источник

27 февраля 1598 года Земский собор избрал царём Бориса Годунова…  любопытно, что тот отнюдь не поспешит занять трон – и венчается на царство только в сентябре – при том, что до этого Борис на протяжении целых четырнадцати лет, как принято считать, был фактическим правителем Руси… Впрочем – по порядку.

…История Годунова чрезвычайно интересна и драматична – не случайно она привлекла внимание А. С. нашего Пушкина. Правда, наше всё практически обвинит Бориса в убийстве царевича Дмитрия – что ряд исследователей считает спорным. (Надо сказать, по некоторым описаниям, отпрыск Ивана Грозного, похоже, действительно страдал припадками – и, к тому же, отличался, мягко говоря, буйным нравом)… Впрочем, дело это тёмное – важно, что, независимо от истинных причин и виновников смерти наследника, общественное мнение склонится не в пользу Годунова – так, на фоне неудач его правления, возникнут самозванцы и самое Смутное время).

(…Вообще, обращает на себя внимание странная метаморфоза Бориса – будучи «теневым» правителем он справлялся вполне успешно, а став полноправным царём, мгновенно растерял всю свою удачливость. Или это и впрямь была некая кара небесная? Ну, ладно…)

…Весь предыдущий путь Годунова выглядит сплошным восхождением – лишившись отца, он попадает в семью дяди; по его примеру становится опричником; женится на дочери самого Малюты Скуратова; сестру Ирину выдаёт за царевича Фёдора; получает боярский сан – и, наконец, становится одним из доверенных лиц угасающего Грозного. (Существует мнение, что Иоанн IV помер не без деятельной помощи Годунова – не то тот его потихоньку травил, не то даже попросту слегка придушил… Если придерживаться версии, что боярин расчищал путь своему зятю к трону – и, соответственно, себе к фактической власти – исключить такого развития событий нельзя).

…Сюда хорошо вписывается упомянутая женитьба – царевич, а потом и царь Фёдор, по мнению историка «…был чужд всего, соответственно своему малоумию». (Это тоже иной раз ставится под сомнение – но зачем бы тогда Грозному учреждать при взрослом сыне регентский совет?..)

…Так или иначе, четырнадцатилетнее правление не то Фёдора, не то Годунова, оказалось относительно успешным – характерно, что в первый же год большинство членов этого самого регентского совета попадут в ту или иную опалу. В конце концов, умирает Фёдор (инцидент с Дмитрием произошёл ещё в середине царствования) – таким образом, мужская ветвь Рюриковичей пресекается; Русь остаётся без царя – и без очевидного наследника!

Среди претендентов были Романовы (чей час пробьёт позже), Мстиславские, Шуйские, некоторые другие родовитые бояре – и, разумеется, Годунов. Строго говоря, Борис был кандидатом самым слабым – в силу незнатного происхождения (принято считать, что род Годуновых пошёл от некого татарского князя, прибившегося ещё к Ивану Калите – но, вообще говоря, это не более чем легенда). Однако – на стороне Бориса имелся немалый, что называется, административный ресурс!

…Во-первых, его сестра, Ирина, даже удалившись в монастырь, оставалась «правительствующей царицей» – не стоит гадать, в чьих интересах она использовала своё немалое влияние. Во-вторых, на стороне Бориса была церковь в лице патриарха Иова – надо сказать, патриаршество как таковое было учреждено как раз при Фёдоре Иоанновиче – потому вознесённый Годуновым московский митрополит станет первым, кто озвучит его имя. Наконец (а может – в первую очередь) – за долгие годы у власти Борис не только основательно зачистил поляну – но и выдвинул на заметные роли многих малознатных дворян; их поддержка на Соборе ему была обеспечена.

…К тому же, представители старых родов банально не могли договориться о едином кандидате – или вели речь о неком «коллегиальном правлении»… Вскоре станет очевидно, что претендент, в сущности, один… но проблема оставалась – да ещё какая!

…Выборный царь был для Руси неслыханным явлением! Даже если предположить, что бо́льшую часть жизни Борис расчищал себе путь к трону – то теперь он не решался его занять! Потому, Годунов отвечает патриарху: «И в разум мне никогда не приходило, и в мысли того не будет, чтобы мне царствовать», – и скрывается у сестры, в Новодевичьем монастыре.

PS: Дальнейшие события со свойственным ему блеском описал А. С. наш Пушкин – особенно крестные ходы, уговаривающие Бориса согласиться… (Искушённые современными выборами, мы прекрасно понимаем, как формировались эти процессии – вопросом остаётся, насколько то была игра со стороны самого Годунова! То ли он, раз за разом отказываясь, мониторил общественное мнение, то ли и впрямь боялся новой роли – не спокойней ли ему было править за спиной легитимного царя Фёдора?..)

В конечном счёте, патриарх Иов разразится потрясающей речью: «Если Борис Фёдорович не согласится, то мы со всем освященным собором отлучим его от церкви Божьей, от причастия Св. Тайн, сами снимем с себя святительские саны – и за ослушание Бориса Фёдоровича не будет в церквах литургии, и учинится святыня в попрании, христианство в разорении, и воздвигнется междоусобная брань, и всё это взыщет Бог на Борисе Федоровиче!» …После такого спича Годунову останется только «покориться обстоятельствам». Если вдуматься – предостережение патриарха сбудется ровно наоборот – но с ужасающей точностью!.. Впрочем, это – совсем другая история.