное весной заборонили.

© Copyright: Владимир Котовский, 2013

Старая мельница

Преграды нет у этих вод Преграды нет У этих вод, Журчит река, не умолкая; Но – не расслышать скрип подвод, И голос мельника: икая, – Дед в этот час слегка был пьян, Достатка пройденная школа, – Он не встречает сам крестьян, Зерно привезших для помола; С собой откушать не зовёт, Чтобы закуской похвалиться, Хоть подкаблучником слывёт, Его жена не станет злиться: Хватало в доме серебра, И потому – она добра. Столетний дуб Роняет тень На крыши скошенной прорехи, На покосившийся плетень, На грязь и прочие огрехи, Пытаясь как-то ею скрыть Исход, что равен запустенью, Или смирить животных прыть, Спугнув ветвей могучих тенью; Но запустенью не помочь, Не возродить, увы, былого, Хоть наблюдать это невмочь, Печальный вид итога злого:

Тоска потери душу рвёт – Никто здесь больше не живёт. Лишь ветер бродит Между стен, И как собака подвывает, Усугубляя брёвен крен, Очаг остывший добивает, И по привычке старой мышь В соломе сгнившей ищет просо, Своим шуршаньем гонит тишь И на разруху смотрит косо; И филин стонет где-то там, Где глухомань и нет дороги, И волки ходят по пятам Живых существ, не раня ноги – Они ступают меж травы, Не опуская головы. Так – час за часом, День за днём Жизнь совершает своё действо, Но прежней жизни нет лишь в нём, В том доме, будто бы злодейство Здесь кто-то тайно совершил, Убив людей жестоким мором, И перед Богом согрешил Своим деяньем, слишком скором… Увы, не нам о том судить – Уйдём, что сон сна не будить. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Иван Грозный с доносом

Иван Грозный - У-у, многогрешные, У-у, аспидова хворь, Всяк мнит – бессребреник, а на душе – нажива; Корысти алчет взор, а сердце яко хорь, Душа бесстыдная, и покаянье лживо!.. - Побойтесь, ироды, Измены не прощу, Всю её вытравлю железом раскалённым, И будь ближайший мой, и ону не спущу, И не отвертится, хоть каливом, хоть лонным!.. - Не о себе грущу, Державу надо бдеть, Ужо завистники, похотники не дремлют, О ней, о Родине, до гроба мне радеть, Но и теперь глаза всю ширь её объемлют!.. - Не ждите жалости, Строптивцам спасу нет, Кто мыслит тайное, и явное кто деет!.. Освобожу я тех от мерзости тенет, И сила рук моих вовек не оскудеет!.. - Оне надеются, А ну как дремлет царь, Остыл, мол, в почестях, забыл о прегрешеньях!..

Не будет этого, как не было и встарь, Растёт Отечество, растёт в моих свершеньях!.. - Костьми злодейскими Усыплю дол земной, Чту справедливый суд, но каюсь ежечасно За то, что нет её, Настасьюшки, со мной, Угасший взор её взирает безучастно!.. - Сгубили жёнушку, Ударили под дых, Свалить удумали, да ничего не вышло!.. Скорбит душа моя о годах молодых!.. Ярмо накинул я, но мой закон – не дышло!.. - Взовьётся посох мой, В грудь подлых поразит, И сколько б ни было их, не уйдут от казни!.. Смердит их плоть в веках, но в нос мне не разит, Да будут прокляты злодейственны соблазны!.. - От Бога власть моя, Пред Богом и сочтусь, Благочестивому на небесах воздастся, А кто, имея, мнит, с тех взято будет пусть, Им супротивиться владыке не удастся!.. © Copyright: Владимир Котовский, 2013

СКАЗОЧНИК: А люди таковы, мой государь, что все равно и о тебе, и обо мне они придумают не быль, а сказку. В минувшем дне, окаменевшем дне, лицо становится похожее на маску. О нас с тобою сказка будет длинная, и не печальная, и не веселая, не молодая, не старинная, не легкая, и не тяжелая. ИВАН: Какая маска будет у меня? СКАЗОЧНИК: От времени немного полустертая, начнет нести она печать Огня, но будет от нее сиянье Мертвое. ИВАН: Зато ее никто примерить не захочет, поскольку знаю, Сказочник, что ты не лжешь... Когда закроются мои навеки очи, второго Грозного на Свете не найдешь. Представь себе, мой Сказочник хороший, самый низкий в колокол удар, который призван, чтоб тушить пожар...

Плывущий, как под тяжкой ношей. Вот этим звуком был я и рожден. И я умру таким же тяжким звуком, похожим больше на жестокий стон, чем на веселый крик, гуляющий по закоулкам. В моей душе теперь Аз, Буки, Веди - дикие ревущие медведи, и я уже никем не приручен! Ты знаешь грамоту мою, и хорошо ее читаешь... СКАЗОЧНИК: Тебя не спутаешь, не прогадаешь... Не отдавай, мой государь, ключи ты никому от библиотеки! Кто спросит - лучше промолчи. В подвальном мраке собран свет, свечой горящий в человеке. Прошу тебя, прошу я бесконечно, поставь в углах божественные лики, чтоб только царь Небесный и Земной сокровища хранили эти вечно, которым имя краткое дано, которым имя - книги. Д. Завгородний. Отрывок из поэмы "Железо красное". 2004г.

Иван Грозный у окна. (Прав ли я..?)

Навет

Царь Иван Грозный

ИВАН: Представь себе, мой Сказочник хороший, самый низкий в колокол удар, который призван, чтоб тушить пожар... Плывущий, как под тяжкой ношей. Вот этим звуком был я и рожден. И я умру таким же тяжким звуком, похожим больше на жестокий стон, чем на веселый крик, гуляющий по закоулкам. Нет, я не думаю, что ты умен настолько, чтобы постичь Меня и Мирозданье... Постичь, как мне среди народа одиноко... Как одиноко было мне, когда мой сын Иван ушел из жизни навсегда, мать Елена и жена Анастасия - про то, как было мне, меня, однако, не спросили... Я должен был опять взойти на трон. В моей душе теперь - Аз, Буки, Веди - дикие ревущие медведи, и я уже никем не приручен! Ты знаешь грамоту мою и хорошо ее читаешь... СКАЗОЧНИК: Я голос твой из многих узнаю. Тебя не спутаешь, не прогадаешь... А сказки, государь, они ведь как вода, уносят грусть, журчат ручьем, и с ними вся твоя беда вдруг незаметно утечет.

И одиночество души - медвежья злость, забудется под сладкий разговор, и вся обида, как незваный гость, ложится под наточеный топор. Со сказкой легче спать и проще жить, тебе я много на ночь их поведал. ИВАН: Твоими бы устами мед бы пить... Я отдыхаю на таких беседах. Я, облаченнный в государственность, и обреченный государить, судьбы своей нескладной человеческой не в силах как-нибудь поправить. Пусть вырывается страна в конях хрипящих к дороге столбовой сквозь гарь и дым, а я иду вслед за телегою скрипящей, лежит в которой убиенный сын... С ним часть меня, гораздо большая, чем есть, гораздо большая, чем что осталась, ушла навек...И лишь Благая Весть - Евангелие - не причиталась. Ища ответа, листает Библию рука, другие книги мне все опостыли... Нет, не в земле их глубоко зарыли, в моем сердце закопали навека! Д. Завгородний. Отрывок из поэмы "Железо Красное". 2009 г.

Царь Иван. Последний бой

Притихли, ироды?! Царю содеять мат «Притихли, ироды?!.. Царю содеять мат?!.. Уж я вас, соколы, в чижи переиначу!.. Я вас в бараний рог!.. Царь в этом понимат!.. И не узрите то, где я вас озадачу!.. Сыскать соперника Достойного, сыскать… Дак, верно нет, небось, такого в свете сыска, Чтоб против смерти-то героя отыскать – На дыбе всякого плеть доведёт до писка!.. Героев нетути… Да где их нынче взять – Перевелись давно, гниют в сырых могилах… Ох, мне б Настасьюшку теперь облобызать, Да потонуть в глазах хороших добрых милых… Изыди, сатана, Уйди, не искушай… Куда торопишь, а, куда меня толкаешь?!.. Иных радетелей в аду своём вкушай, Ан нет, при мне стоишь, стоишь, не умолкаешь!.. Досталось царствие… Без дела не сидел: Походы ратные, старания и бденья…

Ить с Божьей помощью расширил свой удел, Хватало б воинов – хватило б и терпенья!.. Уж как наладились Отъять земли кусок, Отчизны ласковой, свои поставить храмы!.. Для гроба каинам довольно есть досок, Землицы хватит всем!.. Исход один у драмы!.. Всех костылём своим Взашей тех прогоню, Кто домогается Ивана объегорить!.. Я мыслью ловкою любого догоню, А там, где надобно, стрелой могу ускорить!.. Вон, диспозиция Как будто вся видна, Известны замыслы, одно на ум приходит… О, Русь Великая, когда ты не бедна, Всяк соблазнительной себе тебя находит!.. Не быть по-ихнему!.. Собор дал вам, Стоглав!.. Смущён недугами, весну переживу ли?.. Армагеддон грядет!.. Сгоню врагов стремглав, Хоть и придется встать с носилок на ходули!..» © Copyright: Владимир Котовский, 2013

Царь Иван

В подземелье

ИВАН: Из сказочных сокровищ мира, к которым может быть руки касанье, я выберу сияние сапфира и глаз влюбленных дивное сиянье. Камень любви - он разве просто камень? Сапфир и камень - как непохожие слова! Сапфир любви - вот жизни пламень, в котором жизнь всегда нова! Я в Юности увидел первозданность, такой, какая быть должна со мной. Сиянье молодо всегда - какая странность, когда стареешь телом и душой. Старею я душой, все больше я старею, не так ловлю уж от сапфира луч, как раньше...Сердцем не умею обрадоваться вновь - потерян ключ. Железом красным сердце вдруг оковано, кто оковал его и кто околдовал? Оно не так любовью очаровано, и от сапфира я устал. Когда страницы перелистываю я, то исчезает суета и всякий шум, словно кочергой в печи да уголья расшевеливает книжный том ум.

Книги в ризах душу открывают, как юноше совет дает старик, все плохое в человеке умирает, все хорошее рождается из книг... Царь... смертен. Он, как и другие, тленный. Последним днем стать может день любой. Скажи мне, Сказочник волшебный, от знаний многих и от слез что стал слепой, как я могу тебе поклясться иль что-то пообещать вперед? Находится все в Божьей Высшей власти - и я, и библиотека, и народ... СКАЗОЧНИК: А мгла кромешная... расступится на миг, и стон, и крик людской услышан будет, и всем вдруг явится здесь царственный старик, но никого он больше не погубит. С уст его сорвутся страшных слов всего лишь несколько в чудовищной истоме, и с легкостью упавших с плеч голов прошелестят они - "Опричь" и "Кроме". Д. Завгородний. Отрывок из поэмы "Железо Красное". 2005 г.

---

---

---

---

---

Андрей Алексеевич Шишкин, 1960 г.р. - родился и вырос в г. Москве. С пятнадцати лет занимается живописью, работает художником в частной студии. Основное направление в творчестве - портрет, историческая, жанровая живопись. Картины обладают большой энергетикой, глубиной и выразительностью. Художник работает в реалистичной манере, основанной на традициях академической живописи.

Не обходя вниманием пейзажи и натюрморты, Андрей отдает предпочтение психологическому портрету. Считает этот жанр наиболее подходящим для проявления мастерства.

Работы Андрея лишены пустой и бессмысленной яркости. Колорит живописи благородно сдержан, что помогает оценить смысл и глубину изображенного сюжета.

Особое место в работах художника занимает тема славянской истории, языческого многобожия, былин и сказок. Этот древний мир в картинах художника - более чем реконструкция образов, картины несут глубокий символический смысл, наполнены большим уважением к истории страны и некрикливым истинным патриотизмом.