Согласно свежему опросу «Левада-Центра» большинство наших соотечественников считает, что порядок важнее, чем соблюдение прав человека. Опрос ВЦИОМа демонстрирует, что главный предмет гордости россиян — это наша история. Почему такие данные опять встревожили лагерь профлибералов и что в них интересно на самом деле — разбираем ниже.

«Так себе народ»

Большинство граждан России считает, что порядок важнее, чем соблюдение прав человека (57%), все или самые важные предприятия страны должны принадлежать государству (45% и 48%), государство должно запрещать книги и фильмы, которые оскорбляют нравственность (53%). Ради приемлемой зарплаты и пенсии 43% опрошенных согласны отказаться от свободы слова и права ездить за границу. (Как «Левада-Центр» предпочитает формулировать вопросы, понятно уже из этих ответов).

Вышедший параллельно опрос ВЦИОМ о том, чем гордятся соотечественники, дополняет картину. По его результатам 85% граждан России гордятся историей своей страны, 77% — нашими спортсменами и спортом, 63% — армией и военной мощью, 60% — наукой и учёными, а 50% — позицией России на международной арене. 

Если при чтении этих данных у вас не возникло когнитивного диссонанса, значит, вы не принадлежите к кругу либеральных экспертов и блогеров, уже успевших вновь обвинить народ в никчёмности.

Замдиректора «Левада-Центра» Алексей Гражданкин, например, рассказал, что россияне выбирают порядок в стране, потому что у большинства «никаких свобод никогда и не было — они выросли в эпоху Советского Союза». «Более трепетно к соблюдению прав человека относятся граждане, которые социализировались уже во времена перестройки».

Известный борец с «русским фашизмом» Ольга Бакушинская записала всех предпочитающих порядок правам человека в рабы и опечалилась, что «целые поколения россиян потеряны в этом смысле».

Реакция, кстати, на этот раз вышла довольно вялая. Просто потому, что результаты опроса уже никого не удивляют. За всю их историю они упрямо демонстрируют практически одинаковую картину, где проценты колеблются в рамках статистической погрешности. Например, в 1994 году порядок в стране предпочитали свободе 54% против сегодняшних 57% (по данным «Левада-Центр»).

То есть сокрушаться и уныло пенять на народ, который никак не хочет обращаться в их веру, — это традиционное занятие отечественных либертарианцев. Промысел такой — как оленеводство у чукчей.

«Свобода — это то, что у тебя внутри»

На прошедшем этой весной деловом форуме «Россия-2013» один гарвардский профессор прямо обратился к нашему правительству:

«Перед правительством стоит гигантская задача — вдохнуть в россиян европейский дух. А это значит, что приоритет должен быть отдан верховенству права. Большинство людей в России, судя по опросам общественного мнения, предпочитают «порядок» «свободе». И из-за отсутствия правовой традиции большинство россиян не чувствуют себя частью международного сообщества».

Вот так вот, ни меньше ни больше, а задача научить нас ценить свободу по-европейски ставится перед правительством заезжим американским профессором. Оно и понятно, несмотря на все колоссальные вливания, за 20 лет «говорящие головы» так и не смогли объяснить нам, чем их «свобода» лучше нашего «порядка». Несмотря на все попытки заставить нас стыдиться, мы в массе своей всё равно гордимся нашей историей, спортом, наукой и военной мощью. Вот и приходится вновь выводить проблему на правительственный уровень.

А проблема, как кажется, кроется всего лишь в разном понимании термина «свобода».

Их «свобода» — это возможность раздвигать рамки ненаказуемого и дозволенного поведения личности среди чужого ей мира.

Наша — возможность наравне со всеми участвовать в созидании и использовании общего мира. 

Именно поэтому их свобода несовместима с порядком, а наша без него не существует. Именно поэтому наши люди с лёгкостью отказываются от абстрактной «свободы слова» ради экономического благополучия («чтобы миску давали не три, а четыре раза в день» — по словам Бакушинской). Просто для нас возможность говорить гадости — это вовсе и не свобода никакая. И чего это ради неё мы должны страдать? В конце концов, у нас есть специально обученные для этого дела люди, которые рады напоказ страдать из-за «отсутствия свободы слова». Не просто так, конечно. За четвёртую миску баланды в день. И компот.

И что ещё интересно: нам настойчиво предлагают продукт, реальное содержание которого сильно расходится с заявленным. Весь набор западных «свобод» — как фруктовый йогурт с красочной этикеткой. Посмотришь на неё — и слюнки текут: сочная малина, спелая черника, налитая клубника. А вчитаешься в состав — сплошь «ароматизаторы и усилители вкуса, идентичные натуральным».

Вот и вся их свобода — идентична натуральной. То есть свобода, скажем, слова как бы есть, но на деле американские спецслужбы прослушивают весь мир, а некоторых особо словоохотливых настойчиво преследуют. Свобода выбора как бы есть, но целые страны принуждаются к выбору, нужному другим странам, бомбежками и экономической блокадой.

Из реально действующих у них остаётся только свобода выйти на людную площадь и продемонстрировать окружающим гениталии. Простите, но кто из нас действительно «раб»? 

За историю России нам не стыдно. Стыдно за то, как живем сейчас

По данным социологов, наибольшую гордость у россиян вызывают отечественная история и спорт

Одно время над чувством гордости наших граждан своей страной было принято потешаться. Так, небезызвестный сатирик, прославившийся обвинением американцев в тупости, на все лады недоумевал, почему это россияне гордятся большими расстояниями, сибирскими морозами и т. п. При этом становилось непонятно, а правильно ли он предъявляет претензии янки? Кажется, это понятно даже им, а вот ему – нет.

Теперь, говорят, он изменил свое мировоззрение, голосует за КПРФ и так далее, но привкус от тех его выступлений остался до сих пор. Понятно, что тогда был общий тренд по замещению чувства гордости чувством стыда, и он, вольно или невольно, попал в него. Удалась ли та операция по ампутации гордости? Получилось ли наполнить ядом самоуничижения черепные коробки россиян и заменить чувство гордости чувством стыда?

Судя по последнему опросу ВЦИОМ, нет. Большинство жителей страны (85%) гордятся историей России, что представляется вполне понятным. Для наглядности, почему это так, достаточно будет представить себя жителем не России, а какого-нибудь маленького государства (заранее просим прощения у таковых за некоторую бестактность), находящегося на окраине цивилизации или даже в ее центре, но без особых свершений в прошлом, и подумать: а чем мог бы гордиться он?

Далее по нисходящей идет гордость за успехи отечественного спорта: о таковой сказали 77% респондентов. Культурой и искусством гордятся 75%, и это тоже понятно, поскольку здесь имеет место та же картина, что и с историей. Великая культура, как ни крути, остается великой. В этом случае можно обойтись без сравнений, поскольку и так все понятно.

Армия и военная мощь в этом списке стоят лишь на пятом месте, хотя ранее совершенно безосновательно было принято ставить их на первое место. Об этом типе гордости отчитались 63% опрошенных. 60% гордятся наукой и учеными, 50% это чувство внушают позиции России на международной арене.

Ну и о наболевшем. Традиционно очень немного россиян гордятся уровнем жизни в стране – лишь 14%. Такая картина сохраняется уже много времени. С одной стороны, параметр важный, но с другой – перевешивает ли он все предыдущие? Очевидно, что нет. А может ли страна, не отметившаяся больше ничем, кроме высокого уровня жизни, испытывать полноценное чувство гордости за саму себя? Скорее всего, нет.

Тот же юморист, о котором шла речь в начале данной статьи, в девяностые годы своими выступлениями подводил слушателей к ложной мысли, что чувство гордости – это нечто ненужное, безнадежно устаревшее и даже смешное. И был неправ, поскольку это – базовое чувство, на котором основывается социальное самочувствие нации.

Но и уровень жизни со счетов сбрасывать не стоит. Проблемы благосостояния ежедневно касаются каждого человека, считает директор по коммуникациям ВЦИОМ, доктор психологических наук Ольга Каменчук, сообщает РБК Daily.

К слову сказать, три года назад проводился такой же опрос, но только не о гордости, а о стыде, который должны испытывать россияне в разных ситуациях. И результат его был куда как хуже настоящего. Тогда 64% россиян заявляли, что порой испытывают чувство стыда за свою страну. 39% признались, что им часто бывает стыдно за Россию, 25% сказали, что иногда стыдятся своей страны.

К сожалению, не уточнялось, перед кем они испытывают стыд: перед иностранцами, либеральными СМИ и такими же деятелями или сами перед собой. Непонятно было, на основании чего возникает этот стыд – раздражения какой-то бытовой ситуацией, новости по телевизору или же это чувство вселенской скорби.

Правда, далее ситуация частично прояснялась. У 25% стыд возникал из-за «низких зарплат», «социальной незащищенности», «сильного социального расслоения». 6% стыдились неудач в спорте, 5% были обеспокоены безработицей. 4% выражали недовольство состоянием экономики, столько же опрошенных жаловались на плохую работу властей и недостойное поведение политиков. По 3% респондентов отмечали коррупцию, беззаконие в стране, алкоголизм среди населения, высокие цены и недавние события в истории – развал СССР и войну в Чечне.

Судя по этому перечню, реакция стыда возникала все-таки на новости из телевизора.

А вот чувство гордости за Россию в ту пору совокупно испытывали на 25% меньше людей, чем сейчас. Если мерить по самому высокому показателю, то 60% респондентов. Но если разбирать по пунктам, ситуация была намного хуже. 31% отмечали, что испытывают это чувство иногда, 29% – редко. Лишь 21% респондентов говорили о гордости успехами страны в спорте. 4% опрошенных отмечали, что гордятся русским народом, 3% – российской армией, 2% – руководством страны.

Вероятно, какую-то роль в этом сыграло и то, что это была середина правления Дмитрия Медведева, по поводу которого в обществе царил глубокий скептицизм.

Очевидно, нация медленно, но уверенно выздоравливает от буйных приступов разрушительного самобичевания, посыпания головы пеплом и выдирания волос по поводу и без повода, но чаще без такового, столь характерных для недавнего прошлого. Вот только бы еще с уровнем жизни что-нибудь сделать...