Ссылка: Источник здесь

Художник Кузьма Сергеевич Петров-Водкин 

(1878–1939)

Девочка с куклой. 1937 г.

На картине изображена Татьяна Пилецкаяя, знаменитая актриса советского кино, в годы детства, когда никто ещё не думал о том, что её ждет такое будущее. Её родители приятельствовали с Петровом-Водкиным – их дачи располагались по соседству, они поддерживали хорошие отношения.
Однажды дети дачников устроили импровизированный концерт – читали стихи, пели песни, танцевали – и Петров-Водкин, впечатлившись природной грацией девочки, пригласил её позировать для портрета. Ей было тогда семь лет.
Они расположились на веранде. Тате было трудно сидеть, и художник разрешал ей иногда вертеться, играть с куклой – куклу подарил девочке отец. Когда же требовалось соблюдать полную неподвижность, Тата рассматривала витражное окно на веранде, заглядывая в разные стеклышки.
На картине осталось то лето в теплых тонах, в рыжем свете на досках веранды. Девочка сидит на стуле, настороженная, заскучавшая, поглядывающая в сторону – скорей бы отпустили! – обнимает куклу, которая, как и многие куклы, глупо улыбается из-под руки хозяйки.
На Тате белое кружевное платье и смотрит она с картины, как живая. Сейчас кивнет и, удобно устроив куклу, убежит с веранды, заливисто смеясь.

Кафе. 1907 г.

На картине изображены знатные дамы, которые решили культурно провести досуг. Все они одеты в роскошные платья в соответствии с модными тенденциями того времени. Больше всего взор зрителя привлекают три из них. В центре полотна расположена дама лет 35, она одета в строгое, но элегантное платье. Разбавить строгостью образа помогает ей пышная шляпка. В правой части расположена дама в более ярких и пышных одеждах, она что-то раздумывает. В левой части полотна находится очень привлекательная, молоденькая и веселая девушка. Дамы беззаботно проводят время в кафе. На заднем плане фигуры видны не четко, но среди них выделяется одно лицо девушки, которая словно с завистью смотрит на местных красавец. Работа написана в начале становления карьеры Петрова-Водкина, но по ней мы можем понять, насколько талантлив был начинающий художник. Картина находится в частной коллекции

Мать. 1915 г.

Полотно «Мать» выполнено в любимой красной цветовой гамме художника. Смысловой центр данной картины – фигура молодой крестьянки, которая сидя в русской избе, кормит своего малыша.
При первом взгляде на неё зритель не находит ничего выделяющегося – молодая девушка из крестьянского сословия, непримечательной внешности, в обычной для того времени одежде. Но более детально разглядывая сюжет картины, начинаешь замечать, что поза и жесты женщины невольно напоминают Мадонн эпохи Ренессанса или мать Иисуса – Деву Марию, на руках которой лежит невинное дитя.
На картине Петрова-Водкина ребенок лежит совершенно беззаботно и пьёт молоко у кормящей матери. Неспроста художников и иконописцев всех времен вдохновляет тема материнства, ведь оно олицетворяет собой одновременно любовь, защиту и заботу, которые окружают и оберегают не только детей, но и всё вокруг.
Фигура женщины собирает вокруг себя всё, без чего человеку трудно существовать на этой грешной земле, по-настоящему отзываться на боль других людей и рваться им на помощь. Ведь мать не только дарит жизнь, это одновременно Родина и исток жизни каждого человека, которые ничем невозможно заменить.

18 год в Петрограде.

Эту картину Кузьмы Петрова-Водкина часто называют «Петроградской Мадонной». И те, кто так её окрестил, правы, потому что кормящая мама с младенцем, стоящая на балконе городского дома даже по выражению лица напоминает иконописный образ.
Волосы женщины спрятаны под белым платком, на плечо накинута алая материя – своеобразный символ революции. У молодой мамы усталый и в то же время суровый взгляд. Но всё же какой-то лучик надежды на светлое будущее в нём есть. И символом его выступает небесно-голубое здание, находящееся позади мамы.
Стёкла в этом доме выглядят странно. Они не то разбиты местами, не то затянуты паутиной, а может быть, просто покрыты пылью. Вероятно, этот дом покинуло богатое семейство, а простой люд ещё не заселился.
На улицах довольно пустынно, если только не считать скопления людей, которое критики позиционируют как очередь за хлебом, олицетворяющее голодное время. Однако ни хлеба, ни продавца зрителю не видно: всё сокрыто фигурой матери, которой нет никакого дела до происходящего внизу. Это всё – преходяще, главное для неё – вырастить своего малыша.
Кто-то углядит в этом младенце символ зарождающейся Советской страны, а кто-то в образе матери – Россию. То есть можно сказать, что это уже не икона Богоматери, но ещё пока и не образ Матери-Родины, который стал эксплуатироваться массово несколько позже. Особенно часто к нему обращались в дни Великой Отечественной войны и после неё.
Идею же полотна «1918 год в Петрограде» – таково официальное название картины – можно выразить так: разрухи и нищеты не будет, мы сумеем преодолеть это. Материнство – это ярчайший символ продолжающейся жизни, это словно зерно, давшее росток среди каменных стен голодающего Петрограда.

За самоваром.1926 г.

На первом плане картины изображена девушка – женщина в светлой, обнажающей полные руки и красивую лебединую шею блузке. Волосы девушки убраны назад и закручены в тугую прическу. Тело девушки видно зрителю только наполовину, одна её рука приложена к груди, вторая же покоится на спинке стула. За спиной у девушки сервированный стол, покрытый синей скатертью.
Главное место на столе и практически во всём центре картины занимает большой блестящий самовар, вокруг него расставлены стаканы и чашки с горячим чаем. За самоваром зритель может отчетливо рассмотреть лицо и фигуру второго участника чаепития, задумчивый вид которого свидетельствует о том, что собравшиеся за столом и видимые зрителю люди не единственные в этой комнате.
Скорее всего, имеется третий собеседник, рассказ которого они с большим вниманием и интересом собрались послушать. Об этом же свидетельствует поза девушки, которая отвернулась от стола и замерла в ожидании. Также можно увидеть отражение третьего присутствующего в начищенном до блеска самоваре, который в дореволюционную эпоху принято было доставать исключительно по особым случаям, коим, по всей видимости, и является приход гостя.
Поскольку художник всё же приверженец символизма, то на присутствие на картине третьего лица указывает также и такая деталь, как отчетливо прорисованная дверь, всегда бывшая символом способом обозначения прихода нового действующего лица, как в живописи, так и в иных формах искусства.

Девушка у окна. 1928 г.

В портрете с изображением крупного плана девушки «У окна» Петров-Водкин представляет сборный, навеянный образ, при этом зрителю этот образ не видится искусственным. Девушка в картине художника – это не просто лицо, но глубокий психологический образ.
Петров-Водкин применяет реалистичный стиль композиции, но отказывается от движения света, который так широко используется в полотнах других авторов. Цвет играет побочную роль в передаче характера. Первичная – отдана художником, падающему свету. Приглушенные тона, используемые в этом произведении, как нельзя точно передают спокойствие и негу.
Петров-Водкин не просто пишет картины, он глубоко философствует на тему человеческой души и межличностных отношений. После смерти о художнике забыли на долгий срок, но сегодня искусство всё же приняло его как мастера великого масштаба. По словам Ю. Русакова именно такие люди способны двигать искусство.

Тревога.1934 г.

Художник изобразил бедную семью, в которой двое детей. Бедность подчеркивается окружающим интерьером: на окнах обычные тряпичные занавески на верёвках, когда-то красивые розовые обои на стенах во многих местах оборвались и потрескались, обнажая убогие, некрасивые стены. Одежда всех домочадцев очень скромная, безликая, хотя и яркая по расцветке.
Но главный момент изображения совершенно не в бедности нарисованных персонажей. Главное – это стойкое ощущение страха, тревоги, чего-то угрожающего. Все члены семьи в оцепенении застыли и ждут чего-то страшного. Какое-то событие, способное перевернуть весь их налаженный скромный, но такой милый и уютный быт.
И это ожидание явно читается на лицах матери и старшего ребенка, дочки. Оно угадывается в застывшей у окна фигуре отца, который в напряженной тишине вглядывается в ночную мглу, пытаясь разглядеть очертания наступающей беды. И только маленький ребенок безмятежно и сладко спит в своей кровати, укрывшись красивым лоскутным одеялом.
Но чего они так боятся? Ответ найдем, если взглянем на название картины, данное ей художником. 1919 год, Гражданская война. Страшная, со слезами и горем, не щадящая ни семьи, ни отцов, ни детей. Именно она наводит ужас на всю эту крепкую, дружную и такую милую семью. В одночасье все может рухнуть, они могут лишиться друг друга, их хрупкий мир может сломаться. Вот что вызывает их тревогу. Это подтверждает и сам автор в интервью о своей картине.
В целом, картина получилась очень яркая и насыщенная и по палитре цвета, и по тематике и сюжету. Множество прорисованных мелких деталей обстановки комнаты, эмоции, отражающиеся на лицах членов семьи, поза, в которой стоит отец – все продумано автором до мелочей и очень выразительно.

Купание красного коня. 1912 г.

Мать. 1913 г.

Портрет мальчика.1913 г.

Портрет Рии (Портрет А.А. Холоповой). 1915 г.

Девочка. 1922 г.

Портрет А.А. Ахматовой. 1922 г.

Девочка на пляже.1925 г.

Портрет С.Н. Андрониковой. 1925 г.

Девушка в красном платке (Работница). 1925 г.

Материнство. 1925 г.

Тревога. 1926 г.

Первая демонстрация (Семья рабочего в первую годовщину Октября). 1927 г.

Цыганки. 1927 г.

Мать и дитя. 1927 г.

Девушка в сарафане. 1928 г.

Весна в деревне. 1929 г.

Портрет Андрея Белого. 1932 г.

Черёмуха в стакане. 1932 г.

Девочка за партой. 1934 г.

Весна 1935 г.

В детской

Дочь рыбака. 1936 г.

Девочка в лесу. 1938 г.