Цитата сообщения kakula 13 марта родились...


1770
Дэниел Ламберт (Daniel Lambert)
смотритель лестерской пересыльной тюрьмы и знаток спортивных животных, прославившийся необычайной тучностью. В апреле 1806 года, полностью утратив трудоспособность и не имея иных средств к существованию, снял жильё в Лондоне и начал брать входную плату с посетителей, желавших посмотреть на него в его квартире. В 1806—1809 годах предпринял ещё несколько коммерчески успешных самопоказов в Бирмингеме, Ковентри, Йорке и других британских городах, в свободное от поездок время занимаясь охотой и разведением беговых собак. В июне 1809 года скоропостижно умер в Стамфорде. Похоронен на кладбище стамфордской церкви Святого Мартина. К моменту смерти масса тела Ламберта составлял 52 стоуна 11 фунтов (335 кг). На изготовление его гроба ушло 112 квадратных футов (10,4 мІ) леса. За время, истёкшее после смерти Ламберта, его рекорд тучности был многократно побит, но сам Ламберт приобрёл в Лестере статус своеобразной культовой фигуры. В 2009 году газета Leicester Mercury («Лестерский Меркурий») охарактеризовала Ламберта как «одного из наиболее лелеемых городских кумиров». Дэниел Ламберт появился на свет в родительском доме на Блу-боур-лейн в Лестере. Его отец, также по имени Дэниел Ламберт, одно время служивший егерем у Гарри Грея, 4-го графа Стамфорда, ко времени рождения сына занимал должность смотрителя лестерской пересыльной тюрьмы Брайдуэлл. После Дэниела в семье Ламберта-старшего родились ещё трое детей — две дочери и сын, умерший в младенчестве. Дэниел с детства усердно занимался спортом, к восьмилетнему возрасту стал отличным пловцом и впоследствии большую часть своей жизни сам учил лестерских детей плаванию. Дядя Ламберта по отцовской линии, как и отец, служил егерем; дед по материнской линии выращивал призовых бойцовых петухов. Сам Ламберт, с юности пристрастившийся к «полевым видам спорта» — охоте на выдр, рыбалке, стрельбе и скачкам, — к девятнадцати годам снискал репутацию эксперта по разведению и содержанию охотничьих собак. В 1784 году Дэниел был отдан в обучение в гравировально-литейную мастерскую при фабрике «Messrs Taylor & Co», принадлежавшей бирмингемскому предпринимателю Бенджамину Патрику. Несколько лет спустя гравированные пряжки и пуговицы, на которых специализировалась фабрика, вышли из моды, и предприятие Патрика пришло в упадок. В 1788 году, вернувшись в Лестер, Ламберт устроился на работу в городскую пересыльную тюрьму помощником отца (по некоторым источникам, Ламберт вернулся в Лестер тремя годами позже — после того как фабричное здание «Messrs Taylor & Co» было разрушено во время бирмингемских беспорядков в июле 1791 года). Когда отец вышел на пенсию, Дэниел унаследовал его должность главного смотрителя тюрьмы. Ламберт-младший был чрезвычайно уважаемым тюремщиком, поддерживал добрые отношения со многими заключёнными и делал всё возможное, чтобы облегчить их пребывание в тюрьме. По собственным словам, Ламберт избегал излишеств в еде, однако по возвращении в Лестер вес его тела начал неуклонно расти, к 1793 году достигнув 32 стоунов (200 кг). Обеспокоенный утратой спортивной формы, Ламберт стал посвящать всё свободное время физическим упражнениям, увеличив мышечную силу до такой степени, что мог без труда переносить пять хандредвейтов (английских центнеров) — 250 кг. Однажды, когда Ламберт наблюдал за выступлением группы савояров на Блу-боур-лейн, один из его кобелей бросился на танцевавшую посреди улицы ручную медведицу и несколько раз укусил её. Медведица подмяла под себя кобеля и стала душить; Ламберт потребовал, чтобы хозяин придержал её, позволив оттащить раненого пса. Савояр, однако, начал снимать с медведицы намордник, давая ей возможность прикончить собаку, — после чего Ламберт, по свидетельствам очевидцев, ударил медведицу палкой, затем сбил с ног ударом левой руки по голове. Кобелю удалось вырваться и убежать. Несмотря на быстро увеличивавшийся вес, Ламберт не терял бодрости духа и вёл чрезвычайно подвижный образ жизни. В 1793 году он прошагал семь миль (11 км) от Вулиджа до лондонского Сити, при этом «очевидно утомившись гораздо менее, нежели несколько его компаньонов средних размеров». В целом не бывший особенно проворным, Ламберт, однако, по-прежнему мог, стоя на одной ноге, вскинуть другую на высоту до 7 футов (2,1 м). Он продолжал давать уроки плавания в Лестере и был в состоянии остаться на плаву, удерживая на спине двух взрослых мужчин. Не любивший переменять одежду, Ламберт каждое утро обычно надевал то же, что носил накануне — независимо от того, успела ли одежда просохнуть после стирки. По его словам, эта привычка не стоила ему ни простуд, ни иных вредных последствий. К 1801 году вес Ламберта достиг около 40 стоунов (250 кг). Его лошадь больше не могла носить на себе столь тяжёлого седока, и Ламберту пришлось оставить охоту, ограничившись содержанием своры из тридцати терьеров. Тогда же, несмотря на отличную послужную репутацию Ламберта, тюремное начальство впервые поставило вопрос о его профессиональной пригодности. В начале XIX века на смену старым британским исправительным заведениям повсеместно приходили каторжные тюрьмы, и в 1805 году лестерская тюрьма Брайдуэлл закрылась. Ламберт остался без работы, но по решению магистрата, принявшего во внимание его безупречную службу на посту тюремного смотрителя, стал получать ежегодную пенсию в 50 фунтов стерлингов. Обхват тела Ламберта был столь велик, что в его жилете могли поместиться шесть взрослых мужчин обычных пропорций; каждый из его чулок был размером с мешок. Ежегодная пенсия в 50 фунтов стерлингов не покрывала расходы Ламберта на жизнь, а его тучность не позволяла ему найти новую работу. Тяжело переживавший свою болезнь, Ламберт оставил все прежние занятия и окончательно перестал выходить из дому. Между тем слухи о его тучности распространялись всё шире, и путешественники, приезжавшие в Лестер, стали стремиться под всевозможными предлогами побывать в доме Ламберта. Один из посетителей заявил слуге Ламберта, что желает спросить совета его хозяина о бойцовых петухах. Услышавший это Ламберт, отклонившись от окна, велел слуге: «Скажи джентльмену, что я — пугливый петух». В другой раз он принял у себя в доме приезжего из Ноттингема, якобы искавшего его консультации относительно родословной дорогой кобылы. Убедившись, что гость на самом деле пришёл к нему только затем, чтобы на него посмотреть, Ламберт раздражённо заметил, что кобыла, о которой идёт речь, зовётся «Наглостью из Любопытства». Ламберт не позволял себя взвешивать, но однажды (около 1805 года) несколько приятелей убедили его отправиться с ними на петушиный бой в Лафборо — после чего, дождавшись, пока Ламберт усядется в карету, завели её на большие наземные весы и выпрыгнули из неё. Вычтя из полученной цифры вес заранее взвешенной пустой кареты, приятели установили, что вес Ламберта достиг 50 стоунов (320 кг) и что Ламберт, таким образом, побил рекорд знаменитого 280-килограммового «Молдонского толстяка» Эдуарда Брайта, став самым тяжёлым человеком в документально засвидетельствованной к тому времени медицинской истории. Несмотря на стеснительность, Ламберт отчаянно нуждался в деньгах и не видел другого способа заработать их, кроме как выставить самого себя на платное публичное обозрение. 4 апреля 1806 года, сев в карету, построенную для него по специальному заказу, он направился из Лестера в свой новый лондонский дом на улице Пиккадилли, 53 (в то время — на западной окраине Лондона). Ежедневно в течение пяти часов Ламберт принимал у себя в доме посетителей, взимая с каждого за вход по одному шиллингу. Профессиональные интересы Ламберта — спорт, разведение собак и племенных животных — оказались близки многим представителям среднего класса и столичной аристократии, и вскоре визиты к Ламберту и сведение с ним знакомства стали своеобразной лондонской модой. Многие приходили повторно; один банкир посетил Ламберта двадцать раз, аккуратно расплачиваясь за каждый визит. В начале XIX века тучность не воспринималась как социально третируемый недостаток: к Ламберту относились не как к уроду или предмету для насмешек, а как к небывалому чуду природы. Предприятие Ламберта немедленно увенчалось коммерческим успехом: его лондонскую квартиру ежедневно посещали до 400 человек. О доме Ламберта отзывались не как о зале кунсткамеры, а как о своего рода фешенебельном курорте; к удовольствию хозяина, большинство гостей не глазело на него как на живой экспонат, но вело себя с ним вполне учтиво. Ламберт настаивал на том, чтобы его посетители были друг с другом вежливы и обходительны: входя в его апартаменты, все мужчины были обязаны снять свои головные уборы. Когда один посетитель заявил, что не снимет шляпу «даже в присутствии короля», Ламберт ответил: «В таком случае, сэр, вы должны немедленно покинуть эту комнату, ибо я считаю это знаком уважения не ко мне, но к леди и джентльменам, оказывающим мне честь своим обществом». Популярность самого толстого человека в мире вскоре породила подражателя — «Мастера Уайбрантса, м-ра Ламберта в миниатюре», выставленного на публичное обозрение на Сэквилл-стрит, неподалёку от лондонского адреса самого Ламберта. На рекламной листовке, описывающей «м-ра Ламберта в миниатюре», сообщается о том, что «Мастера Уайбрантса, Современного Геркулеса, в возрасте 4 месяцев весившего 39 фунтов (17,7 кг), имевшего обхват тела 2 фута (61 см), обхват бедра 15 дюймов (38 см) и обхват руки 8 дюймов (20,3 см), можно видеть на углу Сэквилл-стрит и Пиккадилли». Чтобы увидеть Ламберта, некоторые из его гостей преодолевали значительные расстояния: однажды его посетила группа из четырнадцати визитёров, приехавших специально с этой целью с острова Гернси. Многие проводили с Ламбертом обстоятельные беседы о разведении животных. Большую популярность приобрела выставленная в Лондоне восковая фигура Ламберта в натуральную величину. Сам Ламберт стал излюбленным персонажем карикатуристов, часто изображавших его в образе Джона Булля. Легко находивший общий язык с лондонской аристократией, Ламберт неоднократно встречался с представителями высшего света — до короля Великобритании Георга III включительно. Какое впечатление произвели друг на друга Ламберт и король, неизвестно. Ламберт сразу привлёк к себе внимание лондонских медиков, и вскоре после его приезда в столицу о нём появилась статья в британском «Медико-физическом журнале» (Medical and Physical Journal). Врачи засвидетельствовали истинный вес (50 стоунов / 320 кг) и рост (5 футов 11 дюймов / 180 см) «величайшего курьёза в мире». Тщательный медицинский осмотр показал, что все отправления организма Ламберта совершались исправно; при этом огромный избыточный вес нисколько не затруднял его дыхание. Бывший тюремный смотритель любил петь; при разговоре его голос также звучал не сдавленно, но вполне свободно. За исключением опухлости ступней, ног и бёдер, жировых отложений на животе и огрубевшей шелушащейся — вероятно, вследствие рожистого воспаления — кожи на ногах, у исследуемого не наблюдалось никаких болезненных симптомов. Отмечались бодрость, живой ум, обширная начитанность, отличная память Ламберта. По собственному утверждению, он всегда избегал излишеств в еде, примерно с 1795 года пил только воду и даже в
молодости, будучи завсегдатаем дружеских кутежей, неизменно уклонялся от участия в попойках, затеваемых приятелями.
Дэниел Ламберт во время первого приезда в Лондон. 1806. Неизвестный художник.
По приблизительной оценке Ламберта, он по-прежнему мог без труда пройти пешком до четверти мили (400 м). Ламберт всегда укладывался спать вечером, в одно и то же время, при открытом окне, и спал не более восьми часов; во сне дышал ровно, без храпа. Проснувшись, он полностью приходил в себя в течение пяти минут, оставался бодрым в течение всего дня и никогда не испытывал потребности в дневном сне. Выявление достоверной этиологии патологического ожирения Ламберта через двести с лишним лет после его смерти проблематично. Общая симптоматика не позволяет заключить об эндокринном заболевании — например, нарушении деятельности щитовидной железы. Синдромы Барде — Бидля и Прадера — Вилли — генетические расстройства, приводящие к патологическому ожирению, — сопровождаются мышечной дистрофией и замедлением умственного развития, но все, близко знавшие Ламберта, сходились на том, что он был очень умён, чрезвычайно силён физически и — за исключением рожистого воспаления кожи и варикозного расширения вен на ногах — никогда ничем не болел (по замечанию современника, «мистер Ламберт едва ли вообще знает, что значит хворать или недомогать». Единственным психологическим расстройством Ламберта был «упадок духа», периодически настигавший его в Лондоне. Тётя и дядя Ламберта, как и он, страдали от избыточного веса, однако родители и сёстры до конца жизни сохраняли обычную комплекцию. Таким образом, наиболее правдоподобная причина болезни Ламберта — не эндокринное или генетическое расстройство, но переедание в сочетании с недостатком двигательной активности. С юности склонный к полноте, Ламберт начал быстро набирать вес после того, как устроился на относительно малоподвижную работу тюремного надзирателя. В биографии Ламберта, изданной при его жизни, сообщается, что «за год службы по сему назначению обхват его тела претерпел величайший и скорейший прирост». Вопреки утверждениям Ламберта об умеренности в еде и воздержании от алкоголя, крайне сомнительно, что он не употреблял в пищу больших количеств мяса и не пил пива во время многочисленных светских раутов, неизбежных для человека его образа жизни и положения в обществе. После нескольких месяцев пребывания Ламберта в столице ему нанёс визит шестидесятисемилетний Юзеф Борувлаский — «последний европейский придворный карлик»: знаменитый лилипут ростом 3 фута 3 дюйма (99 см), родившийся в 1739 году в семье обедневших мелкопоместных дворян на Покутье. В 1754 году Борувлаский был представлен австрийской эрцгерцогине Марии Терезии, затем недолгое время жил при польском короле-изгнаннике Станиславе Лещинском, после чего отправился в многолетнее путешествие по Европе, принёсшее ему славу и богатство. Уйдя на покой в возрасте шестидесяти лет, Борувлаский поселился в английском Дареме, где приобрёл такую популярность, что магистрат платил ему только за то, чтобы он не уезжал из города. Ко времени встречи с Ламбертом Борувлаский пользовался славой одного из виднейших граждан Дарема — своеобразной городской достопримечательности. Обладавший исключительной зрительной памятью (и до конца жизни говоривший с сильным славянским акцентом), Борувлаский вспомнил, что Ламберт, ещё в пору работы подмастерьем на фабрике Патрика, был в числе зрителей, пришедших на его собственное представление в Бирмингеме: «Я уже видел это лицо за двадцать лет до того в Бирмингеме, но тело было совсем другим». До Борувлаского дошли слухи о том, что небывалая тучность «величайшего курьёза в мире» — обман, и он ощупал ногу Ламберта, чтобы убедиться в том, что это не так. Сравнив размеры своих костюмов одежды, оба подсчитали, что ткани, ушедшей на один рукав сюртука Ламберта, хватило бы на полный гардероб для Борувлаского. Когда Ламберт поинтересовался, здорова ли жена Борувлаского Изалина Барбутан (Isalina Barbutan), тот ответил: «Нет, она умерла, и мне не особенно жаль, потому что когда я её обзывал, она сажала меня на каминную полку для наказания». Встреча Ламберта и Борувлаского, самого большого и самого маленького человека в Великобритании, вызвала широкий публичный интерес. По замечанию одной из газет, «Это были сэр Джон Фальстаф и Мальчик-с-Пальчик — что, должно быть, доставляло двойное удовольствие любопытным». Вопреки расчёту ростовщика, рассудившего, что карликовость Борувлаского — верный признак болезненности и нежизнеспособности, и согласившегося выплачивать ему пожизненную страховую ренту, Борувлаский дожил до глубокой старости, умер в возрасте девяноста восьми лет и был с почестями похоронен в даремском кафедральном соборе. В целом хорошо принятый лондонским обществом, с течением времени Ламберт всё более тяготился жизнью в столице. От природы застенчивый и малообщительный, он раздражался от бесконечных расспросов о размерах его одежды. В ответ на вопрос некой дамы о стоимости его сюртука Ламберт сказал: «Не стану делать вид, будто способен удержать в памяти его цену, но могу посоветовать вам верный способ получить необходимые вам сведения. Если вы сочтёте нужным подарить мне новый сюртук, вы совершенно точно узнаете, сколько он стоит». Другой посетитель заявил, что, поскольку его входная плата пошла на приобретение новой одежды для Ламберта, он, гость, имеет право знать, за что именно заплатил. Ламберт ответил: «Сэр, если бы я знал, какую именно часть моего следующего сюртука оплатит ваш шиллинг, уверяю вас — я тут же вырезал бы этот кусок». По подсчётам самого Ламберта, в 1806 году его гардероб стоил 20 фунтов стерлингов. Отклонив все предложения о деловой протекции и покровительстве со стороны многочисленных импресарио и агентов, в сентябре 1806 года Ламберт вернулся в Лестер состоятельным человеком, после чего вновь отдался любимому времяпрепровождению — разведению охотничьих собак и бойцовых петухов. По свидетельству знатоков, родившаяся в его своре сука терьера, за которую ему предлагали 100 гиней, была «лучшей в Англии». Ламберт отказался продать собаку, позднее ставшую его пожизненным компаньоном. Он снова стал посещать спортивные мероприятия — в газетном репортаже о Лестерских скачках от 19 сентября 1806 года сообщалось, что «Среди выдающихся личностей, присутствовавших на ипподроме, мы были рады видеть нашего старого друга, м-ра Дэниела Ламберта, в очевидно добром здравии и расположении духа». Не в состоянии ездить верхом и участвовать в охоте лично, Ламберт завёл свору борзых и регулярно наблюдал из своей кареты за тем, как они загоняли зайцев «по-зрячему» в лестерширских полях. В декабре 1806 года Ламберт предпринял очередное короткое турне для сбора средств, в ходе которого выставил себя на публичное обозрение в Бирмингеме и Ковентри. В начале следующего года он снова приехал в Лондон и поселился в фешенебельном районе Лестер-сквер. В этот период его здоровье впервые серьёзно пошатнулось; личный врач Ламберта доктор Хевисайд (Heaviside) предположил, что болезнь была вызвана «загрязнённым лондонским воздухом», и Ламберт вернулся в Лестер. На родине самочувствие Ламберта улучшилось, и в том же году он совершил ещё несколько поездок по Англии. Летом 1808 года Ламберт ненадолго вернулся в столицу, где продал пару спаниелей за 75 гиней на аукционе Таттерсолз, после чего отправился на гастроли в Йорк. В июне следующего года он предпринял новое турне по Восточной Англии, которое рассчитывал завершить в Стамфорде, прибыв туда к началу Стамфордских скачек. По некоторым источникам, эта гастрольная поездка должна была стать последней, поскольку Ламберт, к тому времени счёвший себя достаточно обеспеченным, намеревался окончательно оставить публичные самопоказы. Тогда же Ламберта взвесили в Ипсуиче — его вес составил 52 стоуна 11 фунтов (335 кг). Более не способный самостоятельно подниматься по лестнице, 20 июня 1809 года Ламберт снял себе номер в первом этаже гостиницы «Повозка и лошади» (Waggon & Horses) в доме № 47 по Стамфорд-хай-стрит, после чего направил в газету Stamford Mercury («Стамфордский Меркурий») заказ на печать рекламных объявлений и листовок, извещавших о его приезде. Через несколько часов, заявив, что «поскольку Гора не смогла дождаться Магомета, Магомет пойдёт к горе», он пригласил типографа к себе в гостиницу для обсуждения технических подробностей заказа. Вечером того же дня Ламберт почувствовал упадок сил и лёг в постель раньше обычного, однако принял типографа, обсудил с ним свои требования к оформлению листовок и выразил обеспокоенность своевременной доставкой отпечатанного тиража. Утром 21 июня Ламберт проснулся в привычное для себя время и, по внешнему виду, в добром здоровье. Начав бриться, он пожаловался на затруднённое дыхание, ещё через десять минут неожиданно рухнул на пол и умер. Вскрытие тела не производилось, и точная причина смерти Ламберта осталась неизвестной. Встречаются утверждения о том, что «величайший курьёз в мире» умер от жирового перерождения сердечной ткани или давления на сердце вследствие его огромного веса, однако поведение Ламберта непосредственно перед смертью не было похоже на поведение человека, страдавшего от сердечной недостаточности: свидетели сходятся на том, что прежде, чем Ламберт стал задыхаться и упал замертво, он выглядел вполне здоровым. По версии британского ревматолога, патографа и историка медицины Джена Боундсона (Jan Bondeson), наиболее вероятная причина скоропостижной смерти Ламберта, с учётом общей симптоматики и истории его болезни, — внезапная тромбоэмболия лёгочной артерии. Тело Ламберта начало быстро разлагаться. Доставить его в Лестер не было никакой возможности, поэтому 22 июня 1809 года оно было помещено в гроб из вяза длиной 6 футов 4 дюйма, шириной 4 фута 4 дюйма и высотой 2 фута 4 дюйма (193 Ч 132 Ч 71 см), снабжённый колёсами для удобства перемещения. Гроб был настолько велик, что для того, чтобы выкатить его из гостиницы и доставить на вновь открывшееся кладбище во дворе церкви Святого Мартина, пришлось разобрать окно и стену последнего жилища Ламберта. Несмотря на насыпанный у края могилы земляной пандус, избавлявший от необходимости опускать гроб отвесно, в день похорон Ламберта 23 июня 1809 года двадцати мужчинам понадобилось почти полчаса для того, чтобы втащить огромный гроб в могилу.

Друзья Ламберта установили за свой счёт на его могиле большой надгробный камень с эпитафией:
IN Remembrance of that PRODIGY in NATURE.
DANIEL LAMBERT.
a Native of LEICESTER:
who was possessed of an exalted and convivial Mind
and in personal Greatness had no COMPETITOR
He measured three Feet one Inch round the LEG
nine Feet four Inches round the BODY
and weighed
FIFTY TWO STONE ELEVEN POUNDS!
He departed this Life on the 21st of June 1809
AGED 39 YEARS
As a Testimony of Respect this Stone is erected by his Friends in Leicester

В Память о ЧУДЕ ПРИРОДЫ.
ДЭНИЕЛ ЛАМБЕРТ.
Уроженец ЛЕСТЕРА:
был наделён возвышенным и дружелюбным Нравом
и в своём Величии не имел РАВНОГО
Насчитывал три Фута один Дюйм в обхвате НОГИ
девять Футов четыре Дюйма в обхвате ТЕЛА
и весил
ПЯТЬДЕСЯТ ДВА СТОУНА ОДИННАДЦАТЬ ФУНТОВ!
Ушёл из Жизни июня 21-го года 1809-го
39 ЛЕТ ОТ РОДУ
Как Свидетельство Почтения сей Камень установлен его Друзьями в Лестере
В конце 1809 года некий Дж.Дрэкард (J.Drakard) выпустил книгу под названием «Жизнь замечательного и необыкновенного толстяка, покойного Дэнл. Ламберта, от рождения до мига его кончины, с рассказом о людях, известных своею дородностью, и иных занимательных материях» (англ. The life of that wonderful and extraordinary heavy man, the late Danl. Lambert, from his birth to the moment of his dissolution, with an account of men noted for their corpulency, and other interesting matter) — первую полную биографию Ламберта, изданную после его смерти. Рекорд Ламберта как самого тяжёлого человека в официально задокументированной медицинской истории был вскоре побит американцем Миллзом Дарденом (1799—1857), но к этому времени Ламберт стал в Великобритании своеобразной культовой фигурой, и всякий предмет, связанный с ним, тщательно сохранялся для потомства. Его одежда и имущество были проданы на аукционе коллекционерам; многие из личных вещей Ламберта ныне выставлены в качестве экспонатов в исторических музеях. После смерти Ламберта в его честь было переименовано множество пабов и постоялых дворов по всей Англии (и особенно — в Лестере и Стамфорде). Большой известностью пользовался лондонский паб «Дэниел Ламберт» на Ладгейт-хилл, 12, рядом со входом в собор Святого Павла. В передней паба был вывешен большой портрет Дэниела Ламберта; там же демонстрировалась его трость. Джеймс Диксон (James Dixon), владелец стамфордской гостиницы «Рэм Джэм Инн» (Ram Jam Inn), приобрёл одежду, бывшую на Ламберте в момент его смерти, и выставил её на всеобщее обозрение, переименовав гостиницу в «Дэниел Ламберт». Словосочетание «Дэниел Ламберт» быстро вошло в обиходную английскую устную и письменную речь, став нарицательным именем для обозначения всякого толстяка. Имя Дэниела Ламберта, используемое в этом значении, оставалось в ходу даже после того, как подробности жизни Ламберта были в значительной степени забыты: в 1852 году Чарльз Диккенс заметил, что «имя Ламберта известно лучше, чем его история». Уподобление тучного персонажа Дэниелу Ламберту встречается в нескольких классических произведениях английской литературы XIX века: романе Диккенса «Жизнь и приключения Николаса Никльби» (глава XXXVI), романах Уильяма Мейкписа Теккерея «Записки Барри Линдона, эсквайра, писанные им самим» (глава XIV) и «Ярмарка тщеславия» (глава VI). К концу XIX века имя «Дэниел Ламберт» стало означать вообще всё необычно большое: так, в трактате «Исследование социологии» (англ. The Study of Sociology) Герберта Спенсера встречается выражение «Дэниел Ламберт учёности»; Томас Карлейль саркастически характеризует Оливера Кромвеля как «огромного раздувшегося мошенника и ненасытного несчастного духовного „Дэниела Ламберта“». В 1874 году рецензент The Times в статье об английском переводе комедии Марио Ушара (французское название - Mario Uchard) «Ля Фьяммина» (французское название - La Fiammina), одного из персонажей которой зовут «Даниэль Ламбер» (французское название - Daniel Lambert), отметил, что это имя «всегда ассоциируется в уме англичанина с представлением о тучности». В 1907 году, почти через сто лет после смерти Ламберта, автор статьи в «The Times» назвал французский замок Шамбор «Дэниелом Ламбертом среди замков». В 1910 году Нелли Ламберт Энсолл (Nellie Lambert Ensall), в то время самая толстая женщина в Великобритании, заявила, что приходится правнучкой Дэниелу Ламберту. Заявление едва ли соответствовало истине: Ламберт никогда не был женат и, вероятно, вообще не мог иметь детей. В 1838 году в «Английском ежегоднике» (англ. English Annual) было опубликовано несколько стихотворений, якобы сочинённых Дэниелом Ламбертом и найденных среди бумаг в гостинице «Повозка и лошади» после его смерти; первооткрыватель стихов скрылся под псевдонимом «Омега». Ни один из прижизненных источников не упоминает об интересе Ламберта к поэзии и вообще к какой бы то ни было литературе, за исключением периодических изданий об охоте. Не ясно также, по какой причине бумаги Ламберта должны были находиться с ним в момент его смерти в стамфордском гостиничном номере, а не в его доме в Лестере. Не исключено, что «стихи Дэниела Ламберта» — литературная мистификация. В 1846 году Стамфорд посетили известный американский цирковой антрепренёр Финеас Тейлор Барнум и 64-сантиметровый лилипут из его труппы Чарльз Шервуд Стрэттон по прозвищу Генерал Том-Там (англ. General Tom Thumb — «Генерал Мальчик-с-Пальчик»), пожертвовавшие владельцу гостиницы «Дэниел Ламберт» один из цирковых костюмов Тома-Тама. Диксон выставил костюм рядом с одеждой Ламберта. В 1859 году Генерал Том-Там снова нанёс визит в Стамфорд, где выступил с публичной демонстрацией собственных миниатюрных размеров, целиком спрятавшись в одном из чулок Ламберта. В 1866 году в Стамфорд приехали Генерал Том-Там, его жена-лилипутка Лавиния Уоррен, сестра Лавинии Минни и другой знаменитый лилипут Барнума — Коммодор Натт; все четверо одновременно без труда пролезли через штанину бриджей Ламберта. В том же году одежда Дэниела Ламберта и Генерала Тома-Тама была продана стамфордской таверне «Старый Лондон» (англ. Old London Tavern). Ныне та и другая — экспонаты Стамфордского городского музея. (В июне 2011 года Стамфордский музей закрылся, после чего весь музейный фонд был передан стамфордской городской библиотеке). Восковая фигура Ламберта, изготовленная в Лондоне в 1806 году, была привезена в США. В 1813 году статуя выставлялась в Нью-Хейвене, в 1828 году — в бостонском увеселительном парке «Вашингтон-гарденз» (отмечалось, что платье на фигуре в точности повторяло одежду Ламберта). Позднее статуя была куплена Ф.Т.Барнумом и выставлена в Американском музее Барнума в Нью-Йорке. Во время пожара 1865 года, полностью уничтожившего музей и его экспонаты, рабочие пытались спасти статую, но изваяние погибло, растаяв в огне. Дэниел Ламберт остаётся культовым историческим персонажем в Лестере (по выражению газеты «Лестерский Меркурий» — «одним из наиболее лелеемых городских кумиров»); в его честь названы несколько лестерских пабов и фирм. Призрак Дэниела Ламберта в одноимённой пьесе (The Ghost of Daniel Lambert) Сью Таунсенд, впервые поставленной в лестерском театре «Хэймаркет» в 1981 году, с неодобрением наблюдает за сносом и перестройкой исторического городского центра Лестера в 1960-е годы. Ламберт — не менее популярная фигура в Стамфорде; в его честь игроков местной футбольной команды «Стэмфорд» называют «Дэниелами» (The Daniels). Гардероб Ламберта, а также его кресло, трость, стек и молитвенник — постоянные экспонаты лестерского музея Ньюарк-хаузес. В стамфордском городском музее демонстрируются манекен Дэниела Ламберта, наряженный в одежду, бывшую на нём в момент смерти, и манекен Генерала Тома-Тама в костюме, пожертвованном Барнумом Джеймсу Диксону[86]. Стамфордской гостиницы «Дэниел Ламберт» и одноимённого лондонского паба на Ладгейт-хилл больше не существует; памятные вещи, выставлявшиеся там, ныне находятся в постоянной экспозиции в стамфордской гостинице «Джордж» (George Hotel). В 2009 году Лестер отметил «День Дэниела Ламберта» — двухсотую годовщину со дня его смерти. Гостями торжественных мероприятий в музее Ньюарк-хаузес, приуроченных к годовщине, стали более 800 человек. Литература: Altick, Richard D. The Shows of London. — Boston : Harvard University Press, 1978. — ISBN 0674807316; Anon. Exhibition // The Times. — 1806. — № 6700 (2 апреля). — Col. B; Bondeson, Jan. The Two-Headed Boy and Other Medical Marvels. — Ithaca, N. Y. : Cornell University Press, 2000. — ISBN 080148958X; Bondeson, Jan. Freaks : The Pig-Faced Lady of Manchester Square & Other Medical Marvels. — Stroud : Tempus Publishing, 2006. — ISBN 0752436627; Dickens, Charles. A Great Idea // Household Words. — 1852. — № 5 (21 августа); Dickens, Charles. Fat People // All the Year Round. — 1864. — № 12 (19 ноября); Leroi, Armand Marie. Mutants. — L. : Harper Perennial, 2003. — ISBN 0006531644; Mathews, Anne. The life and correspondence of Charles Mathews, the elder, Comedian. — L. : Routledge, Warne and Routledge, 1860; “Omega”. Some account of the late Daniel Lambert, Esq, with selections from his papers // The English Annual. — L., 1838. — P. 282—300; Seccombe, Thomas. Daniel Lambert // Oxford Dictionary of National Biography. — Oxford University Press, 2004; Timbs, John. English Eccentrics and Eccentricities. — L. : Richard Bentley, 1866. — Vol. 1; Wilson, G. H. The Eccentric Mirror : Reflecting a Faithful and Interesting Delineation of Male and Female Characters, Ancient and Modern, Who Have Been Particularly Distinguished by Extraordinary Qualifications, Talents, and Propensities, Natural or Acquired With a Faithful Narration of Every Instance of Singularity, Manifested in the Lives and Conduct of Characters Who Have Rendered Themselves Eminenty Conspicuous by Their Eccentricities : in 4 vols. — L. : James Cundee, 1806. — Vol. 1; Wilson, G. H. Wonderful Characters : Comprising Memoirs and Anecdotes of the Most Remarkable Persons of Every Age and Nation. — L. : J. Barr and Co., 1842.


1774
Евгений Иванович Оленин
российский военачальник эпохи наполеоновских войн, генерал-майор Русской императорской армии. Евгений Оленин родился в дворянской семье. В 1778 году был записан на воинскую службу в Конный лейб-гвардии полк, откуда 1 января 1793 года Оленин был выпущен ротмистром в Харьковский 4-й уланский полк. Принимал участие в польских событиях 1794 года. С 1797 года продолжал службу в Смоленском мушкетерском полку, где 18 декабря 1800 года получил погоны полковника. В ходе Войны второй коалиции принимал участие в Итальянском походе Александра Суворова, брал крепости Пиццигеттоне и Милана. Переходя Сен-Готардский перевал Оленин получил ранение в ногу. 20 декабря 1802 года вновь получил назначение Конный лейб-гвардии полк. Сражаясь с французами в ходе война третьей антинаполеоновской коалиции более всего проявил себя в баталии под Аустерлицем, в которой трижды был ранен и захватил вражеское знамя. За этот подвиг 24 февраля 1806 Оленин был отмечен командованием орденом Святого Георгия 4-го класса «в воздаяние отличного мужества и храбрости, оказанных в сражении 20 ноября при Аустерлице против французских войск, где, будучи эскадронным командиром, вместе с полковником графом Ожаровским, взял у неприятеля знамя 4-го пехотного полка, врубившись в два полка.» 13 ноября 1808 года получил почётную отставку по состоянию здоровья с производством в чин генерал-майора. После вторжения Наполеона в пределы Российской империи, Оленин, верный присяге, вернулся в строй и 20 июля 1812 года и был приписан в Смоленский резервный корпус, составленный из резервных батальонов и эскадронов. В ходе Отечественной войны 1812 года в битве под Красным был ранен саблей в голову, а освобождая город Смоленск от врага вновь получил ранение. После изгнания французов принял участие в заграничном походе русской армии 1813 года, в ходе которого принял участие в битве при Люцене. 24 февраля 1816 года Оленин вновь испросил у командования отставку по болезни. Евгений Иванович Оленин умер 30 октября 1827 года и был похоронен в деревне Иловка Смоленской губернии. Был женат на богатой наследнице Варваре Петровне Хитрово (1772—1839), дочери сенатора Петра Васильевича Хитрово (1727—1793) и его второй жены Екатерины Гавриловны Ермолаевой, ур. Белкиной. Старшая сестра Варвары Петровны по матери была замужем за генералом П.Х.Обольяниновым. В браке имели одну дочь Екатерину Евгеньевну (1810—1872) в замужестве за генерал-лейтенантом Петром Александровичем Грёссером. Ей от матери досталась усадьба Воскресенское, ныне «Дом Отдыха „Воскресенское“ Управления Делами Президента Российской Федерации». Его сестра Наталья Ивановна была замужем за генерал-майором П.П.Пассеком.

В 2011 году генералу Оленину в Сквере Памяти Героев в Смоленске был установлен бюст (автор Фишман П.А.).


1775
Генри Крабб Робинсон (Henry Crabb Robinson)
мемуарист, автор известных дневников и воспоминаний. Родился в городе Бери-Сент-Эдмундс, получил юридическое образование в Колчестере. Между 1800 и 1805 обучался в различных городах Германии и познакомился там со многими выдающимися людьми: Гёте, Шиллером, Гердером, Виландом, и др. Был корреспондентом газеты Таймс. С 1813 года работал в коллегии адвокатов и через 15 лет ушёл в отставку; благодаря дару красноречия и прочим качествам стал видным общественным деятелем. Он умер 5 февраля 1867 года. Через 2 года после его смерти его дневники и воспоминания были изданы в двух томах: Diary, Reminiscences and Correspondence of Henry Crabb Robinson. Selected and Edited by Thomas Sadler, Ph. D. Two Volumes. Boston; Fields, Orgood & Co. 1869.


1779
Василий Иванович Демут-Малиновский
русский скульптор. Родился в Санкт-Петербурге. Отец Малиновского работал резчиком по дереву, и маленький Василий с детства учился пластике, наблюдая за работой отца. В 1785 году, будучи ещё ребёнком, в возрасте шести лет он начал обучение в Академии художеств. Василий Иванович учился в Академии художеств с 1785 по 1800 год. Он являлся учеником знаменитого скульптора М.И.Козловского, за время обучения он был четырежды отмечен наградами Академии. Он получил две серебряные медали за успехи в леплении с натуры — малую в 1798 году, и большую в 1799 году. После этого он стал обладателем золотой медали второй степени, которую он получил в 1799 году за барельеф «Ангел выводит апостола Петра из темницы». Золотой медалью первой степени он был награждён в 1800 году в составе группы скульпторов за коллективную работу — барельефы к памятнику Петру I у Михайловского замка работы Бартоломео Растрелли. За это он получил Первую золотую медаль. В 1802 году умирает М.И.Козловский. Для создания надгробия на его могиле тогдашним президентом Академии графом А.С.Строгановым был объявлен конкурс. Малиновский участвовал в этом конкурсе и выиграл его, получив вторично большую золотую медаль. В 1803 году Демут-Малиновский вместе с другими воспитанниками Академии художеств был отправлен в заграничную командировку в Италию. В программу командировки входило изучение памятников западноевропейского искусства и знакомство с архитектурой древнего Рима. В это время он сочетал с активно работал в пластике. Демут-Малиновский создавал зарисовки новых композиций, рисовал натуру, срисовывал античные образцы. Им были созданы композиции на мифологические темы, в том числе скульптор начал работу над барельефом «Геркулес и Омфала», статую «Нарциса, смотрящегося в воду» и несколько голов и бюстов. Скульптор потратил много времени и сил для постижения сложнейшего искусства обработки мрамора. Этой наукой к концу пребывания в Италии он овладел в совершенстве. Демут-Малиновский в 1806 году вернулся на родину, но все его работы, выполненные за границей, погибли в пути. Ему предстояло создать новые произведения. По возвращении в Россию он выполнил эскиз статуи «Илья-пророк», за что в 1807 году был удостоен звания академика. Но основная работа в Санкт-Петербурге по приезду была сконцентрирована в создании декоративного оформления строившихся акцентов городской среды — Казанского собора и Горного института. Эти здания и соружения были построены скульптором А.Н.Воронихиным. Кроме того, считается что Василий Иванович работал над оформлением здания Биржи. Демут-Малиновский, сотрудничая с Воронихиным, участвовал в создании одного из красивейших интерьеров Павловского дворца «Кабинета-фонарика» с фигурами кариатид (закончен в 1808). В 1808 году скульптору было присвоено звание адъюнкт-продессора. Для Казанского собора (закончен в 1811 году) скульптор исполнил статую Андрея Первозванного. В создании храма участвовал весь цвет архитектуры и пластики начала XIX века. Свою часть работ — скульптуры святых для парадного портика, обращённого к Невскому проспекту он выполнял вместе с такими известными авторами, как И.П.Мартос и С.С.Пименов. Историки XIX века приписывают Малиновскому авторство статуи пророка Илии. Для здания Горного института скульптор создал группу «Похищение Прозерпины Плутоном» на сюжет античной мифологии в римском переложении. Прозерпина сопротивляется Плутону, который уносит её в подземное царство. Левой рукой она пытается оттолкнуть своего похитителя, а правой рукой в отчаянии прикрывает голову. У ног лежит трёхголовый пёс Цербер, легендарный страж подземных богатств, охранявший выход из царства мёртвых Аида. Вторую скульптурную группу выполнил С.С.Пименов. На здании также были установлены барельефные фризы работы Демут-Малиновского. Они тоже связаны с архитектурой и не нарушают плоскости стены. В оформлении Горного института ярко проявился синтез архитектуры и монументальной скульптуры, характерный для русского градостроительства первой половины XIX века. С 1812 по 1814 годы Демут-Малиновский вёл активную деятельность: совместно с С.С.Пименовым работал над оформлением здания Главного Адмиралтейства; создал статую «Русский Сцевола» (1813), и за свои заслуги был удостоен звания профессора. В это время он активно работал в области надгробной скульптуры. Он создал памятник Е.И.Барышниковой (1813; до 1990-х находился под юисдикцией музея архитектуры Академии строительства и архитектуры СССР) и памятник А.Н.Воронихину (1814; Тихвинское кладбище, Некрополь XVIII века, Музей городской скульптуры). В 1813 году скульптору было присвоено звание профессора. В 1812-1814 годах Демут-Малиновский был приглашён на перестройку здания Главного Адмиралтейства. Он работал в сильном коллективе единомышленников — там работали скульпторы С.С.Пименов, Ф.Ф.Щедрин и других. Возведение здания возглавлял архитектор А.Д.Захаров. В 1813 году Демут-Малиновский выполнил статую «Русский Сцевола». Сюжетом скульптуры стал исторический факт: русский крестьянин, вырвавшись из плена, предпочёл потерять руку, чем иметь клеймо — след рабства. В своём произведении Демут-Малиновский запечатлел тот момент, когда крестьянин только поднимает топор. Такие сильные внутренние качества как огромная внутренняя решимость, мужество и благородство нашли своё отражение в широком развороте фигуры, в энергичном взмахе руки, в суровом выражении волевого лица. Соблюдая традиции своего времени, мужская фигура почти обнажена, стиль её одежды напоминает классические драпировки. С другой стороны, в трактовке образа скульптор передал национальные русские черты. Это отражено и в широкоплечей коренастой фигуре крестьянина, пропорции которой далеки от классических канонов, и в чертах лица героя, обрамленного короткой бородкой вьющимися прядями волос. Искусствоведы считают, что это изображение является одним из первых произведений русской монументальной скульптуры, когда с такой значительностью был воссоздан образ простого человека из народа. Создание этого произведения получило высокую оценку современников — в 1813 году за «Русского Сцеволу» Демут-Малиновский был удостоен звания профессора. Сама скульптура продолжительное время находилась в музее Академии художеств, сейчас она находится в коллекции Государственого русского музея. Демут-Малиновский уже неоднократно работал с С.С.Пименовым над скульптурным оформлением монументальных зданий, ставших сейчас памятниками архитектуры. Первой крупной работой группы авторов стало скульптурное оформление в Санкт-Петербурге ансамбля Елагинского дворца. Демут-Малиновский создавал декоративную скульптуру для Овального зала и Столовой. При украшении Михайловского дворца перед Демут-Малиновским было поставлено несколько грандиозных задач: Колесница Победы на арке Главного штаба; Создание фриза между колоннами портика, состоящего из сорока четырех отдельных рельефов; Большая скульптурная группа на аттике здания со стороны Михайловского сада; В интерьере дворца скульптору было поручено оформление парадной лестницы, отличающейся торжественностью и нарядностью. Дуэт скульпторов с большим энтузиазмом выполнял заказ на создание скульптур арки Главного штаба. Сотрудничество оформителей было настолько тесным, что исследователи затрудняются вычленить работы конкретных скульпторов - по документам архива Академии художеств можно определить, что колесница в группе Победы на арке создана Демут-Малиновским, также он является автором фигуры молодого воина и двух лошадей. Позже создания арки Главного штаба Демут-Малиновский принимал активное участие в оформлении здания императорской публичной библиотеки (построено в 1820-х годах). Он создал статую Минервы над фронтоном, фигуры Демосфена, Гиппократа, Эвклида и скульптурный фриз. Когда в 1828—1832 годах здание Александринского театра было перестроено Карлом Росси, Василий Иванович в составе группы специалистов работал над скульптурным оформлением театра. Специалисты считают его автором статуй Терпсихоры и Эрато. Они, увы, не сохранились. Деревянные Нарвские триумфальные ворота были созданы в 1814 году Джакомо Кваренги в качестве памятника победе русского оружия в Отечественной войне 1812—1814 годов. Они скоро обветшали и были в 1827—1834 годах перестроены архитектором В.П.Стасовым в старых очертаниях. Для скульптурного оформления сооружения был приглашён тандем скульпторов. Демут-Малиновский стал автором колесницы в группе Славы, фигур воинов и двух коней, другую часть работы выполнил С.С.Пименов. Кроме того, часть скульптур композиции ворот выполнил известный анималист П.К.Клодт. Исскуствоведы отмечают, что скульптура Нарвских ворот отличается строгостью и простотой, она лишена аллегорической усложнённости образов, столь характерной для монументально-декоративных произведений этого времени. В 1833 году этот тандем прекратился в связи со смертью С.С.Пименова. В последние годы жизни Василий Иванович активно трудился над на созданием лепных украшений для интерьеров Зимнего дворца и здания Академии художеств. В эти годы произошёл определённый служебный рост Демут-Малиновского: в 1833 году скульптору присуждено звание заслуженного профессора. С 1836 года после смерти Мартоса он занял пост ректора Академии художеств по отделению скульптуры. В 1830-х годах скульптор выполнил памятник Екатерине II. По замыслу этот памятник должен был стать гимном русскому оружию в честь победы над Турцией в Русско-турецкой войне 1787—1792 годов. Он был установлен в усадьбе генерала П.А.Румянцева «Троицкое-Кайнарджи» (Балашиха). Сейчас памятник находится в Государственном музее архитектуры имени А.В.Щусева. В 1838—1846 годах Демут-Малиновский создал памятник Ивану Сусанину. Он был установлен в Костроме. В.И.Демут-Малиновский скончался 16 июля 1846 года. Литература: Шмидт И., В.И.Демут-Малиновский, Москва, 1960.

1779
Фёдор (Фридрих-Август) Яковлевич Эйхен 2-й
генерал-лейтенант, член генерал-аудиториата Военного министерства, начальник Ораниенбаумского дворцового правления. Службу он начал в Горном корпусе, где 4 апреля 1791 г. был произведён из студентов в шихтмейстеры Колыванских заводов. Уволенный 16 декабря 1793 г. по прошению от горной службы, Эйхен был переименован в поручики, с определением в Генеральный штаб. В мае следующего года он был прикомандирован к войскам, расположенным в Польше и принимал участие в боях против Костюшки.
В 1795—1798 гг. Эйхен был при топографической съёмке в Литве. С упразднением Генерального штаба в 1796 г. он был назначен в свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части. Командированный в 1798 г. на турецкую границу в корпус генерала Германа, Эйхен в 1799 г., вместе с войсками корпуса, был послан в Молдавию и Венгрию, а затем в Голландию для совместных действий с англичанами против французов. Однако, не доехав до действующей армии, он был послан из Ревеля курьером к английскому королю. В 1801—1805 гг. Эйхен находился при цесаревиче Константине Павловиче. В 1805—1806 гг. Эйхен состоял при корпусе генерал-лейтенанта Эссена 1-го и был прикомандирован к армии графа Буксгевдена, расположенной в Моравии. Посланный в декабре того же года с передовыми отрядами войск в город Иганесбург для наблюдения неприятеля, во время соединения наших двух армий при реке Нарев, Эйхен в январе 1807 г. находился при изгнании неприятеля из деревни Зонборг и преследовании его по направлению к городу Неймарку, а в феврале был в битве при Прейсиш-Эйлау и во всех авангардных стычках до отступления войск за реку Пассарге. За боевое отличие в битве при Прйсиш-Эйлау он 22 апреля 1807 года был награждён орденом св. Георгия 4-й степени (№ 744 по кавалерскому списку Судравского и № 1753 по списку Григоровича — Степанова). В мае Эйхен находился при изгнании неприятеля с Гуттштадтской позиции, в битвах при деревне Анкендорфе и при Гейльсберге, и 2 июня — в сражении при Фридланде. По окончании войны Эйхен был командирован для устройства лагеря по рекам Двине и Днепру, после же выступления армии на квартиры был послан для осмотра южного берега Финского залива, и вслед за тем прикомандирован к съёмке под Санкт-Петербургом. В 1811 г. Эйхен в чине полковника, по особому Высочайшему повелению, находился в Витебской губернии. Во время Отечественной войны 1812 года и в Прусской кампании 1813 года он участвовал в сражениях с французами. Уволенный по прошению от службы в 1814 г., Эйхен в 1822 г. был вновь принят в квартирмейстерскую часть полковником, с назначением присутствовать в гоф-интендантской конторе. В 1823 г. он был определён управляющим Ораниенбаумским дворцовым управлением и произведён в генерал-майоры, а в 1826 г. был назначен комендантом Ораниенбаума. В 1837 г., вследствие слабости здоровья, был уволен от должности управляющего дворцовым управлением, но с оставлением комендантом и управляющим строительной частью города Ораниенбаума. В 1839 г. Эйхен был произведён в генерал-лейтенанты с назначением членом генерал-аудиториата. Сорокапятилетняя беспорочная служба Эйхена была отмечена следующими наградами: орденами Белого Орла, святой Анны 1-й степени с императорской короной, святого Владимира 4-й степени с бантом и серебряной медалью за кампанию 1812 г. Скончался Эйхен в Санкт-Петербурге 5 февраля 1847 года, похоронен на Волковом лютеранском кладбище. Сын Фёдора Яковлевича, Фёдор Фёдорович, также служил в русской императорской армии и был командиром Томского пехотного полка; другой сын, Александр Фёдорович, был известным художником исторической живописи и обучался у К.П.Брюллова. Также получил известность и брат Фёдора Яковлевича: генерал-лейтенант Яков Яковлевич Эйхен в 1822—1841 гг. был управляющим Петергофским дворцовым правлением. Источники: Русский биографический словарь: В 25 томах / под наблюдением А.А.Половцова. 1896—1918; Саитов В.И. Петербургский некрополь. Том 4. C—. Санкт-Петербург, 1913; Степанов В.С., Григорович П.И. В память столетнего юбилея императорского Военного ордена Святого великомученика и Победоносца Георгия. (1769—1869). Санкт-Петербург, 1869.


1781
Йозеф Иоганн Литров или Литтров (Иосиф Андреевич, Иосиф Антонович, Йозеф Самуэль; немецкое имя - Joseph Johann von Littrow)
австрийский астроном, отец Карла Литрова и Генриха Литрова, учитель математика Николая Брашмана. Директор Венской обсерватории с 1819 по 1840 год, первый профессор астрономии Казанского университета, основатель Казанской обсерватории, член-корреспондент Императорской академии наук. Родился в богемском городке Бишоф-Тениц, королевство Богемия, Священная Римская империя. Начальное образование получил в родном городе. В 13 лет был послан отцом в Прагу, где учился в гимназии, а затем, с 1799 года — в Карловом университете. Во время обучения в университете и в последующие годы, до 1807, изучал древние языки, математику, натурфилософию, право, богословие. Окончил университет в 1803 году, с этого года некоторое время работал домашним учителем в богатых семействах Силезии и Вены. С 1807 года начал заниматься астрономией, стал посещать венскую обсерваторию и скоро, начал работать самостоятельно.

Уже в ноябре этого года Ягеллонский университет в Кракове пригласил его профессором астрономии и высшей математики. С 1808 — директор Краковской обсерватории. В 1809 году Краков был занят вначале русскими войсками, а потом присоединён к Варшавскому герцогству. Эти обстоятельства заставили его думать о более удобном месте для научных работ. В августе 1809 года Литров, в письме к главнокомандующему князю Голицыну, выразил желание перебраться в Российскую империю. В итоге Литров был приглашён в недавно открытый Казанский университет и 7 января 1810 года покинул Краков. Прибыл в Казань 13 марта. В Казани в это время не было не только обсерватории, но и удовлетворительных инструментов и нужных книг. Литров старался поставить преподавание астрономии на высокий уровень и основал обсерваторию, для которой в это время не было даже здания. Все эти затруднения разрешились не сразу, в том числе ввиду Отечественной войны. 22 декабря 1813 года Литров стал членом-корреспондентом Академии Наук. Только в 1814 году была построена обсерватория и в ней были произведены точные наблюдения, а в мемуарах Академии Наук за 1815 год уже указано точное указание широты казанской обсерватории. Новая обсерватория в то время была самой восточной в Европе. Тем не менее, в 1816 году Литров ходатайствовал об увольнении его от русской службы и 31 мая уже уехал из Казани. В 1816 году он стал соруководителем обсерватории в Буде (в то время — Офен). На новом месте Литров также испытывал затруднения в работе и в 1819 году уехал в Вену, был назначен профессором астрономии в Венском университете и стал директором Венской обсерватории, которую он полностью реорганизовал. Здесь его деятельность достигла полного расцвета: он постоянно помещал в специальных журналах статьи теоретического содержания и свои наблюдения, начал издание анналов венской обсерватории, издал ряд руководств, по которым училось несколько поколений. Кроме того, здесь он занимался сочинением научно-популярных изданий по астрономии. Скончался в Вене 18 ноября 1840 года.

Мемориал Йозефа Иоганна Литрова и Карла Литрова в Венском университете.
Имя Литрова нередко связывают с предложением создать широкий замкнутый канал в пустыне Сахара и заполнить его горящим керосином, тем самым демонстрируя человеческий разум инопланетянам, которые могут наблюдать за Землёй. Тем не менее, доказательства достоверности участия Литрова в разработке этой схемы под сомнением. В честь Литрова был назван кратер Литтров на Луне. Некоторые труды: «Darstellung der Sonnenfinsterniss des 7 Sept. 1820». Пешт, 1820; «Ueber die Hцhenmess. durch Barometer». Вена, 1820; Theoretische und practische Astronomie. 3 тома. Вена, 1821, 1827, 1834; в русском переводе – «Тайны неба», Санкт-Петербург, 1902-1904; «Populдre Astronomie», 2 тома. Вена, 1825; «Calendariographie, oder Anleitung alle Arten Kalender zu verfertigen», Вена, 1828; «Anleitung zur Berechn. der Lebensrenten u. Wittwenpension». Вена, 1829; «Vorlesungen ьber Astronomie». Вена, 1830; «Abriss einer Geschichte der Astronomie», Вена, 1830; «Ueber den gefьrcht. Kometen des Iahr. 1832 und ьber Kometen ьberhaupt». Вена, 1823; «Die Wahrscheinlichkeitsrechn. in ihrer Anwendung auf wissenschaftliches und pract. Leben». Вена, 1833; «Die Wunder des Himmels, oder gemeinfassliche Darstellung des Weltsistems» 3 тома. Штутгарт, 1834—1836; «Ueber Kometen, Mit einem Anhange ьber den im Jahre 1835 ersch. Нalley’schen Kometen». Вена, 1835; «Geschichte der Entdeck. der allgemeinen Gravitation durch Newton». Вена, 1835; «Die Doppelsterne». Вена, 1835; «Atlas des gestiernten Himmels» Штутгарт, 1839. Литрову также принадлежит большое количество статей в разных периодических изданиях: «Astronomisches Iahrbuch», «Mйmoires de l’Acadйmie des sciences de S. Pйt., avec l’histoire de l’Acadйmie», «Memoirs of the Astronomical Society of London», «Zeitschrift fьr Astronomie und verwandte Wissenschaften», «Monatliche Correspondenz zur Befцrderung der Erde-und Himmelskunde», «Correspondance astronomique, gйographique, hydrographique et statistique», «Astronomische Nachrichten», «Zeitschrift fьr Physik und Mathematik», «Zeitschrift fьr Physik und verwandte Wissenschaften», «Jahrbuch der Literatur», «Leipziger Zeitung», «Stuttgarter Morgenblatt», «Казанских Известиях» и других.


1781
Карл Фридрих Шинкель (немецкое имя - Karl Friedrich Schinkel)
немецкий архитектор, живописец и график. Считается лидером «романтического историзма» в немецком зодчестве. Родился в Нойруппине (Бранденбург) в семье архидиакона Лютеранской церкви. После кончины отца переехал в Берлин (1795), где учился архитектуре под руководством братьев Гилли в только что основанной ими Академии архитектуры (c 1798 по 1800), одновременно с этим работая художником на фарфоровой фабрике. C 1803 по 1805 посетил Италию и Францию, позже, в 1826 побывал в Англии. Изначально Шинкель занимался живописью: писал пейзажи, исторические сцены, создал немало ландшафтных диорам и панорам. В 1811 стал первым немецким литографом: листы Вечер и Утро. Под влиянием Каспара Фридриха принципы классицизма со временем все активнее сочетались в его станковых работах с романтическими веяниями; историко-античная тема перемежалась национально-средневековыми мотивами.

Среди типических картин Шинкеля — «Собор над городом» (1813, Баварские государственные собрания, Мюнхен), "Взгляд на Грецию цветущей поры (1825, Национальный музей, Берлин). Внес яркий вклад в сценографию немецкого романтизма, создавая в 1815—1832 эскизы задников для спектаклей берлинских королевских театров (гуаши к постановке «Волшебной флейты» Вольфганга Амадея Моцарта, 1815, Графическое собрание Государственных музеев, Берлин; и др.). Оформлял торжественные церемонии (юбилейный Дюреровский праздник в Певческой академии, 1828; придворный «Праздник Белой Розы» в Потсдаме, 1829). Деятельно занялся зодчеством с той поры, как его в 1810 году по предложению Вильгельма фон Гумбольдта назначили асессором Прусской строительной депутации. Последовательно продвигаясь по служебной лестнице, Шинкель сосредоточил в своих руках контроль над важнейшими строительными работами в королевстве.

Памятник Шинкелю в Нойруппине.
Реформировал поздний, ампирный классицизм, археологически уточнив его античные формы, а с другой стороны — придав им еще более свободную, гибкую вариативность. К числу наиболее значительных его сооружений, выполненных в «греческом стиле», относятся: Новая гауптвахта (1816—1818); Драматический театр (1818—1821); Дворцовый мост (со скульптурами по эскизам самого Шинкеля; 1819—1823); Старый музей (1822—1830) в Берлине; Храм Николаикирхе (1830—1837); Дворец Шарлоттенхоф (с 1826) и ряд парковых павильонов в Потсдаме. Изначально испытывая острый интерес и к готике, под воздействием своих английских впечатлений начал строить в неоготическом вкусе: чугунный памятник королеве Луизе в Гранзее близ Берлина, 1811; Вердерская церковь в Берлине, 1825—1828, не сохранилась; проект Готической капеллы (церковь во имя святого Александра Невского) в Петергофском парке «Александрия» (проект 1829; построена архитекторами А.Менеласом и И.И.Шарлеманем в 1831—1834); 1831-1833; замок Бабельсберг близ Потсдама, с 1834). 1845 - Альтштадская Кирха в Кёнигсберге. Под руководством Шинкеля (по планам 1817 и 1833) была значительно модернизирована планировка Берлина (устройство новых улиц и бульваров в центре города; расширение его общей территории за счет присоединения ряда прилегающих районов).

Шинкель внес большой вклад в развитие местной художественной промышленности, создавая эскизы мебели и светильников, стимулируя производство декоративного литья и керамики, а также витражей. Активно занимаясь реставрационными работами (в том числе надзором за достройкой Кёльнского собора), поставил дело охраны архитектурных памятников на широкую государственную основу: по его инициативе (с 1815) соответствующие службы были учреждены по всей Пруссии. Среди собственных произведений Шинкеля особое место занимают некоторые замыслы 1830-х годов (проекты магазина и библиотеки), а также здание Строительной академии (1831—1835; не сохранилось), где он отказался от каких бы то ни было исторических стилизаций, создав новаторские образцы протофункционализма. Карл Фридрих Шинкель оказал огромное влияние на развитие архитектуры в России в XIX веке. Николай I заказал ему проект дворца в крымской Ореанде.

Проект поражал своим великолепием: на одной из скал Шинкель предполагал возвести величественное здание, внешне напоминающие дворцы древней Эллады. Внутренние помещения должны были быть отделаны в стиле помпейских вилл. Богатейшая роспись стен, скульптура из различных видов мрамора в атриуме и галереях, фонтаны, тропическая зелень двориков по замыслу зодчего должны были подчеркивать необычность и роскошь императорской резиденции. Однако проект оказался слишком дорогим и был отклонен. Оставил свой след великий архитектор и в Санкт-Петербурге. Решетки Аничкового моста в городе на Неве являются копией перил Дворцового моста в Берлине, построенного Шинкелем в 1824 году. В 1806 году для безопасности плавания на горе Швальбенберг (ныне — гора Прохладная) у города-порта Пиллау (ныне Балтийск) по проекту Шинкеля был установлен специальный знак, служивший более века навигационным ориентиром. Силуэт из красного камня в виде раскрытой книги был виден далеко в море. Автором проекта маяка в Пиллау, построенного в 1816 году, некоторые также считают Шинкеля.

Шинкель окончательно оформил предложенный королём Фридрихом Вильгельмом III вариант военной награды за храбрость — Железного креста, которым были награждены, в частности, члены немецко-русского легиона, принимавшего участие в Освободительной войне в Германии. Умер в Берлине 9 октября 1841 года. Сочинения: Grundlage der praktischen Baukunst, 4 Aufl., 1—4, В., (1850); Briefe, Tagebьcher, Gedanken, ., (1922). Литература: Rave . ., Karl Friedrich Schinkel, ., (1948); Karl Friedrich Schinkel"s Lebenswerk, Bd 1—7, 9—13—, .— Mьnch., 1939—69—; Pundt . G., Schinkel"s Berlin, Camb. (Mass.), 1972.