нашепчи учи как ты его любила
как цветы от сока оставляла на татами
вместо криков выдыхала «мой бамбино!»
тушью на спине якудзи расцветали
скромный парень морячок в клешах индиго
он ходил в игарку в рио в нагасаки
угощал портовых кошек терпким ромом
кошки плавились смотрели и вздыхали.

звезды тают на груди
поцелуев шелк
я по палубе морей
за тобой пошел
лови блесну!

нашепчи учи как он ложился рядом
и шептал тебе девчонка-недотрога
как любил тебя и твой дурной характер
за руку водил тебя через дорогу
ты ждала его сначала как волчица
трогала себя шептала «мой бамбино»
плакала под утро нервно угасая
а потом сдалась и вовсе разлюбила.

сакура цвела как ты в руках другого
и следы от сока как и прежде на татами
те же вздохи так же ласково «бамбино!»
тушью на спине якудзи расцветали
и перо в него вошло как в нежный тофу
где-то под игаркой то ли в нагасаки
скромный парень морячок в клешах индиго
по случайности погиб в портовой драке.